Секрет крутости

Как Гай Ричи стал самым драйвовым режиссером поколения.
Секрет крутости

Что мы знаем про Гая Ричи?

Режиссер, для поколения тридцати-сорокал­етних ставший кем-то вроде близкого родственника. А в России, где «Карты, деньги, два ствола» мгновенно раздербанили на цитаты и чуть ли не каждый приличный мальчик считал своим долгом давать Цыгана из «Большого куша», может быть, даже больше, чем где бы то ни было.

Один из немногих режиссеров в статусе селебрити. (Говорят, традиция положена в 1970-е Питером Богдановичем, режиссером, фотографии которого начали печатать в таблоидах, и узнавать его стали не только по имени, но и в лицо).

Певец британского гопничества и гангстерства: «Карты, деньги, два ствола», «Рок-н-ролльщик», «Большой куш» – эволюция рабочих героев 1960-х, трансформация говорящих на кокни персонажей Майкла Кейна на границе тысячелетий. Умелец вдохнуть жизнь в национальное достояние – с его подачи броманс о Холмсе и Ватсоне стал многомиллионным сериалом, а викторианская Англия – модным хай-концептом.

Рекламный режиссер, никогда не ходивший в киношколу. Ролик «Звезда» для BMW, где под блеровскую Song 2 Клайв Оуэн мотает сучку-Мадонну по салону автомобиля. Трехминутная реклама Nike, снятая с точки зрения накачанного адреналином футболиста. Дэвид Бекхэм в оливковых плавках, преследующий «ровер» со своей одеждой в фильме для H&M. Ричи в рекламе, как и в кино, – это всегда ритм, музыка, которую немедленно хочется шазамить, монтаж, больше похожий на учащенное сердцебиение.

Бывший муж Мадонны и жертва ее космической славы. Отец пятерых детей: Рокко и усыновленный Дэвид Банда с Мадонной и еще трое от красавицы модели Джеки Эйнсли, которую Ричи называет missus и the wife.

Обладатель смешнейшего инстаграма, который, судя по подписям, ведет сам – больше так просто никто не шутит.

Наконец, режиссер чуть ли не самого ожидаемого кино этого лета, экранизации шпионского сериала «Агенты А.Н.К.Л.». Повод, по которому мы встречаемся с Гаем в Риме. В Grand Hotel Plaza на забитой любителями шопинга виа дель Корсо снимали несколько сцен в фильме, здесь же жила часть команды Ричи во время съемок («Ничего не работает, но как красиво», – великодушно скажет об этой поре продюсер и сценарист Лайонел Уигрэм). Тут же, на самым бесстыжим образом увитой розами и геранью веранде я жду, когда меня позовут к Гаю. Рим подрагивает от жары, работать невозможно, выражение dolce far niente обретает новую глубину. Вхожу наконец в номер, Ричи тут же убегает разговаривать по телефону, через две минуты возвращается, уже – видимо, чтобы компенсировать свое отсутствие, – выяснив, как меня зовут. Выглядит Гай теперь не так, как в пору горячего интереса к нему папарацци, это больше не лощеный молодой муж самой знаменитой женщины на планете – он выглядит счастливым. И бородатым.

Комментарии
Комментарии