15 главных экранизаций классики

Кинокритик и учитель литературы оценивают блокбастеры с разных сторон.
15 главных экранизаций классики

«Современные дети стали меньше читать» — эту фразу сейчас произносят по поводу и без. При этом бессмысленно отрицать, что у детей и подростков сейчас гораздо больше источников информации и познания мира. Например, первое (и иногда, чего уж скрывать, последнее) знакомство с произведениями классической литературы часто происходит через фильм, а не книгу. «Мел» попросил учителя литературы Александра Закуренко и кинокритика Илью Миллера оценить главные экранизации классики, с точки зрения соответствия первоисточнику и художественной ценности.

«Доктор Живаго», реж. Дэвид Лин, 1965

Илья Миллер, кинокритик: Лин взялся адаптировать роман Бориса Пастернака после «Моста через реку Квай» и «Лоуренса Аравийского» и результат получился куда менее впечатляющим. Старательный старомодный трехчасовой киноэпос о любви поэта Юрия к Ларе на фоне катаклизмов решается в основном проверенными и рабочими методами — дрожащие губы, влажные глаза, проклятия в адрес небес.

Русский зритель (на внимание которого создатели фильма совершенно не рассчитывали) обязательно найдет к чему придраться в описании российского быта, снимавшегося на просторах Финляндии и Испании. Все западные критики недоумевают, почему в главной роли задействован Омар Шариф — очевидный промах. Но помимо него и Джули Кристи в фильме задействована масса отличных актеров, смотреть на которых всегда удовольствие: Том Кортни, Алек Гиннес, Род Стайгер, Рита Ташингем и Клаус Кински. А музыка Мориса Жарра, под стать фильму сентиментальная, продемонстрировала миру все прелести музыкального инструмента под названием balalayka — и ритмичная «Lara’s Theme» постоянно звучала в те времена в модных барах и на радио. Разве это достижение достойно осуждения?

Александр Закуренко, учитель литературы: Фильм так же далек от романа Пастернака, как США от Уральских гор. Множество ошибок в фабуле и полное непонимание сложной взаимосвязи евангельских, историософских, экзистенциальных взаимосвязей в романе «Доктор Живаго» искупаются разве что красивой музыкой. Если бы речь шла об экранизации одного стихотворения — еще куда бы ни шло. Но эпический и трагический размах синтетического текста Пастернака оказался американскому сознанию не по зубам. Нет попаданий и в образах романа. Главный герой у Пастернака — это Гамлет ХХ века, наделенный поэтическим даром и лишенный дара мести.

Комментарии
Комментарии