«Друзья»: режиссерский дебют Луи Гарреля

Станислав Зельвенский — о первом фильме, который снял популярный французский артист и наследник знаменитой кинодинастии.
«Друзья»: режиссерский дебют Луи Гарреля

Красавица Мона (Голшифте Фарахани) досиживает срок в тюрьме: днем ее отпускают работать, и она продает кофе и сэндвичи на Северном вокзале, но каждый вечер, естественно, должна возвращаться в камеру. На вокзале ее ежедневно поджидает неловкий бородатый мужик с собачьими глазами — Клеман (Венсан Макень) располагает излишками свободного времени, поскольку зарабатывает в киномассовке, и посвящает их своей безответной влюбленности.

О том, почему Мона с наступлением темноты неизменно исчезает на поезде, Клеман не догадывается — учитывая ее восточное происхождение, под подозрением оказываются консервативные родители. Но даже он, ослепленный чувствами, понимает, что что-то не в порядке. И просит помощи у своего лучшего друга Абеля (Луи Гаррель), хотя очевидно, что тот — позер, эгоист и самопровозглашенный писатель — не лучшая кандидатура для налаживания чужих отношений.

Свой полнометражный режиссерский дебют Луи Гаррель, как обычно бывает, сделал с приятелями. Соавтор сценария — Кристоф Оноре, который его регулярно снимает. С Макенем Гаррель работал в театре и играл у своего отца. Фарахани, перебравшаяся сейчас в Париж иранская актриса, некоторое время была его подругой. Несколько лет назад Гаррель, словно репетируя «Друзей», поставил короткометражку с тем же актерским составом, хотя и несколько другой конфигурацией любовного треугольника.

Завязка фильма, как сообщается, позаимствована из пьесы Альфреда де Мюссе, что, впрочем, не слишком важно. И Гаррелю, разумеется, не привыкать к треугольникам, балансирующим на грани любви втроем: можно вспомнить «Мечтателей» или «Все песни только о любви» того же Оноре; почтенная французская традиция, прямо восходящая к «Жюлю и Джиму».

Дыхание «новой волны», которую по-своему (и по-разному) интерпретировал на протяжении своей карьеры Гаррель-старший, очевидно ощущается и у младшего — и не только на уровне эстетики, техники и так далее: это ее интимность, ее обсессии, ее пижонство.

Комментарии
Комментарии