7 главных фильмов о космосе глазами науки и искусства

Кинокритик и научный журналист оценивают фантастику с разных сторон.
7 главных фильмов о космосе глазами науки и искусства

Наука стала осваивать космос позже всего остального, а кинематограф ухватился за него практически сразу. Если ученые только задумывались о полете в космос в 50-х годах прошлого века, то, например, Жорж Мельес снял свое «Путешествие на луну» еще в 1902 году. С тех пор фильмов о космосе сняли множество, многие из них стали культовыми. В День космонавтики «Мел» попросил кинокритика и научного журналиста разобрать несколько известных фильмов о космосе — с точки зрения соответствия науке и кинематографической ценности.

Говоря о научной фантастике и особенно о ее космической разновидности, многие люди часто не понимают, что кино, как и книги, можно и нужно делить на две принципиально разные группы — «мягкую» и «твердую» фантастику, и соответственным образом оценивать их значимость. В «мягкой» фантастике наука, технологии и космос представляют собой в большинстве случаев экзотический антураж, который существует ради продвижения сюжета и постановки каких-то необычных проблем. Яркий пример этого — «Звездные войны» и «Аватар».

Когда люди, особенно ученые, начинают искать научные ошибки в них, этот процесс напоминает избиение младенцев, что вряд ли оправдано: такие фильмы и книги не направлены на просвещение публики и не претендуют на научную достоверность. С другой стороны, «твердая» фантастика работает обратным образом, и поэтому претензии к ней будут в большинстве случаев оправданы. В нашем списке в равном количестве имеется и то, и другое, поэтому и критерии оценки будут различаться соответствующим образом.

«2001: Космическая одиссея», 1968, реж. Стэнли Кубрик

Илья Миллер, кинокритик

Человек еще только готовился к высадке на Луну, а Стэнли Кубрик показал на экране бескрайний космос, в котором огромный космический корабль вращается под вальс Штрауса. Тем самым режиссер отправил кинофантастику в путешествие по совершенно новому, величественному и интеллектуальному маршруту. А компьютер ХЭЛ-9000 со своим немигающим красным глазом стал первым и весьма убедительным предупреждением об опасности надвигающегося технологического прогресса. Не доживший до XXI века каких-то девять месяцев, Кубрик снял шедевр, который способен поражать до сих пор — хотя бы свои невероятным скачком от зари человечества и обезьян, колотящих друг друга костями, на несколько миллионов лет вперед. Отказ от традиционного сюжета и минимум диалогов тоже вызывают уважение — и подталкивают зрителей к сочинению различных версий и трактовок увиденного. Почти у каждого, кто посмотрел этот «длинный и скучный фильм», есть своя.

Александр Телишев, научный журналист

Фильм Стэнли Кубрика — яркий пример «твердой» фантастики, причем шедевральной. Посмотрите на сегодняшние космические корабли, проекты лунных и марсианских баз, многие технологии и киношные представления о космосе — все это берет начало в фильме 1968 года. «Одиссея» прочно заложила «твердые» научные основы для всех последующих кинокартин: она нарисовала безмолвный и безразличный космос, реалистично показала невесомость, поставила нас перед проблемами существования искусственного интеллекта и того, какое место занимает эволюция и существование человека в общей картине жизни Вселенной. Если в «Одиссее» есть ляпы, то большую часть из них, к примеру, поведение и облик протолюдей, можно списать на несовершенство научной картины мира в то время, когда снимался фильм. То, что хотелось бы увидеть в фильме лично мне, было вырезано: объяснение, почему ХЭЛ сошел с ума, и это должно включать в себя то, что на самом деле главный злодей в фильме — доктор Хейвуд Флойд.

«Гравитация», 2013, реж. Альфонсо Куарон

Илья Миллер, кинокритик

Что получится, если совместить двух крупнейших кинозвезд, самое дорогое оборудование для цифровой визуализации и оператора, которому уже некуда ставить дома «Оскары»? Результат — фильм «Гравитация», сделанный потрясающе с изобразительной точки зрения. Это становится ясно еще с первого кадра, в котором один угол гигантских размеров экрана занимает планета Земля, а в другом мы видим миниатюрные человеческие фигурки, постепенно приближающиеся к камере. Этот непрерывный план длится 17 минут — и все это время камера движется по удивительным и непредсказуемым в своей элегантности траекториям. К сожалению, сказать то же самое про сюжет решительно не получится: с драматической точки зрения, он опирается на хорошо проверенные временем костыли. Но ждать рискованных решений от мультимиллионной голливудской драмы несколько наивно, поэтому лучше просто наслаждаться первоклассным визуальным 3D-спектаклем. Например, тем, как мерцает зеленого цвета Северное сияние или объекты преодолевают силу притяжения, заявленную в названии.

Александр Телишев, научный журналист

«Гравитацию» сложно назвать научной фантастикой, так как все, что происходит в фильме, может вполне случиться и сегодня. Землю окружает гигантское количество космического мусора, и неправильный вывод спутника на орбиту, как это случилось в фильме, действительно может породить массу проблем для спутниковой группировки и потенциально для МКС. С другой стороны, ученые хорошо знают об этой «цепной реакции», «эффекте Кесслера» на языке науки, и поэтому сегодня все космические аппараты расположены так, чтобы вероятность подобной катастрофы была почти нулевой. А в целом, за исключением «волшебного» ракетного ранца с гигантским запасом топлива и странной орбиты сбитого спутника «злых русских», фильм хорошо отражает то, как устроены различные сегодняшние космические корабли и МКС. Главная претензия к фильму — «кинематографичные» скорости, на которых астронавты сталкиваются друг с другом, элементами станции и космическим мусором — на таких скоростях, скорее всего, первое же столкновение было бы фатальным даже для Чака Норриса. Кроме того, смерть командира «шаттла» была абсолютно бессмысленной, так как столкновение с парашютом «Союза» должно было полностью обнулить скорость астронавтов.

«Кин-дза-дза!», 1986, реж. Георгий Данелия

Илья Миллер, кинокритик

В СССР у художников существовало некое правило — если хочешь поговорить о чем-то личном и запретном, воспользуйся эзоповым языком сказок или фантастики, в комитете цензуры не поймут. Советским режиссерам это правило нисколько не мешало снимать фильмы, перед которыми шляпы снимали самые маститые голливудские киношники — например, «Планета бурь» Павла Клушанцева. Но только Данелия сумел, едва прикрывшись фиговым листком жанра, снять совершенно откровенную абсурдистскую пародию на советское общество, перевернутое задом наперед — отсюда и «эциолп», и «кц», и прочие чатлане с трансклюкаторами. Правда, когда картину про межпланетные путешествия Скрипача и дяди Вовы вывозили для участия на фестивалях, незнакомые с советскими реалиями зарубежные зрители видели в ней меткое высмеивание насквозь прогнившей капиталистической системы с ее поклонением смехотворным ценностям. Сейчас-то мы все можем согласиться в том, что «Кин-дза-дза» — это самая что ни на есть предтеча эстетики стимпанка, и на этом успокоиться.

Александр Телишев, научный журналист

Кинокартина Данелии, несмотря на свой комедийный характер и почти полное отсутствие космоса и фантастики как таковой, является крайне сильной попыткой взглянуть на человечество и наше общество (как российско-советское, так и западное) так, как будто бы на нас смотрели инопланетяне. Мир «Кин-Дза-Дзы» можно сравнить с тем, как Земля может выглядеть в будущем, если человечество не переосмыслит себя — опустошенная планета без воды и жизни, деградировавшие остатки общества с дегенеративной массовой культурой, абсолютно абсурдные с точки зрения «космического» разума идеи нацизма и искусственных социальных страт. С точки зрения «твердых» наук можно сказать, что «Кин-дза-дза» учит нас не воспринимать все буквально и быть готовым к тому, что обыденные и заурядные вещи могут таить в себе совершенно иную ценность в общем мироздании Космоса.

«Чужой», 1979, реж. Ридли Скотт

Илья Миллер, кинокритик

«В космосе никто не услышит, как ты кричишь». После невиданного успеха «Звездных войн» компания «Двадцатый век Фокс» решила сыграть от обратного и сделать свой космический блокбастер, но с кровью и кишками. Сценаристы, как известно, продвигали свой проект под соусом «„Челюстей“ в космосе». А режиссер-визионер Ридли Скотт устроил настоящий мастер-класс на предмет того, как создавать напряжение, саспенс и панику на космическом корабле «Ностромо». Пока Джордж Лукас заселял Вселенную забавными и милыми зверушками различных размеров, швейцарский сюрреалист Ганс Руди Гигер создал для «Чужого» Ксеноморфа — наверное, самое ужасающее инопланетное существо в истории кино. Изначальный план студии удался, и проект вылился в полноценную франшизу с многочисленными сиквелами и ответвлениями. Но именно в оригинале хоррор и фантастика были смешаны максимально удачно.

Александр Телишев, научный журналист

Эта кинокартина Скотта — яркий пример «мягкой» фантастики. В «Чужих» интересно не научное обоснование сюжета, а то, какими представляли себе развитие технологий, науки и человечества в целом 30-40 лет назад. Если отбросить то, как устроен «чужой» и какими свойствами обладает его тело, то можно сказать, что Скотт крайне пессимистично смотрел на развитие цивилизации и наши перспективы в космосе — об этом говорит безнадежная борьба экипажа «Ностромо» с пришельцем, желание человечества превратить в оружие или средство борьбы с себе подобными любое открытие, неосознанные страхи перед неизвестным. Любопытных с точки зрения науки вещей не так много — биологи и химики могут попытаться объяснить, как устроено тело «чужого» и почему его кровь является, насколько я помню, фторводородом, сильнейшей кислотой. Или попытаться объяснить, почему на челноке «Ностромо», мирного горнодобывающего корабля, содержался целый арсенал самых разных крайне неприятных и токсичных веществ, которые Рипли использовала, что интересно, вполне реалистично: для того, чтобы «выкурить» пришельца и катапультировать его из спасательной шлюпки. В свою очередь, продолжение-приквел «Чужого», фильм «Прометей», оказался полным разочарованием для фанатов франшизы и любителей фантастики — сильно хромает как научная составляющая (и сами факты, и фразы от лица «ученых»), так и сюжет фильма.

«Интерстеллар», 2014, реж. Кристофер Нолан

Илья Миллер, кинокритик

На Кристофера Нолана, судя по всему, взвалили некую миссию: нести в массы научные теории через мультиплексы, создавая так называемые «блокбастеры с мозгами». Чем он и занимается, начиная с «Начала», простите за тавтологию. Почти трехчасовой «Интерстеллар» местами выглядит примечательно и даже эпично, местами превращается в ремейк «Космической одиссеи» Кубрика, но большую часть времени это бескрайнее кукурузное поле, из которого невозможно выбраться. Персонажей, достойных того, чтобы наблюдать за ними такое продолжительное время, создать не удалось. Лучшие реплики забрал себе компьютерный помощник астронавтов. Вояж в другую галактику закончился тем, что космонавты на космической кухне на полном серьезе обсуждают всепобеждающую силу любви, пока в иллюминаторах мимо проплывает Вселенная во всем своем великолепии, а жители Земли готовятся к неминуемой голодной смерти. Нолан, заручившись поддержкой физика-теоретика Кипа Торна, создал амбициозную космическую оперу, которая запуталась в собственных щупальцах, не успев толком родиться. МакКонахи плачет перед экраном — и мы вместе с ним.

Александр Телишев, научный журналист

«Интерстеллар» — это современное переосмысление «Одиссеи» Кубрика. Как выражаются пользователи одного форума, говоря о современной продукции массовой культуры, получилось «настолько хорошо, насколько могло получиться сегодня». Наука в «Интерстеллар», за исключением сюжетных элементов и климатической предыстории, сделана профессиональными учеными: о жизни и структуре «Гаргантюа», Кип Торн, известный физик, написал книгу, а созданные под его руководством реалистичные симуляции черной дыры уже стали предметом исследований в реальных научных статьях. В целом, конечно, фильм получился, на мой взгляд, менее космичным и более «приземленным», чем «Одиссея», но у Нолана как режиссера есть полное право так поступать. Ожидать чего-то большего в эпоху, когда качество кино оценивается показателем «число взрывов в секунду», наверное вряд ли можно.

«Марсианин», 2015, реж. Ридли Скотт

Илья Миллер, кинокритик

«К счастью, я ботаник!». В новом (или очередном) фильме Скотта о завоевании людьми космоса нет никакого фирменного пессимизма и ужаса «Чужого» — это плохая новость. Но нет здесь и давящей многозначительной сентиментальности «Интерстеллара» — это хорошая. Удивительно, но после творения Нолана простейший рассказ о том, как Мэтт Дэймон сажал картошку на Марсе, смотрится свежо и бодро. Такое впечатление, что самое тяжелое, с чем пришлось столкнуться космонавту Марку Уотни в изоляции от человечества — это огромный запас устаревшей музыки в стиле «диско» из коллекции покинувшей его коллеги. «Марсианин», вышедший в самом хвосте космического кинотренда последних лет, немного лукавит — он, конечно же, должен был называться «Землянином» (раз уж фильм под названием «Робинзон Крузо на Марсе» сняли аж в 1964 году). Но в этом лукавстве и заключается шарм картины.

Александр Телишев, научный журналист

Фильм меня удивил — я не ожидал увидеть от Скотта после полного фиаско с «Прометеем» столь хорошее следование тому, что было изложено в книге Энди Уира. Ляпы в фильме есть, достаточно прочитать мнения многочисленных ученых о всевозможных ошибках, соревнующихся в «специальной олимпиаде» по их поиску. Ценность картины в научном плане очевидна — эта «робинзониада» в космосе достаточно хорошо раскрыла проблемы выживания на Марсе, работу НАСА и цикл подготовки зондов к полетам, рассказала о важности связи с «большой землей», о том, как человеческая находчивость при помощи скотча и других простых вещей позволяет преодолеть многие неразрешимые проблемы. Главный недостаток лично для меня — сценаристы фильма не включили одну из ключевых частей книги, в которой Марк Уотни случайно сжигает зонд Pathfinder, лишая себя связи с НАСА, а также непредвиденный оползень, который чуть не лишил его жизни прямо у борта спасательного судна. С другой стороны, учитывая, что им удалось вместить в три часа фильма, работа действительно достойна похвалы. Если вам понравился «Марсианин» — посмотрите и «Луну-2112», фильм в таком же ключе.

«Солярис», 1972, реж. Андрей Тарковский

Илья Миллер, кинокритик

«Нам не нужны другие миры, нам нужны зеркала!». Известно, что Тарковский презирал фантастику как жанр («Одиссею» Кубрика так и подавно называл липой) и считал ее вульгарной и коммерческой. Это не слишком мешало ему верить в существование инопланетян и снять две картины, которые обрели культовый статус у поклонников и работников жанра — «Солярис» и «Сталкер». К экранизации романа фантаста Станислава Лема режиссер обратился, ожидая, когда в производство будет запущено его «Зеркало». И внес в сюжет немало изменений, которые не обрадовали писателя. Затянутая преамбула фильма происходит на Земле, и в ней мы видим крупные планы воды, листьев, расседланную лошадь, ливень — все то, что сейчас принято называть «тарковщиной». Надо признать, что космическая часть смотрится менее убедительно. Лем расстроился из-за того, что советский автор сделал из его романа «„Преступление и наказание“ в космосе». Но Тарковский, переделав научную головоломку в психологический триллер о чувстве вины и метафизическом поиске Бога во Вселенной, создал в, казалось бы, проходной картине пример для последователей. Не говоря о неказистом голливудском ремейке с Джорджем Клуни, почти любая фантастическая картина, которая стремится немного отойти от проторенной дороги, уважительно оглядывается на «Солярис» Тарковского.

Александр Телишев, научный журналист

«Солярис» Тарковского показывает нам космос с другой философской стороны — того, как человек переносит одиночество и борется сам с собой, со своими фобиями и страхами. Как и в «Кин-Дза-Дзе», науки и космоса здесь не так много — «разумная» планета-океан играет ту же роль, что монолит в «Одиссее», представляя собой то непознаваемое и неизвестное, что таится в космосе и, что самое главное, в каждом человеке. Тем не менее в описании элементов будущей экспедиции на другие планеты, «Солярис» почти не уступает «Одиссее», а в эстетике он способен соперничать с картиной Кубрика. Как и «Кин-Дза-Дза», фильм Тарковского также ставит перед человечеством проблемы, связанные с планетарной экологией, размышляет о природе человеческого счастья, иллюзорности нашего существования и о том, как мы можем и можем ли мы в принципе наладить контакт с инопланетным разумом. Если «Одиссея» заостряет наше внимание на «внешней» стороне изучения космоса, то «Солярис» обращает наш взор внутрь.

Источник: Мел

Комментарии
Комментарии