Великая история: «Таксист» Мартина Скорсезе

Спустя 40 лет после премьеры фильм по-прежнему смотрится ярким высказыванием и совершенно не устарел: более того, кажется, годы делают его только лучше — словно вино.
Великая история: «Таксист» Мартина Скорсезе

А где хороший напиток — там и люди, связанные одной историей. THR отмечает юбилей шедевра, публикуя воспоминания его создателей.

В 1975 году, спустя несколько месяцев после окончания съемок «Таксиста», газета New York Daily News вышла со скандальным заголовком: «Форд говорит городу «Сдохни!» Тогдашний президент Джеральд Форд не мог вывести Нью-Йорк из финансового кризиса и фактически поставил его на грань выживания. Город переживал один из самых тяжелых периодов своей истории, и фильм Мартина Скорсезе идеально передал эту атмосферу.

Когда такси Трэвиса Бикла, как акула из «Челюстей», скользит по залитому дождем асфальту, герой смотрит на заполонивших тротуары сутенеров и наркодилеров и думает вслух: «Когда-нибудь пройдет настоящий дождь, который смоет всю эту мерзость с улиц». Те места уже давно очищены, но «Таксист» не потерял ни грамма своего мрачного обаяния. Легендарный кинокритик The New Yorker Полин кейл называла фильм «одним из немногих по-настоящему современных хорроров».

Картина получила 4 номинации на «Оскар», взяла 3 статуэтки, но уступила «Рокки» главную награду — за лучший фильм. По случаю 40-летнего юбилея «Таксиста» члены съемочной группы собрались вместе и откровенно рассказали о напряженной обстановке, которая царила на площадке.

Пол Шредер, сценарист: Моя жизнь шла по наклонной — брак распался, я рассорился с Американским институтом киноискусства и потерял работу. Денег не было. Я жил в своей машине, постоянно переезжал с места на место, пил и фантазировал. Кинотеатр Pussycat (специализировался на показе порнографических фильмов; Квентин Тарантино, окончив школу, работал там билетером. — THR) в Лос-Анджелесе был открыт круглые сутки, и я оставался там на ночь. Пьянство, мрачные мысли и порнография сделали свое дело: в 27 лет я оказался в больничной палате с кровоточащей язвой желудка. Только попав туда, я понял, что почти месяц ни с кем не разговаривал. Внезапно у меня в голове возник образ такси — по городу едет эдакий металлический гроб с парнем внутри. Этот человек вроде бы постоянно окружен людьми, и в то же время он совершенно один. Я понял, что если не напишу про этого героя, то сам в него превращусь (если уже не превратился). Выйдя из больницы, я поселился у своей бывшей девушки и начал работать. Первый вариант сценария был на 60 страниц.

На все у меня ушло меньше двух недель. Черновик отправился парочке друзей в Лос-Анджелесе, но тогда история никого не заинтересовала. Потом было интервью с Брайаном Де Пальмой («Лицо со шрамом»), мы как-то сразу подружились, и я сказал: «У меня тут есть сценарий», а он ответил: «Окей, я его прочту».

Майкл Филлипс, продюсер: Я и Джулия, моя жена, тогда жили по соседству с Марго Киддер (актриса, «Байки из склепа», «Супермен». — THR) — девушкой Брайана Де Пальмы. Однажды он сказал мне: «Тут у одного парня есть сценарий. Мне он не подходит, но, думаю, тебе понравится». Это была очень чистая и честная работа. Я тут же обратился к своим партнерам, Джулии и Тони Биллу (актер, режиссер, продюсер «Аферы», «Дикого сердца». — THR), и предложил купить его за $1000. Проголосовав (мы с Тони были «за», а Джулия «против»), мы приобрели права на эту историю.

Мартин Скорсезе, режиссер: Брайан Де Пальма дал мне сценарий. История борьбы главного героя цепляла сразу. Но тогда я все еще пытался заставить людей воспринимать меня всерьез как режиссера: все, что у меня было за спиной, — несколько короткометражек, низкобюджетный независимый фильм «Кто стучится в дверь ко мне?» и эксплотейшн для Роджера Кормана (режиссер, продюсер «Смертельной гонки», «Дома Ашеров». — THR) «Берта по прозвищу «Товарный вагон».

Филлипс: Мы готовились к съемкам несколько лет. Как-то Пол предложил посмотреть еще не до конца смонтированные «Злые улицы» (фильм Скорсезе 1973 года. — THR), и я понял: этот режиссер — наш человек. А Джонни Бой (персонаж Роберта Де Ниро из «Злых улиц». — THR) — наш актер. Так что мы вышли на связь с Марти и агентом Боба, они были нужны нам оба и никак иначе.

Майкл Чэпмен, оператор: Только спустя годы я понял, что это своего рода городская легенда, странная версия истории про оборотня — у Трэвиса даже прическа меняется. Есть такие существа, которые бродят ночами по улицам. Вот только в нашей истории чудовище не убивает девочку, а пытается ее спасти.

Филлипс: Мы старались как-то протолкнуть сценарий, но везде терпели неудачу. Так что Марти начал снимать «Алиса здесь больше не живет» (мелодрама 1974 года. — THR), а Боб отправился на съемки «Крестного отца 2» и «Двадцатого века» (фильм Бернардо Бертолуччи 1976 года. — THR).

Скорсезе: Я помню, как Де Ниро получил «Оскар» за «Крестного отца 2». Тем вечером Фрэнсис Форд Коппола подошел ко мне и сказал: «Этот приз пригодится и для твоего фильма».

Филлипс: К тому моменту Марти и Бобу уже не надо было ничего доказывать, и компания Columbia Pictures выделила нам бюджет полтора миллиона долларов. Все участвовавшие в съемках получали какие-то смешные деньги. Де Ниро заплатили $35 тысяч, Марти — 65, продюсерам — 45, а Полу — 30. Тогда студию возглавлял Дэвид Бегельман, и даже при таких небольших затратах он очень нервничал.

Шредер: Первоначально сутенер, которого играет Харви Кейтель, должен был быть черным, но люди из Columbia Pictures велели сделать его белым. Их юристы посчитали, что если Трэвис перестреляет в финале всех этих афроамериканцев, начнутся беспорядки. И отвечать будем мы.

Джоди Фостер, актриса: Я только закончила сниматься у Скорсезе в фильме «Алиса здесь больше не живет», и он позвонил моей маме по поводу «Таксиста». Сначала она решила, что Мартин сумасшедший. Тем не менее мы все равно встретились. Мама считала, что я не подхожу на роль, но Мартин убедил ее.

Филлипс: Мы должны были получить одобрение со стороны совета социального обеспечения Лос-Анджелеса и наняли Пэта Брауна (бывшего губернатора Калифорнии) в качестве адвоката. Проблема как по волшебству испарилась.

Фостер: Любая сцена с сексуальным подтекстом должна была сниматься в присутствии взрослого представителя ребенка (13-летняя Джоди Фостер играла юную проститутку. — THR). Поэтому моя сестра Конни, которой уже было 18, присутствовала на площадке (а в паре наиболее откровенных сцен и подменяла Джоди. — THR).

Филлипс: В последний момент Columbia Pictures решила, что в фильме должно быть больше звезд, — так в актерском ансамбле появилась Сибилл Шепард.

Сибилл Шепард, актриса: У моей героини вообще не было слов, поэтому, увидев сценарий, я отправила его в мусорную корзину. Но после выхода «Злых улиц» я решила довериться Де Ниро и Скорсезе. Мой агент Сью Менгерс сказала: «Когда придешь на пробы, во-первых, ничего не говори, во-вторых, сделай прическу и макияж».

Фостер: Поскольку я была ребенком, то думала, что это будет обычная работа над ролью. Но на площадке выяснилось, что персонажа придется придумывать с нуля. Я никогда не делала ничего подобного раньше, так что эта роль в каком-то смысле открыла мне глаза на то, что значит быть актрисой. Мы с Робертом обедали вместе, колесили по городу и перечитывали сценарий. В первый раз было очень скучно. Кроме того, вел он себя довольно замкнуто, постоянно находился в образе. Я же все время закатывала глаза, потому что с ним было трудно найти общий язык. Однако он помог мне понять принципы актерской импровизации и создать образ моей героини.

Шредер: Готовясь к съемкам, я поехал в верхнюю часть города. Говорил с людьми на улицах, искал подходящие типы и в конце концов нашел в баре девушку, которая была похожа на нашу героиню — очень нервная и худая. Мы с ней пошли в отель, я сказал ей, что заплачу за ночь, но это будет не секс. Около семи утра Марти получил от меня записку: «Я собираюсь позавтракать с Айрис. Ты должен присоединиться к нам». Мы наблюдали, как она насыпает сахар поверх джема, как говорит, и многое из этого вошло в фильм.

Фостер: Она сыграла девушку, с которой мы работаем рядом на улице. Мы с ней даже немного поболтали. Ребят же больше всего интересовали ее манеры, то, как она ходила и одевалась. Хотя лично я ненавидела свои костюмы. На примерках глотала слезы, когда надевала эти дурацкие шорты, туфли на платформе и укороченные топы. Будучи сорванцом в гольфах, я считала их ужасными.

Скорсезе: На улицах было полно людей, стояла ужасная жара. Ночами становилось только хуже. Это чувствуется в сценах, где дети играют с гидрантами. Все время лил дождь, было влажно, и капли воды блестели на окнах.

Чэпмен: Что касается стилистики фильма, то мы вдохновлялись Жан-Люком Годаром и его оператором Раулем Кутаром. Дефицит времени и средств диктовал визуальное решение картины. Мы не могли пользоваться большими софитами и довольствовались естественным освещением. В нашей ситуации это был единственный выход. Слава Богу, у нас не было ни времени, ни денег.

Филлипс: Квартиры Трэвиса и Айрис снимали в заброшенных зданиях. Нам даже пришлось нанять одних бандитов, чтобы защитить съемочную группу от других. Было очень сложно. Время поджимало, мы с самого начала выбивались из графика, и студия давила на нас.

Скорсезе: Я снимал Де Ниро в порнографическом кинотеатре на Восьмой авеню. Так получилось, что в кадре засветилось отражение идущего там порнофильма. Я собирался добавить каплю масла на негатив, чтобы скрыть его, но для этого мне нужно было получить пленку. В результате на студии это увидели первыми: они пришли в ярость, накричали на Майкла. Что бы я ни делал, это всех бесило.

Шредер: Боб позвонил мне и сказал: «Он вытаскивает пистолет, смотрит в зеркало и что-то говорит. Что именно?» Я ответил: «Он просто парень напротив зеркала, играющий со своим пистолетом. Говори что угодно». Я был уверен: что бы Роберт ни сказал, это было бы лучше любого написанного нами монолога.

Скорсезе: Шла последняя неделя съемок. Мы работали в здании, которое шло под снос, выбивались из графика. Я понятия не имел, что конкретно Боб должен сказать. Я сидел у его ног и подбадривал, пока он разговаривал с собой. Через полтора часа мой ассистент постучался в дверь и сказал, что нам пора уходить. Я ответил: «Пожалуйста, дай нам всего 15–20 минут! У нас здесь получается что-то действительно стоящее».

Фостер: Я уже снималась в «Чумовой пятнице», и Columbia Pictures не хотела оплачивать мою поездку в Канны, но моя мама сказала: «Слушай, это замечательная возможность. Мы сами заплатим за себя». Но все это насилие в фильме произвело эффект разорвавшейся бомбы. Марти, Бобби и Харви не могли выйти из отеля.

Скорсезе: Одна из профсоюзных газет сообщила, что глава жюри Теннесси Уильямс (классик американской драматургии, автор «Трамвая «Желание» и «Стеклянного зверинца». — THR) пришел от фильма в ярость, так что мы отправились домой. Но до отъезда поужинали с Коста-Гаврасом и Серджио Леоне, которым картина очень понравилась.

Филлипс: Я остался в Каннах и, когда мы победили, вышел получать награду один — половина зала аплодировала, а другая свистела.

Скорсезе: В пять утра мне позвонила публицист Мэрион Биллингс и сообщила, что мы выиграли «Золотую пальмовую ветвь». Мы думали, что получим приз за сценарий или за лучшую актерскую работу Де Ниро, и эта победа была для нас полной неожиданностью.

Источник: Голливудский Репортер

Комментарии
Комментарии