Как русское кино стало женским

Критик Денис Рузаев по следам «Кинотавра» усматривает главную тенденцию родной киноиндустрии: в наших картинах выживут только женщины и дети.
Как русское кино стало женским

Фильмы, доказывающие гипотезу, медленно, но верно выходят в осенний прокат.

Петербурженки и им сочувствующие

Тон фестивалю задал фильм открытия — альманах «Петербург. Только по любви», снятый такими режиссерами, как Рената Литвинова, Анна Пармас, Авдотья Смирнова и Аксинья Гог. В своих новеллах, не сговариваясь, они попытались передать парадоксальный городской дух, используя носителя этой информации — речь о петербурженках, разумеется.

При всей неровности сборного формата, который и не предполагает складность, картина получилась на удивление цельная. Женщины Петербурга вышли у авторов альманаха такими же, как и сам город: юные девы и зрелые дамы, натуры взбалмошные или утомленные, иногда неуклюжие, часто полные забавных иллюзий, всегда готовые впустить в свою жизнь нечто иррациональное — то шамана Михаила Боярского с бубном и яйцами, как у Смирновой, то панка с наколками и ранимой душой, как у Гог.

Занимательная зоология

За самый мощный женский образ фестиваля — Наталье Павленковой достался приз жюри за лучшую роль — оказался ответственен фильм из основного конкурса. Речь о «Зоологии» Ивана И. Твердовского, гротескной трагедии об одинокой сотруднице зоосада, у которой вырастает огромный, по-фрейдистски фаллообразный хвост. На этом комичном — и эффектном — допущении мог бы вырасти десяток разных сюжетов.

Твердовский, к сожалению, выбирает чуть ли не самый скучный из них: историю о лицемерии русского мира и прерванном полете женской натуры, только проклюнувшейся после появления нелепого отростка.

Принять себя, какой есть, героине по воле автора не суждено — не получается ни театра абсурда, ни феминистского манифеста. Остается только провозглашение боли, и Павленковой приходится вынести на себе еще более тяжелый груз — не только хвоста, но и запредельного авторского пессимизма.

Фантастика и не только

Противовес, тоже основанный на сгущении физиологического, предъявила «Рыба-мечта» Антона Бильжо — где Северия Янушаускайте сыграла неотразимой красоты русалку, охмурившую корректора, приехавшего работать на Балтику. Телесные преобразования из-за разгоревшегося между героями романа неизбежны, но героиня Северии остается в сущности бестелесной: слишком склонен автор пускаться в беззаветно сентиментальную мелодраму, в которой тонут все интересные абсурдистские находки.

Фантастическими качествами наделяют своих героинь еще два фильма конкурса: сумрачный нуар Гийома Проценко «Разбуди меня» с видящей вещие сны таможенницей и фарс Романа Артемьева «Человек из будущего» с кассиршей супермаркета, которой суждено родить спасителя человечества. Жанровые рамки, правда, оказываются сильнее сверхспособностей: в первом случае любовь проиграет смерти, во втором — комедии ошибок.

Мужская доля

Если женские образы «Кинотавра» оказывались заложниками ограниченных режиссерских намерений, то лучшие из мужских сигнализировали о незрелости собственных возможностей. Вместо героя нашего времени, обладателя чуть ли не самой актуальной в России 2016-го профессии, монофильм «Коллектор» Алексея Красовского предъявил натуру ранимую и страждущую искупления — впрочем, игра Константина Хабенского компенсирует раскольниковские метания персонажа.

Трагедией театрального толка предстало и преображение школьника в пророка-фундаменталиста в эффектном, но склонном пускаться в плакатные лозунги «Ученике» Кирилла Серебренникова.

Пожалуй, интереснее всего ту же коллизию фатальной мужской активности во имя высшей цели показал лучший фильм фестиваля — комедия «Хороший мальчик» Оксаны Карас (имя, которое стоит запомнить), где история старшеклассника, решающего улучшить чужие жизни, оборачивается тотальным торжеством смущения, неловкости и стыда.

Вместо того чтобы хоронить накосячивших персонажей, Карас предпочитает врубить в финале почти болливудские пляски. В условиях, когда большинство режиссеров из конкурса фестиваля вымучивает финалы для своих эффектных и интересных героев и героинь, это решение кажется наиболее правильным и злобо­дневным. По состоянию кино на этот год — танцы важнее и ценнее идей. А теперь — дискотека!

Источник: www.sobaka.ru

Комментарии
Комментарии