Светлана Ходченкова: «В личной жизни мне советы не нужны»

Актриса — о новом фильме с Данилой Козловским, актерской конкуренции и необходимости в кастингах.
Светлана Ходченкова: «В личной жизни мне советы не нужны»

Среди всех российских актрис самой состоятельной, согласно ежегодному рейтингу журнала Forbes, была названа Светлана Ходченкова. При этом она — единственная девушка в первой десятке списка (завидное четвертое место), остальные сплошь мужчины: Дмитрий Нагиев, Федор Бондарчук, Олег Табаков и другие артисты самого широкого профиля.

В отличие от коллег из бизнес-изданий Grazia увлеклась подсчетами не финансов Светланы, а ее ролей: за 13 лет в профессии она снялась в 76 картинах, 14 из которых нам только предстоит увидеть! И одна выйдет уже совсем скоро: обладатель двух наград Берлинского кинофестиваля («Хрустального медведя» и Гран-при немецкого фонда помощи детям) режиссер Андрей Кравчук выпускает на экраны историческую драму «Викинг», ради роли в которой Светлана перевоплотилась в княгиню. Как это было, чего нам ждать от картины и чем сердце актрисы успокоится — Светлана Ходченкова рассказала Grazia.

В «Викинге» вы работали вместе с Данилой Козловским. Между двумя такими опытными и востребованными артистами не возникало соперничества?

Нет. Думаю, люди, которые достигли определенного уровня в профессии, на съемочной площадке не соревнуются. Мы можем дурачиться и шутить друг над другом, потому что, когда актеры все о себе и друг о друге понимают, они хотят не самоутверждаться за чужой счет, а дружить.

В картине будет много ваших импровизаций?

Не очень: речь о другой эпохе, нормах морали, манере общения — нужно было играть абсолютно точно. Текст специфический, так что мы хотели сделать акцент не на словах, а на чувствах, отношениях, эмоциях.

А бывают ситуации, когда вы даете советы коллегам во время съемок?

Нет, я считаю, это абсолютно неэтично. Режиссер выбрал их, и только он понимает, как с ними общаться. Моя же задача — выполнить свою часть работы. Мне, честно говоря, и мыслей подобных в голову не приходило, что ах, вот если бы актер был лучше подготовлен, то и результат был бы круче. Глупость. Неужели такое бывает?

Тогда какой реакции ожидать тому, кто рискнет давать советы вам?

Было такое с артистами, с которыми я и не была особенно знакома… Что-то объяснять бесполезно, оскорблять в ответ — бессмысленно. Стараюсь обернуть все в шутку и даже не вступать в дебаты.

А вы к кому обычно за помощью обращаетесь?

Что касается личной жизни — могу справиться сама. По рабочим моментам — к директору, с которым мы дружим и работаем на протяжении долгих лет.

Что вас может вывести из себя?

У меня ужасно портится настроение, когда понимаю, что не могу поесть. И те, кто со мной давно знаком, знают: меня сначала нужно накормить, а уже потом решать деловые вопросы. Завтрак — святое.

В сети периодически появляются ваши фото со съемочной площадки — с челкой или каре. Никогда не хотелось использовать эти образы в жизни?

Решив стать актрисой, я уже пошла на эксперимент — так что на кардинальные перемены во внешности нет ни сил, ни желания. Никогда даже не красила волосы.

Не зря вы — посланница красоты L’Oréal Paris!

Да. Я очень рада, что стала их амбассадором. Кстати, в детстве хотела обрезать волосы! Но мама уговорила этого не делать, за что я до сих пор ей благодарна.

Внешность в профессии вам помогает или, наоборот, заключает в рамки амплуа?

Если за ней ничего не стоит — ты можешь оказаться однодневным продуктом.

В «Викинге» вы предстали в выразительном образе средневековой красавицы. Как он создавался?

Было нелегко. Свыкалась долго. Два года пробовалась на роль блондинкой. Потом узнала, что Рогнедой утвердили Сашу Бортич, и подумала: раз у ее героини светлые волосы, может, мне стать брюнеткой? По‑началу все отреагировали отрицательно, но режиссер хотел что-то поменять, чтобы зрители увидели меня другой.

Нужно признать, у него это получилось.

Да. Когда примерили уже второй парик, Андрей меня не узнал. И в зеркале действительно я видела другого человека. А когда надели костюмы и украшения, получился абсолютно верный образ. По совету режиссера я полетела в монастырь в Греции — смотреть на монахов. Тогда я поняла, что у них совсем другая поступь — тихая и незаметная. Это я попыталась «уложить» в моей Ирине. Не помню другого подобного случая в карьере, когда нужно было настолько психологически и эмоционально вкладываться.

Что вы чувствовали, когда все завершилось?

Во-первых, «Викинг» невозможно «пересекать» с чем-то другим, например переключиться на легкую комедию. Более того, по окончании съемок возникла огромная опустошенность — нишу нужно было заполнить, ведь душа и нервы остались на площадке. Так что на пару месяцев я отказалась от всех проектов и просто «восполняла» себя — ходила в театры, музеи, отдыхала.

А часто сталкиваетесь со стереотипным восприятием вас со стороны режиссеров, продюсеров?

Бывает — и с этим нужно бороться. Когда мне предлагают роль, а я вижу в сценарии более яркую, близкую для меня героиню, то уговариваю изменить решение. Когда-то получается, когда-то проще отказаться. Сейчас для меня одним из любимых стал проект «Вы все меня бесите» (сериал на телеканале СТС со Светланой в главной роли, премьера — 9 января 2017 года. — Примеч. Grazia) —довольно прямолинейная история, которая точно будет интересна зрителю.

Еще 12 премьер с вашим участием ждут нас в ближайшие несколько лет. На какие стоит обратить самое пристальное внимание?

Многосерийная история «Мата Хари» — международный проект, в котором мне удалось поработать с актерами, на чьих фильмах я выросла. «Довлатов» (драма Алексея Германа-младшего. — Примеч. Grazia). Живая и искрометная картина «Блокбастер», которую продюсирует Илья Стюарт.

Когда выбираете роли, думаете о собственной актерской индивидуальности?

Мне кажется, в моем случае она заключается в ее отсутствии.

Часто приходилось ее доказывать?

Переломным моментом стал фильм Валерии Гай Германики (речь о ленте «Краткий курс счастливой жизни». — Примеч. Grazia). Проект был слишком откровенным, но мне понравился, и я все-таки решила попробовать. А придя на пробы, стоя перед дверью кабинета на «Мосфильме», вдруг поняла, что не могу.

Зашла и сказала, что приехала познакомиться, но участвовать не стану. Позже мы с продюсерами попытались найти компромисс, долго общались, что-то подкорректировали в сценарии. Для меня картина могла закончиться либо провалом, либо новым витком в карьере. Получился второй вариант. Молодое поколение зрителей узнало меня как актрису только после этого фильма.

Вы невероятно востребованы. Конкуренция все равно ощущается?

Да, но другое дело, что я к ней совершенно нормально отношусь. Понимаю, с каждым годом мы все не молодеем, только мудреем и набираемся опыта — и появляются новые лица, может быть, даже более талантливые. Творческое соперничество есть, было и будет всегда. Для меня это причина пытаться стать лучше — работать с мастерами, с которыми раньше не сотрудничала, и развиваться.

В кастингах участвуете до сих пор?

Когда была молодой и зеленой, ходила на пробы. Актеры их не любят: там нужно что-то доказывать. Потом наступает момент, когда тебя утверждают сразу же — это безумно радует. Сейчас же у меня такой этап, когда я умоляю и прошу о них. Мне говорят, мол, «Света, мы тебя уже прекрасно знаем». А мне важно увидеть себя в гриме, попробовать пожить «в коже» персонажа, познакомиться с партнерами. А вдруг, когда начнутся съемки, пойму, что это не моя история?

Так что мне нравится репетировать до начала работы — и хорошие понимающие режиссеры идут навстречу. А хорошие актеры — просят. Уверена: если серьезно относиться к делу, может получиться что-то стоящее.

Интервью: Денис Мережковский

Комментарии
Комментарии