Ещё

Из Екатеринбурга — вокруг света. Пара пенсионеров обошла на яхте земной шар 

Фото: АиФ Урал
От «Приблуды» до яхты
Рада Боженко, «АиФ-Урал»: — Чтобы решится на такую авантюру, нужно иметь за плечами недюжинную физическую подготовку.
Михаил Колмогоров: — Мы с юности занимались туризмом: пешим, горным, лыжным. А по водному туризму я кандидат в мастера спорта. Но это (смеется, — ред.) от безысходности. Чем еще было заниматься в то время, когда за пределы страны было не так-то просто выехать.
Зоя Колмогорова: Мы познакомились во время моего первого водного похода, а Михаил был тогда уже бывалым.
М. К. : — На нашем счету множество сплавов, в том числе по рекам шестой категории сложности, где гибли люди. Это уже сродни альпинизму. Мы проходили такие реки, которые и сегодня остаются не пройденными. Но в какой-то момент мы поняли, что это путь… к гибели. И решили прекратить. Тем более на тот момент у нас уже были дети, сыновья-двойняшки. Мы сочли, что путешествия под парусом будут более безопасными. Сделали с другом, с которым родились в один день и учились в одном классе (он, к сожалению, погиб и в кругосветке не участвовал) два катамарана.
— А материал где брали?
М. К. : — Приезжаешь на заводскую свалку, сторожу бутылку водки и — берите, что хотите. Из детской клеенки клеили внутренние оболочки, снаружи — брезент. За основу мы взяли катамаран «Торнадо» олимпийского класса — 6 метров в длину, три в ширину. Кили у нас были сделаны из кусков лопастей вертолетов, которые также брали на свалке цветмета. А перья рулей — из маленьких лопастей хвоста вертолета. Паруса я купил фирменные от «Торнадо» в горьковском яхтклубе, а по ним для второго катамарана уже сами сшили паруса на машинке «Зингер».
Это был очень крепкий катамаран. Сейчас продают катамараны, сделанные промышленным способом, но нашему они в подметки не годятся.
— Как вы его нарекли?
— (Смеется, — ред) Так по-домашнему… «Приблуда». Выходили на нем тренировались на наших озерах. Первая мечта у нас была — пройти Байкал с севера на юг, от Северобайкальска до Иркутска, это 760 километров. Прошли на двух катамаранах, взяв старших детей, жен, друзья наши тоже участвовали в этом путешествии. Очень интересный поход был. К сожалению, от него не осталось почти никаких «следов», кроме фотографий отвратительного качества.
Следующая мечта была пройти на этих катамаранах Северным морским путем. Был 1989 год, я защитил кандидатскую диссертацию, стал старшим научным сотрудником, начал неплохо зарабатывать. Но тут все рухнуло. Надо было думать уже не о походах, а о выживании. Пришлось бросить научную деятельность, заняться бизнесом. Начало 90-х годов ушло на создание материальной базы для семьи.
Когда с деньгами стало получше, мы с друзьями заказали десятиметровую яхту в фирме, которая делает яхты для «Ява-трофи». Естественно, хотелось моря! Мы отвезли ее в Сочи. Там Зоя разбила о форштевень бутылку шампанского, назвали яхту «Екатерина» в честь святой Екатерины и нашего города, который тогда как раз переименовали.
Год «Екатерина» была в Сочи, мы заплатили деньги за стоянку. Но, как и все в нашей стране через… За зиму с нашей яхты практически все украли, начиная от спасжилетов и спальных мешков, заканчивая вилками-ложками. В общем, мы ушли из Черного моря, и дальше наша яхта базировалась в Средиземном море в городе Финике. Ушли мы туда в 1998 году, и вот уже 20 лет мы дружим с этим турецким городом.
Мы приезжали туда на месяц-два, обучали своих друзей, рыбачили, ходили в Грецию, на острова. Копили опыт, тренировались. Мечта-то была совершить кругосветное путешествие.
Знак судьбы
— Вы, идя к этой мечте, ставили себе конкретную дату ее осуществления?
М. К. : — Не ставили, все было размыто, «за туманом». Информации тогда не было никакой. Я ходил в «белинку» (казалось бы, центральная библиотека), но нашел там только лоцию Красного моря. Никаких карт не было, ни выписать их было невозможно, ни купить.
Могли, конечно, пойти на свой страх и риск. Но, когда мы с друзьями вели подсчеты — сколько нужно воды, горючего, продуктов и так далее — поняли, что наша яхта маловата, если идти на ней вчетвером. И потом, чем меньше яхта, тем она медленнее идет.
— А Зоя тогда в эту четверку, мечтающих о кругосветке, входила?
З. К. : — Нет-нет-нет. Мы приезжали, отдыхали на яхте, что-то я там делала, но не более того. Я поначалу относилась к этой затее так: «Мечтать не вредно». Но, с другой стороны, я понимала, что муж у меня азартный и рано или поздно своего добьется.
— И добился.
М. К. : — Не так, конечно, все просто было. Погиб друг, который разделял мечту. С бизнесом было не шатко не валко, только достигнешь чего-то — крылья подрезают. Лесопилку купил, пять лет на нее, как проклятый ездил. Время шло, смотрю, и по возрасту уже пора бы уходить в кругосветку, и понимаю, что жить, чтобы работать в мои планы не входило. А тут еще травму на этой лесопилке получил. К счастью, остался цел и жив, но решил — все, это знак судьбы.
Сдавая лесопилку сначала в аренду, я начал присматривать новую большую яхту. Нашел в Голландии. Меня сразу подкупило ее название — «Revolution», при этом четыре буквы — evol — выделены и читаются в обратном порядке. Тут глубокий смысл, понимаете? Чтобы совершить кругосветку, у тебя в душе должна свершиться революция, в основе которой лежит любовь.
Из Голландии я перегнал ее все в те же Финики в 2012 году, и начал приводить в «кругосветный» вид. Установил солнечные батареи, ветрогенератор и так далее. Нужно было купить и скачать картографические программы. Сегодня же, когда есть GPS-навигаторы, секстантом уже никто не пользуется — это анахронизм.
— А маршрут вы к тому времени уже проработали?
М. К. : — Конечно, нарисовали.
З. К. : — Он очень долго изучал в интернете материалы. Как, каким путем идти, где какие течения, где какие ветра и в какое время года. Проложение маршрута — это очень большая работа!
М. К. : Информацию по крупицам пришлось собирать. Скажем, в посте человека, который прошел определенный участок кругосветки, читаешь, что Торресов пролив надо пройти до октября. Наши друзья, которые тоже совершили кругосветку, немного запоздали с прохождением этого пролива, и потом мучительно несколько месяцев пробивались к Таиланду против встречных ветров.
Все надо учитывать, мы же не самоубийцы.
Капитан всегда прав
— Вы стартовали…
М. К. : — В 2014 году, в последнее воскресенье июля, в День военно-морского флота мы стартовали из Фиников. По пути к нам присоединялись друзья — прилетали-улетали, ради удовольствия разделяли наше время кругосветного путешествия. Но изначально я себя готовил к тому, что доверять никому нельзя. Если кто-то нажал не ту кнопку, дернул не ту веревку, или, наоборот, отпустил эту веревку и парус начал развиваться, хлопать и порвался — это моя вина.
— Это ведь рискованно брать всю ответственность на себя? А если бы с вами что-то случилось?
М. К. : — Зоя прошла обучение. Это обязательно. Она умеет завести машину, управлять яхтой (даже в штормовую погоду), держать курс по компасу, смотреть в компьютере наш генеральный курс, и возвращаться по треку, если кого-то, например, смыло. Азам всех обучаешь. На яхте даже пользоваться гальюном не простое дело. Ты, скажем, смыл, а краник забыл закрыть — начинается подсос воды, унитаз переполняется и внутрь яхты начинает поступать вода. Газом надо научиться пользоваться правильно, бывали случаи, когда яхты взрывались. Словом, на яхте мелочей нет.
Но чтобы обезопасить себя даже в мелочах, ты должен быть сам начеку, следить за экипажем.
— То есть друзья, оказавшись на яхте, автоматически становились экипажем?
М. К. : — Да. При этом действует правило — капитан всегда прав. Беспрекословное подчинение капитану — любые обсуждения сразу пресекаются. Самая большая беда, когда в социальных сетях «диванные капитаны», которые раз в год сходят в отпуск на яхте, начинают судить-рядить, мол, я бы сделал так, а тут он «чайник» и так далее. Это потому, что Тот, кто за нами следит, еще не задавал им сложных вопросов. А Он обязательно задаст вопрос, который ты не учил.
— Какой вам самый сложный вопрос был задан?
М. К. : — Вопрос, который я как раз учил, но от этого он оказался не менее сложным. Нас выбросило на риф в самом центре Тихого океана. Ни где-нибудь, а на атолле Суворова! Тогда показалось — все, мечта разбилась о риф. Но вся жизнь, которая была до этого, тренировки, серьезная подготовка помогли и яхту стащить с мели, и починить ее.
— Самостоятельно?
М. К. : Конечно. Это центр Тихого океана, никого нет. Там в заповеднике рейнджер с женой жил. Судно к ним со сменой приходит раз в шесть месяцев. До ближайшей более или менее обжитой земли несколько тысяч миль.
— Сколько вы там куковали?
М. К. : — Куковали недолго — за четыре дня все отремонтировали и продолжили путешествие. Мы тогда на яхте втроем были, с моим другом, с которым ходили еще в водные походы. Ремонтные работы начинали с рассветом.
Рыбная «диета»
— Зоя, какова ваша роль была во время путешествия?
З. К. : — Я пошла как помощник. Осознавала, что будет тяжело, в том числе физически. Изначально, когда планировалась кругосветка, предполагалось, что на каждом этапе кто-то будет прилетать и один Михаил никогда не будет. Но могло ведь случиться, что кто-то не сможет прилететь (так в итоге и произошло). Я понимала, зная его упорство и упрямство, что он тогда пойдет один. Так лучше я буду рядом, и чем-то смогу помочь. Тем более опыта я набралась, чувствовала себя уверено. Не то, что раньше. Поначалу бывало, когда мы просто отдыхали на яхте в Средиземном море, в непогоду, грозу я даже плакала по ночам. Страшно было по-женски.
А в путешествии я готовила, прибирала, продукты закупала, вела их учет. Бытовые вопросы были на мне.
— Рацион питания в кругосветке существенно отличался от обычного?
З. К. : — Конечно, изменился. Питались в основном морепродуктами, рыбой, моллюсками. Были экземпляры рыб больше 10 килограмм. Но в среднем 3-5 килограмм.
М. К. : — Мы поймали более 200 рыб — я считал по дневнику. Разумеется, во время подготовки к путешествию я также по крупицам собирал информацию о съедобных рыбах, о паразитах, которые в них могут быть. Мы должны быть уверены в безопасности пищи.
З. К. : — Мы брали с собой комплекс витаминов. Понятно, что мы покупали на земле овощи, фрукты, но они же долго не хранятся, поэтому в Тихом океане, во время самого длительного — месячного -перехода без суши мы принимали витамины.
М. К. : — Смотрите, Колумб шел 40 дней и у него матросы заболели цингой. Она очень быстро может развиться, если организм не получает свежих продуктов.
У нас же с Зоей большой опыт всевозможных походов, поэтому мы прекрасно понимает, что должен быть запас сухих продуктов. У нас это все лежало в яхтенных закромах, как и несколько ящиков тушенки на случай, если рыбы нет. Хотя за все три года только 17 банок тушенки ушло.
Мы разнообразно питались. Рыбку нарезал, посолил, поперчил, залил оливковым маслом, сбрызнул лимоном — два часа и она готова. Большую рыбу солишь просто покруче. Вялили рыбу, потом всем раздавали.
З. К. : — То уху приготовишь, то пожаришь рыбку, то котлетки сделаешь — мы даже мясорубку приобрели. Я в кругосветке пироги научилась печь, хлеб — раньше не пекла.
Мы и праздники отмечали: Новый год, свои дни рождения, дни рождения детей, День Нептуна… На Пасху яйца красили. Варила в луковой шелухе, а из журналов картинки вырезала и наклеивала.
В вотчине людоедов
— Заходя в порт, вы, наверное, становились местной достопримечательностью?
М. К. :— Смотря где. Там, где причаливает много путешественников, до нас никому дела не было. А, допустим, на Соломоновы острова мы одни пришли. Естественно, там представители племен сразу приплыли со всех сторон, предлагали что-нибудь купить. Они из коры деревьев делают вручную материю, которая на Таити стоит бешеные деньги. А нам предлагали купить за пять долларов целую простыню. Чашки из кокосовых орехов предлагали, тотемы из раковин.
— А что это за история про ваше пленение?
М. К. : — На самом деле это поучительная история. Я тогда без Зои шел (она по семейным обстоятельствам была вынуждена прервать путешествие), с двумя друзьями. Так вот. В путеводителе английского путешественника-яхтсмена я прочитал, что на Никобарские острова заходить нельзя, Индия это запрещает. Читаю ЖЖ нашего путешественника Евгения Шкарубы. Они туда заходят, высаживаются на прекрасных пляжах, жгут костры, пекут картошку. И после прекрасного отдыха идут дальше. А в Таиланде я встречаю парней, которые купили яхту Федора Конюхова, они мне тоже рассказывают, что Никобарские острова потихонечку прошли, просто ни в каким деревенькам не подходили.
Со мной шли ребята, которым хотелось побывать в диких местах. А там до сих пор людоеды живут, и эти дикие племена оберегают. Заповедная территория по их понятиям.
Мы нашли прекрасный пляж, думали, постоим несколько дней на якоре. И вдруг от берега к нам отчаливает большая резиновая лодка с военными. Они нам приказывают отдать якорь. К вечеру приходит военный корабль. Нам приказывают двигаться в направлении их военной базы. Все ночью идем, утром заходим в бухту, видим там поселение, военные корабли. К нам на борт заходит 18 военных в грязных ботинках (обычно все яхтсмены снимают обувь), начинают нас допрашивать. Часа два задавали всевозможные вопросы, порой, очень смешные. Например, живы ли у нас родители? Вполне, доброжелательно, надо сказать.
Естественно, я связался с Зоей по спутниковому телефону, обрисовал ситуацию, и она позвонила в наше посольство в Индии.
З. К. : — Там меня успокоили, мол, не вы первые, не вы последние. Обещали заняться этим вопросом, и решить его в течение двух дней. Но улаживание бюрократических формальностей растянулось. Они там весьма неторопливые, то праздник у них, то выходной.
М. К. : — Мы провели под арестом неделю. Рыбачили. Только на землю нельзя было сходить. Но они нам пресную воду поставляли — я за ней на лодочке плавал, иногда приносили связки бананов, ведро риса, жареную рыбу. Интересовались, не голодаем ли мы. Заботились, словом.
Понятно, что мы находились под арестом, и это довлело, но мы все равно назвали это место — курортные Никобарские острова. Семь дней у нас был отдых: никаких штормов, москитов мало, погода замечательная, купаешься с утра до вечера.
Временные попутчики
— Написав книгу о кругосветном путешествии, вы наверняка систематизировали впечатления. Какой период путешествия был самый сложный?
М. К. : — На Суворове был, конечно, критический момент. И, когда мы попали в циклон. Это не простой шторм, а ураган с закольцованным ветром. Попасть в такой циклон, конечно, опасно. Эта воронка постоянно движется, иногда со скоростью яхты. Если она далеко ты успеваешь уйти к экватору — вдоль экватора их не бывает. Самое страшное, когда ураган образовался вокруг тебя — воронка же огромная, ее диаметр может быть и 200 и 400 миль. Во-первых, если попал внутрь, тебе все равно придется циклон пересекать. Во-вторых, внутри этой воронки — столкновение разнонаправленных волн — жуткая вещь. Мы попали в эту передрягу. Я уже по косвенным признакам понял, что на нас двигается «центр бури». Стояли на дрейфе, отпуская плавучий якорь, который позволяет яхте стоять все время носом к ветру и волне. Рвались паруса. Поскольку волны были хаотичные, качка была серьезная. Двое суток мы вообще не спали. А потом устали до изнеможения — стоило присесть, как ты уже спишь.
— С пиратами не приходилось встречаться?
М. К. : — Нам нет, но в Малайзии мы встретили швейцарца (у него там яхта на ремонте стояла), который рассказал, что по пути на него напали пираты, но не сомалийские. Налетели, ударили носом своей лодки в бок его яхты. Заскочили, отобрали все, что нашли ценного. Самого хоть не убили. Но так ведь и у нас тут могут ограбить, так что шансы равны.
А что касается сомалийских пиратов, там сейчас мощный международный коридор безопасности.
— Чем вы занимались в моменты отдыха?
М. К. : — У нас на яхте хорошая фильмотека. Кроме того, за время кругосветного путешествия мы прочитали больше книг, чем за всю жизнь. Скажем, я прочитал всю Библию. «Улисс» Джемса Джойса. У меня есть друзья-филологи, которые так и не осилили это произведение. А я прочитал, и самое главное, понял.
— С морскими обитателями как отношения складывались?
М. К. : — Акулы, конечно, встречались. Одна нас двое суток терроризировала, неотлучно следовала за нами. Не купаться, не охотиться нельзя было. Геккончик у нас одно время жил на яхте, видимо на стоянке забрался. Мы его Яшей назвали. По ночам выходил на палубу охотиться на мошек, днем прятался в прохладу трюма. Мы ему мух ловили. А в Малайзии он от нас ушел. Тропические тараканы появлялись — они же летают. Птицы с нами часто путешествовали. Одна чайка двое суток жила, стала ручной совсем, доверяла нам. Во время перелетов у нас отдыхали, набирались сил ласточки и карликовые щурки.
— Столько времени вы провели неотлучно вместе. Не устали друг от друга?
З. К. : — Наоборот, мы еще больше сплотились. Стали еще теплее относится друг к другу.
— Подозреваю, что долго на месте вы не усидите. Есть уже какие-то планы?
З. К. : В этом году Михаил собирается на Майорку, там живет дочка с семьей. Говорит, пора внуков приобщать к путешествиям.
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео