Ещё

«Я подбираю кошек — меня подбирают люди» 

Фото: ТАСС
Городок Задонск Липецкой области — небольшой и уютный. Сразу бросилось в глаза, какие задончане отзывчивые. Когда я шепотом спросила у попутчицы в маршрутке, как доехать до монастыря, к ответу подключился весь салон. Меня готовы были довести прямо до ворот.
Пока я добралась до монастыря, я настолько продрогла, что Арсения тут же предложила мне выпить кофе и согреться в ее крошечной, теплой и солнечной келье. Рядом в лотке спал щенок, а на диване дремал кот Барсик.
Рождество-Богородицкий монастырь, где Арсения обитает полжизни, основан еще в 1610 году, когда в округе не было даже сел. Сейчас в городе Задонске 10 тыс. жителей, курсируют автобусы, маршрутки.
В советские годы здесь располагались овощесушильный завод с консервным цехом, роддом, травмпункт, поликлиника, больница и даже училище культуры, которое закончили рок-музыканты Гарик Сукачев и Сергей Галанин.
Страх весны
Каждую весну в монастырь в мешках и коробках несут котят и щенков, несмотря ни на какие мольбы монахини. «Как-то на Казанскую бабуся принесла мешок с котятами. У меня сердце упало: уже было 30 котят, куда еще? Не пускала ее в монастырь: нельзя к нам, чумка началась, лучше сами их спасите. А бабушка бросила мешок — и наутек. Или приехал на машине крепкий мужик, в коробке девять котят — сказал, что если не возьмем, то он их в лесу бросит. Вы, говорит, должны, все равно в монастыре вам заняться нечем, вот и помогайте», — вздыхает Арсения.
Во дворе монастыря, в беседке, где летом и осенью чистят грибы, в больших количествах собираемые настоятелем Никоном, Арсения часто находит мяукающую картонную коробку. «Уже от вида коробки вздрагиваю, — рассказывает она. — Всего две недели в конце февраля у меня есть на передышку, а с началом марта в монастырь начинают везти живность из Воронежа, Липецка, Орла, Белгорода».
Добровольно она не взяла ни одного котенка и щенка. «Но не бросать же. Жалко их», — говорит монахиня.
Спрашиваю, как ей удалось пристроить такое число котят. Арсения рассказывает, как ездит с ними по рынкам Липецкой области, в села Долгоруково, Хлевное, Донское, раздает даром, а еще пристраивает через разные сайты, для этого возила их к маме в Воронеж. «Но в Воронеже заразили чумкой, теперь там нет места для передержки, и я боюсь весны — как котят со щенятами пристраивать?» — волнуется она.
Любовь к человеку
Сама Арсения, которую раньше звали Наталь, получила образование геофизика, семь лет подвизалась в кришнаитах, даже пройдя две инициации (церемонии духовного посвящения, означающие либо начало духовной жизни, либо переход на следующий уровень духовного развития — прим. ТАСС), в соответствии с которыми соблюдала обеты целомудрия, нестяжания, послушания. Православной монахиней стала в 23 года. Сама Арсения говорит, что сожгла все мосты, ушла от мира, уничтожила все фотографии. О фотографиях теперь сожалеет. «Было бы интересно сейчас посмотреть на себя в сари», — смеется, расправляя черный подрясник.
Помнит, как первый раз зашла в храм: страшно. «Креститься не умела, стала делать, как люди вокруг. Когда прикладывалась к мощам, что-то как пронзило — с тех пор понимаю слово „осенило“. Посмотрела на распятие — совсем не страшно, наоборот: во всех религиях человек приносит жертву Богу, выражая ему свою любовь и преданность, а тут сам Бог принес себя в жертву и максимально предельно выразил свою любовь. Подумала: какие же должны быть хорошие христиане, если у них такая идея», — улыбается.
С тех пор к кришнаитам ни ногой.
"Если после смерти ничего нет, то полная бессмыслица, тупик. С 13 лет я пыталась найти ответы у всех философов и в итоге нашла", — говорит она и читает поразившие ее слова Паисия Величковского: «Я бы сошел с ума от несправедливостей этого мира, если бы не знал, что последнее слово останется за Господом Богом».
Первый котенок
В 1996 году Наталья хотела просто поработать волонтером в монастыре Задонска и уехать домой. Сидела на лесах в Тихоновском храме, расписывала стену, как вдруг сверху увидела бегущих по двору мальчишек. Двое несли окровавленного котенка, третий гнался за ними и кричал: «Не убивай!»
"Взяла их за шкирку и узнала, что мальчишки нашли раненого котенка и решили его добить. Я котенка отняла, принесла в келью, где нас жило десять девушек, но он так громко мяукал, что на меня пожаловались наместнику монастыря. Хотели отнять котенка, но я не отдала, а предложила паломникам", — рассказывает.
Так она пристроила своего первого котенка.
Постриг
"Расписывала храм и смотрела с лесов на икону Богородицы: Матерь Божья, думала, как бы мне хотелось побывать на местах страданий Твоего Сына. И через три дня мне подарили путевку в Иерусалим. В паломнической поездке подошла на исповедь к старому схиархимандриту Макарию, и он сказал, что постригут меня в инокини в Успенский пост. Только, сказал, имя себе не выбирай. Я не поверила, перестала его слушать, а вернулась из Иерусалима в начало Успенского поста. И сразу узнала, что меня через день постригут в монахини. На постриге владыка произнес: «Инокиня Арсения», — женщина заметно волнуется.
Многие друзья тогда удивились: зачем это ей, юной, веселой и легкой на подъем? «Как-то студенткой придумала с друзьями поехать на выходные в Москву и Питер. В Питере моя тетя жила, по телефону напросилась к ней на ночлег. Не одна, говорю ей. А она: ну, приезжай не одна. И мы приехали — 12 студентов! Со своими спальниками, ковриками — все разместились!» — смеется. Почти никто Наталью не понимал, все спрашивали, от чего она бежит.
В монастырь, объясняет Арсения, уходят не от, а — к. Только к Богу. Чтобы помогать, молиться о тех, кому тяжело, кто болеет, грустит, не знает, как жить. И нести послушание: например, она 12 лет пекла в монастыре хлеб, по 500 кг теста в день.
Райский остров
Она работала в пекарне по 18 часов, выкраивая время на животных. Уставала смертельно, спала сидя — в келье все было уставлено клетками с кошками. Колоссальное напряжение, постоянный стресс: пристроить даже одного котенка очень непросто.
"Монахини говорили: тебя редко в храме видно, а прихожане: вы обязаны брать котят. Хоть разорвись: с маленькой кельей, с двумя послушаниями, с недосыпом, — загрустила Арсения. — Летом ем на бегу, потому что после послушания надо лечить одних животных, а с другими надо ехать на рынок. Помню, взмолилась я о помощи от хорошего человека, который дал бы мне отдых. У меня так всегда: я подбираю животных — меня подбирают люди".
В один из февралей так и случилось: хороший человек подарил ей путевку на Сейшелы, на остров Птиц на коралловых рифах. Тремя самолетами, через экватор, она добралась до острова, где нет электричества и сотовой связи, но зато много разноцветных птиц и живут самые большие в мире черепахи, которые устраивали игры в озере возле ее бунгало.
Арсения помнит, как удивил ее белоснежный песок, яркие краски природы и прозрачный океан, в котором можно было наблюдать за скатами. Вечерами ей выдавали фонарь, иначе можно в темноте, идя на ужин, наступить на птенца или красивый цветок. Все это так впечатлило женщину, что ей очень захотелось испечь необыкновенный хлеб. Так и родился хлеб на бездрожжевой виноградной закваске.
После поездки на Сейшелы Арсения получила другое послушание: она стала корректором в типографии при монастыре. Оформляет требы — сорокоусты, царские, годовые, полугодовые, двухмесячные литургии, перепечатывает на компьютере и заносит в архив.
Кошкин дом  В социальных сетях в ее группе «Кошки Задонского монастыря» почти 3,5 тыс. подписчиков. На входе в монастырь стоит ее «котариум» — стеклянный ящик с котами, которых любой может забрать домой.
Группу она создала, когда три года назад хотела уехать из монастыря, потому что снесли сарай для ее кошек. Кошки, клетки, 200 кг корма, а девать это добро некуда. На пожертвования группы — 138 тыс. рублей — вместо снесенного сарая купила бытовку. В ней под присмотром дворника Александра сейчас живет ее «второе послушание».
Места в сарае не всегда хватает, тогда Арсения уступает свою келью. «Мне говорят: ты кошками занимаешься, а надо людьми. Но если ты христианин, как можешь пройти мимо замерзающего животного, пнуть его ногой, ударить палкой? Как-то зимой лежала с температурой сорок, вдруг стук в келью: на улице замерзает побитый котенок. Я встать не могу. Через полдня опять стук в дверь: котенку очень плохо на морозе. А вы, отвечаю, сами почему его не взяли? Наутро снова стучат: околел, наверное, котенок. Доползла до него, взяла на руки». Котенок был сильно обморожен, но все закончилось хорошо. Сейчас он не отходит от хозяйки ни на шаг и даже спит с ней «в обнимку».
А вот Арсении болеть нельзя: каждый день надо кого-то кормить, лечить или мыть. Бывают дни, когда ей почти сутки надо выполнять основное послушание, но она все равно везет кошек и собак на рынки.
"Если человек читал Евангелие, то почему дальше книги не пошел? Любой пристроит своих пять котят. Как же я одна справлюсь, если мне их приносят сотнями?" — спрашивает Арсения. И я не знаю ответа.
А между тем проблему можно было бы решить. У Арсении есть в городе хибара, которую для нее выкупила одна из ее добровольных московских помощниц. В ней можно было бы организовать передержку для всех кошек и собак. Но там необходим ремонт. Если бы все десять тысяч добрых жителей Задонска подарили монахине по 30 рублей, то как раз набралась бы нужная для ремонта сумма и в городе мог бы появиться первый приют для животных.
Елена Рузанова
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео