Вечерняя Москва 6 марта 2018

Волшебные слова

Фото: Вечерняя Москва
Иногда я думаю, какой бы она была сейчас. Понурой и уставшей от жизни — не про нее. Поучающей советами — подавно. Моложавой болтушкой, располневшей брюзгой, неуправляемой скандалисткой — все не то.
Перебираю мысленно образы — один за другим, а потом вдруг, как всплывающие окна рекламы — воспоминания. Картинки мелькают фрр-фрр-фрр, будто ток проносится по спутанным в клубок проводам — направо, налево, вперед, назад, по какой-то безумной спирали.
Остановка. Наше последнее 8 Марта…
— Куплю тебе тюльпаны.
Я студентка последнего курса. Высокая шпилька, короткая юбка и вся жизнь впереди. Знаю, она не любит цветы, но праздник ведь.
— Нет, давай гвоздики.
Она, кажется, впервые соглашается принять «сопливый букет». Предлагаю самые пушистые цветы заковыристых оттенков.
— Нет, красные.
7 ноября какое-то, а не Международный женский день.
— Это тебе. С 8 Марта, — быстрый поцелуй в щеку.
На этом все. На следующий день я укатила на учебу.
А цветы долго потом стояли в вазе. Она смотрела на них и улыбалась. Хвасталась перед соседками. Потому что видела не пестики-тычинки, но читала в гвоздиках слова.
Которые не были сказаны…
Я не торопилась, а она и не ждала. Просто знала. Что внешне может быть по-разному, а внутри «железобетонная» любовь — не пошатнешь, что бы ни случилось. Когда мы вместе — весело и грустно, тревожно и спокойно, обидно и радостно. По-всякому. Но это всегда как— то. Врозь — пустота. Высший пилотаж — оценить то, что есть. Вовремя. И сказать слова. Вовремя. Нет прокричать! Чтобы все слышали. Чтобы не упустить время. Потому что «потом» может не быть.
Иногда я думаю, какой бы она была сейчас. Иногда узнаю ее в прохожих: те же короткие волосы, тот же подтянутый силуэт, та же походка. И ускоряю шаг, чтобы догнать, заглянуть в лицо.
Чтобы сказать. Знаю, что невозможно, но надеюсь.
И каждый раз понимаю, что это будет не ее лицо. А ведь прошло уже двенадцать лет, как ее нет в моей жизни. Мама, я люблю тебя.
Комментарии
Читайте также
Как греческие монахи сражались против фашистов
Какими словами оскорбляли на Руси
Как советский разведчик свел Гитлера с Евой Браун
Элла Харпер: судьба «девочки-верблюда»
17