Тайна смерти Владимира Бехтерева: что случилось с академиком после разговора со Сталиным

Из отечественной истории, известно, что большинство придворных лекарей, лечивших российских государей, были иностранцами и закончили свою жизнь трагически. Лечить царей дело опасное. С приходом советской власти ситуация не изменилась. Не прошло и суток после того, как поставил И.В. Сталину неутешительный диагноз «паранойя», как выдающийся ученый загадочным образом скончался.

Фото: Русская семерка

Роковой вызов

В декабре 1927 года в Москве проходил съезд психиатров и невропатологов. На нем одним из докладчиков был заявлен директор Института по изучению мозга и психической деятельности, выдающийся отечественный ученый В.М. Бехтерев. Однако едва медик прибыл в столицу, как его неожиданно вызвали в Кремль. Известный невропатолог должен был проконсультировать И.В. Сталина относительно его волнений по поводу сохнущей руки. В этом вызове не было ничего неожиданного, поскольку Бехтерев являлся ученым, признанным во всем мире. В одной из своих работ он отмечал, что с помощью внушения и гипноза можно успешно лечить сухоруких, расслабленных и мнимоумерших. Несмотря на то что до революции Бехтерев был тайным советником, генерал-майором медицинской службы армии Российской империи, начальником императорской Военно-медицинской академии, после прихода к власти большевиков его не тронули, позволив продолжать научную деятельность. Доверие к ученому было настолько высоко, что Владимира Михайловича, к мнению которого прежде прислушивался , несколько раз приглашали в Горки к умирающему В.И. Ленину.

Сложно сказать, как на самом деле в тот судьбоносный декабрьский день проходила консультация у Сталина, поскольку общались они один на один. Тем не менее, как утверждает народная молва, когда Бехтерев выходил из кабинета вождя, до присутствующих в приемной донеслось слово «паранойя». Очевидно, во время консультации по невропатологии собеседники плавно перешли на тему психиатрии и отличавшийся редкой особенностью говорить правду в глаза В.М. Бехтерев поставил И.В. Сталину неутешительный диагноз, подтвержденный временем. Разумеется, оставлять в живых ученого, способного разгласить свои выводы относительно здоровья набиравшего политическую силу Сталина, было нельзя. Опасения вождя не были напрасными. Когда Бехтерев с опозданием приехал на съезд, то в качестве оправдания он опрометчиво заявил, что смотрел одного «сухорукого параноика». Эти слова оказались роковыми для ученого.