Удивительная экспозиция музея-заповедника «Царицыно»

Дачное Царицыно стало особым миром — красивым, теплым и очень московским. В 1917 году он разрушился вместе со страной, но осталась память.
Удивительная экспозиция музея-заповедника «Царицыно»

В названии «Царицыно» слышится что-то монументальное и помпезное. И перед глазами сразу встают великолепные руины, таинственные масоны, дворцовые интриги, трагедия великого зодчего и его гениальные фантазии, так и не ставшие реальностью. А вот для людей начала прошлого века ассоциации с этим названием были совсем иными: тишина, уют и безмятежность. После нескольких сотен лет бурных перипетий Царицыно окунулось в дачную идиллию. Этому, наверное, самому счастливому периоду в его жизни и посвящена открывающаяся экспозиция музея.

Из Богородского через Черную грязь

Подробный рассказ о драматической истории Царицыно занял бы слишком много места, к тому же Мослента не раз об этом писала. И все же, совсем обойти вниманием культурно-исторический аспект невозможно, тем более что для последующих событий он станет определяющим.

Выделим из богатой летописи лишь самое важное и, может быть, не слишком известное…

Наверное стоит вспомнить, что первый «благостный» период в жизни этой местности случился еще в то время, когда именовалось оно не Царицыно, а Богородское и знаменито было своей тишиной, безлюдностью и целебными грязями, вроде как помогавшими от бесплодия.

Сама великая княгиня Соломония Сабурова сюда приезжала. Тогда над животворным источником установили часовенку в честь Богородицы, что и дало название урочищу.

При Грозном эти земли обрели новых хозяев — бояр Годуновых. Царевич Федор Иоанович страстно полюбил юную придворную Ирину Годунову и возжелал на ней жениться. Иван не возражал и в приданное даровал новым родственникам эти тихие земли. На тот момент еще был жив царевич Иван и Федор не считался наследником престола, так что уготованная ему перспектива спокойной сельской жизни неподалеку от столицы всех устраивала.

Молодые даже палаты каменные строить начали и хозяйством обзаводиться. Кстати, именно тогда брат княжны Ирины Борис Годунов приказал соорудить в округе цепочку прудов. Они потому Борисовскими и называются. Сельская идиллия продолжалась не долго — Иван младший погиб и ставшему наследником трона Федору с женой пришлось перебираться в столицу.

План Черной Грязи и прилегающих земель.

При следующем упоминании будущее Царицыно именуется уже не Богородским, а Черною грязью. Виной всему — Смутное время, которое прокатилось по Подмосковью почище батыева нашествия. Годуновские постройки были разрушены, имение пребывало в запустении. Так что, новое название и емкое слово пустошь вполне соответствовали ситуации.

И снова царь, и опять любовь! Долго после смерти юной жены Марии (Долгорукой) молодой царь Михаил Романов не мог найти избранницу, но наконец остановил выбор на Евдокии Стрешневой. Однако, красавица-девица рода была захудалого, в смысле, обедневшего в смуту. Чтоб ситуацию поправить, из казенных земель ее семейству выделили некоторое приличествующее количество земель — вроде как, продали, но за формальные деньги. Так обширная пустошь Черная грязь с окрестностями обошлась новым царским родственникам всего в 73 рубля.

Воистину, близость к Кремлю способствует материальному благополучию…

Пленные белорусы и молдавские политэмигранты

Черная грязь досталась Семену Лукьяновичу Стешневу, теперь видному боярину, царскому шурину. Он решил подойти к обустройству основательно. Почистил годуновские пруды, отстроил имение, завел погреба, амбары, мельницу. Заложил огороды и великолепный фруктовый сад. Проблемой стала нехватка людей, но помогло служебное положение и война: Семен Лукьянович выписал несколько сотен пленных православных душ из только что освобожденных белорусских земель Речи Посполитой. Для них даже дома построили.

Семен Лукьянович славно потрудился на благо процветания Черной грязи, но умер он бездетным, и имение перешло к дальним родственникам. В итоге, владельцем его стал знаменитый Василий Васильевич Голицын, который был женат на Евдокии Стрешневой и получил Черную грязь в приданное.

Голицын был человеком просвещенным, не зря европейский камзол задолго до Петра Великого стал носить. И имение свое он стал обустраивать на модный тогда французский манер. Прежде всего, касалось это пруда и ландшафтного парка. Были устроены новые платины и протоки, высажены декоративные растения, появились прогулочные аллеи. Кроме того, были расширены сады, появился конюшенный, воловий и солодовый дворы, заработали несколько мельниц.

Терем достиг почти царского масштаба. Имение Голицына стало модным местом (благо царское Коломенское было рядом), куда съезжалась московская знать и где, конечно, бывала невенчанная жена Василия Васильевича царевна Софья. Голицыну ради нее законную супругу пришлось в монастырь постричь…

Как известно, стрелецкая карта Софьи была бита петровскими потешными полками, а ее фаворит Василий Голицын отправился ссылку на Двину, где и закончил свои дни. Имущество его и Черная грязь тоже, перешло в ведение казны.

Нового владельца Царицыно получило в 1711 году, после Прутского похода Петра. Компания сия, как известно, окончилась катастрофой, слава богу, самого царя от плена спасли. Вместе с русским войском оказался в Москве и молдавский господарь Дмитрий Кантемир. Он выступил против турок на стороне Петра и после поражения оставаться в родной стране уже не мог.

С господарем приехали около двух тысяч политэмигрантов — приближенных, воинов и их семей. Петр даровал Кантемиру несколько имений, в том числе, Черную грязь, где поселилась часть беглецов. Так в Подмосковье появилось несколько почти чисто молдавских деревень — Сабурово, Булатниково, Орехово.

После смерти знаменитого господаря, имение Черная грязь благополучно переходило по наследству от его детей к внукам, пока в семидесятые годы сюда не попала императрица Екатерина II. Вот как она сама описала свое путешествие:

«…В один прекрасный день ее величество (императрица имела обыкновение писать о себе в третьем лице) изволила выехать на большую дорогу, которая ведет из Москвы в Каширу. Дорога привела к огромному пруду, рядом с которым был еще пруд больше и живописнее, и этот пруд принадлежал не ее величеству, а соседу ея, князю Кантемиру. Ко второму пруду примыкал еще третий с извилистыми берегами. Вот гуляющие, направляясь от одного пруда к другому, то пешком, то на лошадях, на расстоянии семи верст от Коломенского, начинают завидовать чужому имению, хозяин которого, старик за 70 лет, совершенно равнодушен и к водам, и ко всем живописным видам».(из письма императрицы Екатерины II в Париж барону Фридриху Мельхиору Гримму).

Фото: пресс-служба музея-заповедника «Царицыно»

Стоит отметить, что Екатерина в это время вознамерилась сделать Москву второй столицей и искала место для подмосковной резиденции.

Парк императрицу поразил, оставалось только построить дворец. Первым делом она приказала выкупить земли у старика Кантемира (ему заплатили даже больше, чем он попросил), и переименовала имение в Царицыно. Название Черная грязь для императорской резиденции сочли неблагозвучным.

Царство дачной благости

Так, на карте Москвы появляется волшебное слово — Царицыно. Величие и трагедия баженовского, а потом и казаковского проектов подробно описаны, так что, обращаться к ним не будем. По разным причинам дворцы так и не были полностью достроены, и более полувека простояли в виде руин, которые постепенно становились все более и более живописными. Так продолжалось, пока в имение прабабки не заехал молодой император Александр II.

Шел 1856 год, в Москве происходили коронационные мероприятия. Между приемами и торжественными службами в древних московских соборах, молодой император с придворными вырвался на охоту и оказался в Царицыно. Выяснилось, что обширные земли с руинированными остатками дворца, огромным садом, анфиладой прудов и великолепным парковым ансамблем по-прежнему числятся за дворцовым ведомством, но никак не используются. В лучшем случае, на прогулки туда приезжает московская публика.

Царя такая бесхозяйственность возмутила. Только что закончилась Крымская война, денег в казне нет, а тут бесполезно пропадает лакомый кусок земли, дворцовые постройки постепенно разрушаются, так еще двор тратит деньги на поддержание их в каком-то относительно приличном состоянии. И император решительно приказал продать творение Баженова-Казакова под разборку на кирпич. Была и цена установлена — 82 тысячи рублей. Слава богу, что желающих не нашлось…

Железнодорожная станция Царицыно.

В 1860 году Царицыно было передано из ведения Дворцового ведомства в Удельное. Казалось бы, мелочь, но с этого началась его совершенно новая жизнь. Начальнику Московской конторы Удельного ведомства И. И. Маслову пришла простая и логичная, а потому почти гениальная идея: использовать земли вокруг паркового ансамбля под дачи для горожан. Царицынский парк и пруд стали как бы центром дачной жизни, его козырем и главной достопримечательностью. Благодаря им цены были установлены приличные, но и спрос оказался серьезным.

Еще одним важным нюансом стала транспортная доступность. В 1865 году открылась железнодорожная станция Царицыно, которая была первой же станцией от Москвы. В дачный сезон многие поезда ходили только до царицынского вокзала и обратно, и весь путь занимал всего двадцать минут.

Дело оказалось выгодным и прибыльным. Ловкие предприниматели (термины девелопер и риэлтор тогда были не популярны) брали большие куски земли в концессию на 95 лет, делили ее на участки, благоустраивали и продавали. Другие вкладывались в строительство дач и сдавали их внаем. По левую сторону железнодорожного полотна (если ехать из Москвы) возникли дачные поселки Старое Царицыно и Воздушный Сад (1860-е годы), Поповка (1878), Покровская Сторона (1889), по правой стороне — Новое Царицыно (1860-е годы) и Воробьевка (1889). Бизнес процветал.

Довольно быстро в Царицыно сформировался особый дачный мир со своими традициями и особенностями. Его центром, конечно, были пруды, парк и руины дворцов. Они задавали тон. Но были и известнейшие среди любителей спорта теннисные корты, кегельбан, бильярд.

Была гостиница с рестораном и площадка для фейерверков и танцев, где играл оркестр. Этот «развлекательный центр» держал небезызвестный Бальтазар Дипман. Была там и открытая эстрада, где давал концерты Ф.Шаляпин, танцевала знаменитая балерина Е.Гельцер, показывал номера дрессировщик В.Дуров, выступали актеры Художественного и Малого театров.

С 1891 года право рыбной ловли удочками в Царицынских прудах было передано Московскому обществу любителей рыболовства. Его возглавлял знаменитый предприниматель и меценат Николай Петрович Бахрушин, владевший большой двухэтажной дачей поблизости. Его старанием была построена рыболовная «станция» с пристанью и лодками для любителей рыбалки.

Царицыно постепенно стало центром притяжения для московской интеллигенции. Здесь жили философ Владимир Соловьев, поэты Федор Тютчев и Алексей Плещеев, писатели Леонид Андреев, Иван Бунин и Андрей Белый, композитор Петр Чайковский, певец Леонид Собинов. В Старом Царицыне была дача большого семейства изобретателя Дмитрия Езучевского, дом которого в 1904 году планировал купить Антон Чехов.

Первый Кавалерский корпус несколько лет подряд снимала семья выдающегося археолога, специалиста по нумизматике Алексея Орешникова, который вместе со своим соседом, знаменитым историком и москвоведом, директором Исторического музея Иваном Забелиным занимался в Царицыне археологическими раскопками — они исследовали курганы славян-вятичей. Обитали в Царицыно и представители политического истеблишмента, например, здесь был дом председателя I Государственной думы Сергея Муромцева. Его племянница, Вера Муромцева, впоследствии стала женой Ивана Бунина.

Дачное Царицыно стало особым миром — красивым, теплым и очень московским. В 1917 году он разрушился вместе со страной, но осталась память — материальная и духовная. Окунуться в нее, почувствовать неповторимый дух дореволюционной дачной жизни можно на новой экспозиции музея-заповедника «Царицыно».

Комментарии
Комментарии