Геолог станции "Северной полюс-42" рассказала о жизни на дрейфующей льдине

Станция "Северный полюс-42", дрейфующая во льдах Северного Ледовитого океана, почти подошла к географическому Северному полюсу. В какой-то момент до него оставалось всего 50 километров. Сейчас станция находится на 89 градусе северной широты. Уникальные исследования на самой макушке планеты продолжаются.

Участница экспедиции, геолог Елена Миролюбова специально для "РГ" передает, как идут дела у полярников. Первый ее репортаж опубликован на сайте "РГ" в сюжете "Новая экспедиция "Северный полюс-42" на уникальном судне в Арктику: Дневник обозревателя "РГ". Сегодня - новый рассказ Елены о жизни на полярной станции.

...В 20 метрах от дна на тросе начинает лопаться оплетка. Спуск пробоотборника пришлось остановить. Неожиданно появилось немного времени. Решила посадить помидорки и базилик. Когда собиралась на станцию, мне даже в голову не пришло брать с собой семена. Но на конференции в Арктическом и антарктическом НИИ услышала доклад об оранжерее на станции "Восток" в Антарктиде. И решила попробовать!

Через пару дней на одной из пеларгоний заметила первый бутон - перенесла в конференц-зал под фитолампу.

После обеда приходил медведь, достаточно близко к лагерю - его заметили издалека, и все, кто работал на льду, успели подняться на борт. Первый визит хозяина Арктики вызвал небольшой ажиотаж, и я тоже побежала на вертолетную площадку фотографировать. Мишка приходил и на следующий день. Похоже, в районе, где сейчас находится СП-42, они будут частыми гостями. Вечером всем выдали фальшфейеры для их отпугивания. Выход на лед всегда строго в сопровождении егеря с оружием! Это правило незыблемо.

Еще через пару дней учебная шлюпочная тревога для всех. Для экипажа судна их проводят каждый месяц - пожарная тревога, человек за бортом, аварийный спуск шлюпки. А вечером кино: смотрели "Окно во двор". Получила удовольствие.

На следующий день продолжаем перематывать трос - 5700 метров, вручную это надолго. Вечером опять приходила медведица с двумя медвежатами-сеголетками (так называют медвежонка первого года жизни).

И опять трос... Обсуждали необходимость все-таки промазать его защитной смазкой. Гидрохимики против - это может негативно сказаться на их измерениях. Но без смазки в соленой воде на морозе трос очень быстро сгнивает, особенно на барабане, и не выматывается до конца. Первую часть рейса мы работали в котловине подводников с глубинами до 3300-3400 метров. А теперь в котловине Амундсена с глубинами 4200-4380 метров. И при выматывании троса на глубину обнаружили, что ниже 2000 метров трос слегка затронут коррозией, но живой, а ниже - интенсивная коррозия.

Cейчас главное - привести в порядок трос. Так что в планах просушка, перемотка. Всю тяжелую работу делают парни, а я подключаюсь, если нужно помочь подмотать на лебедке или что-то переместить краном. После перемотки начали промазывать кисточками трос.

Стало сильно холодать. С середины октября мороз переместился за отметку минус 20 градусов. Чтобы взять пробы со дна, приходится более 5 часов находиться на морозе. И очень обидно, если труба приходит пустая. Зато какая радость, если трубу поднимают полной. 18 октября подняли 380 сантиметров. Это самая длинная труба, которую пока удавалось взять. А потом мы подняли очень интересный разрез осадков.

Прямо руки чесались его обработать, рассмотреть, описать внимательно. Но это уже на следующий день - с утра.