Вброс по радиоактивному каналу: Гингрич не сумасшедший, он инсайдер
Бывший спикер Палаты представителей США Ньют Гингрич вбросил через соцсети откровенно бредовую идею: разнести половину Аравийского полуострова термоядерными бомбами, чтобы создать канал, по которому можно будет вывозить нефть из дружественных США стран чуть дальше от берегов Ирана, избавившись, таким образом, от конфликтов из-за контроля над Ормузским проливом. Но это все выглядит просто глупой шуткой только если не знать, кто такой Гингрич, в каких он отношениях с администрацией Дональда Трампа, да и вообще, как у него с головой. А если все узнать, становится ясно, что все это не смешно.
Гингрич отлично все понимает про географию Аравийского полуострова, у него университетское образование и докторская степень, уровень осведомленности о разных государственных делах и тайнах весьма высокий. Он один из идейных лидеров Республиканской партии, спикер нижней палаты конгресса в эпоху Била Клинтона, и главный инициатор вынесения импичмента последнему. Гингричу, как никому другому, ясно, в какой сейчас ситуации и партия, и ее выдвиженец Трамп. И уж если он публикует откровенный бред, рискуя своей репутацией, на то должна быть серьезная причина.
О том, много ли в шутке бывшего спикера палаты конгресса собственно шуточного, "МК" спросил у главного научного сотрудника Института США и Канады им. Г.А. Арбатова, политолога Владимира Васильева.
- Что это было? Шутка? Может, троллинг – передразнивал Трампа в части решительности и размаха? Или это стоит рассматривать как иллюстрацию нынешнего вашингтонского подхода, глубокого понимания ближневосточных проблем?
- Это будет исключительно моя интерпретация, другие авторы могут предложить свою.
Первое: никакого троллинга! Гингрич до сих пор позиционирует себя как достаточно влиятельного политика, серого кардинала. Это человек, который имеет определенное влияние в Республиканской партии, играет роль, я бы сказал, наставника. Он такой, знаете ли, сверхавторитет, почти на уровне религиозного деятеля, священника, который может поставить точки над i, рассудить, или что-то в этом роде. Он никогда не был замечен ни в каком троллинге.
Второе: Гингрич — человек, в общем, близкий к администрации и к Трампу. Он, может быть, политик конца прошлого века, человек в возрасте, но у меня такое ощущение, что как это бывает зачастую в Америке, он все еще входит в круг людей, которые представляют ту кухню в Вашингтоне, в Белом Доме, в которой всё сегодня варится. В своё время он был на первых ролях включён в процессы этой кухни, был, по существу, главным противником Билла Клинтона в конгрессе. И как человек, который очень хорошо понимает всю эту кухню, он сегодня может выполнять определённого рода ответственные задачи.
Трамп, как человек, управляющий медийным пространством, прекрасно понимает, что Гингрич это та самая фигура, которая может решить определенную задачу, вызвать резонанс — его слова будут обсуждаться. Учитывая все это, я считаю, Гингрич запустил главную идею, что сейчас в рамках этого конфликта стороны, ну или по крайней мере США, а может быть, даже и Израиль, подошли к принципиальной грани, когда можно и нужно использовать ядерное оружие.
То, что сегодня провернул в такой эпатажной форме Гингрич — это введение в обращение категории ядерного оружия как элемента разрешения этого конфликта или, по крайней мере, перевода его в качественно новое состояние.
Америка сегодня представляет Иран просто как империю зла. Но посмотреть на проблему можно и иначе, если, например, провести некоторые параллели между политической системой или системой организации общественной жизни в Иране с теми, что были в самурайской Японии. Там поклонялись императору и многие считали, что император и Япония — это одно и то же. Там были разные моменты, и в своё время при президенте Трумэне в 1945 году рассматривался вопрос об уничтожении императора или предании его суду. Но было решено: нет, в Японии теперь император играет совсем другую роль, его трогать не надо, нужно склонить его к правильному решению.
Может быть, подобной логикой руководствовались, или рассматривали ее, США, нейтрализуя иранское руководство 28-го числа. А сейчас Пентагон, чья работа представлять различные варианты, мог, по всей видимости, предложить и вариант использования ядерного оружия. В любом случае, этот вариант в какой-то форме скорее всего где-то обсуждается. И это во всей истории, может быть, и есть самое главное. Может быть, речь даже идёт о том, что не только Соединённые Штаты Америки могут взять на себя исполнение, оружие может, например, применить и Израиль.
И вот здесь начинаются очень интересные вещи, потому что, как бы то ни было, но августовские атомные бомбардировки 1945 года, проведенные США в Японии, никогда не были осуждены с точки зрения того, что это был перебор, что не надо было этого делать и так далее. Утвердилось, наоборот, что вот так, мол, и надо было действовать в тот период. Действительно, война же после этого закончилась? И может быть, сейчас есть какие-то аналогии между Японией 45-го года и Ираном нынешним, которые в Вашингтоне, похоже, всерьёз рассматриваются.
И Гингрич свою роль здесь сыграл: запустил в общественное мнение тему, что сегодня надо указанный вариант как бы обсудить. Притом он её тут же довёл до абсурда, так сказать, потому что все эти каналы там, какие-то десятки термоядерных бомб — это чушь собачья. Главное, процесс запущен. И все это, с моей точки зрения, достаточно тонко продумано. Если все будут обсуждать вопрос, как нам рыть каналы с помощью какого количества бомб или там каких-то зарядов, то рано или поздно встанет вопрос, а зачем нам нужны атомные бомбы или ядерные заряды для того, чтобы эти самые каналы прорывать? Давайте их используем по военному назначению. Вот она, логика: запустить в общественный оборот, что да, пришло время рассмотреть вопрос о применении ядерного оружия.
Как сегодня общественность к этому относится? Не так, как это было в 1945-м — взяли, применили, и информировали задним числом. Сегодня важна открытость, работа с общественным мнением. Нужно прокрутить, посмотреть, как воспринимается, как будет воспринято?
И выбор для этой задачи Гингрича тоже понятен. То есть всегда можно списать все на то, что он уже старый немножечко, и, что называется, мозгами сдвинулся. То есть тут продумано: с одной стороны, Гингрич ещё в той форме, когда он имеет значимое имя, и сказанное им будет обсуждаться, а с другой, всегда можно от этого откреститься, не надо, мол, воспринимать все всерьёз. И скрыть, таким образом, что Гингрич выполняет некое деликатное, но очень важное политическое поручение, можно сказать, даже лично Трампа.
Давайте вспомним и вот что. Вопрос о ядерном оружии рассматривается и российской стороной с точки зрения ядерной доктрины на фоне украинско-российского кризиса, и Европа сейчас вовсю обсуждает вопрос распространения. Где-то этот вопрос сегодня висит. Но когда мы говорим о ядерном оружии, так сложилось и на Западе, никто не считает его оружием военных действий, наступательным. Как бы закрепилось, что это оружие сдерживания. Накоплены его огромные запасы, и с его помощью многие вопросы могут быть решены росчерком пера. И многие могут посчитать, что вот пришёл час активировать эту систему.
И встаёт вопрос: почему? В 1945 году говорили, что это не против Японии, это был, мол, намёк Советскому Союзу, хотя эта теория как бы возникла значительно позже. И сегодня складывается такое впечатление, что американцы вот эту тактику, может быть, очень опасную, начинают испытывать. Да, сегодня вам многие скажут, что после Ирана примутся за Россию, за Китай. Но они ядерные державы, и это совсем другое. А на Западе, видимо, считают, что на сегодняшний день в эту опасную игру уже можно начать играть. Намекнуть и России, и Китаю, что вопрос конфликта в связи с ядерным оружием не закрыт в рамках дальнейших, условно, пост-иранских отношений. Дальше начинается опасный авантюризм.
И поэтому я ещё раз повторю, меня такого рода заявления, как у Гингрича, крайне настораживают. И еще раз: Гингрич выполняет именно тот заказ, который ему спущен из администрации, совершенно родственной по духу. Он в достаточно близких отношениях с Трампом. За истекшие, может быть, 10 лет трамповского пребывания на политическом олимпе, было замечено, что они и встречались, и обменивались информацией, и всё такое прочее. То есть Гингрич здесь в роли человека, вхожего вот в ту самую политическую кухню администрации.