Шпионский след не подтвердился в материалах дела о гибели группы Дятлова
За десятилетия вокруг трагедии на перевале Дятлова накопилось множество версий, от правдоподобных до совершенно фантастических. Одна из таких теорий касается участника группы Георгия Кривонищенко, которого товарищи звали Юркой Криво. Согласно этой версии, Кривонищенко якобы являлся американским шпионом. Эту версию разобрали с руководителем Фонда памяти группы Дятлова Алексеем Коськиным корреспонденты «КП-Челябинск».
Во время длительной пересадки на вокзале Кривонищенко получил опасный предмет, что стало одной из множества теорий, объясняющих загадочную гибель группы. Однако никаких доказательств шпионской деятельности Кривонищенко нет.
Группа Дятлова сделала остановку в Серове на севере Свердловской области. Их поезд прибыл утром, но следующий состав до Ивделя отправлялся только вечером. Поэтому туристам пришлось искать, чем заняться. На вокзал с тяжёлыми рюкзаками их не пустили. В дневниках Люды Дубининой, ответственной за финансы группы, записано, что походный бюджет был ограничен. Когда обсуждался поход в столовую на общие деньги, Люда отметила, что это слишком роскошно для их команды. Внезапно Георгий Кривонищенко решил развлечься. Он начал шуточно выпрашивать милостыню на привокзальной площади, чем обеспокоил остальных участников группы.
В те времена попрошайничество было противозаконным, но Кривонищенко не слушал своих товарищей. Милиция задержала его, но вскоре он вернулся с улыбкой — сотрудники правопорядка ограничились предупреждением и не оштрафовали его. Кривонищенко работал в закрытом городе Челябинске-40 (ныне Озёрск) и происходил из обеспеченной семьи, его отец был генерал-майором строительных войск. Свидетели удивлялись исходу событий, что дало исследователям трагедии на перевале Дятлова повод для различных теорий. Некоторые предполагали, что Кривонищенко был шпионом, а его задержание милицией связано с тайной встречей с другими разведчиками, но эти домыслы не имеют оснований.
На Южном Урале расположены три закрытых административно-территориальных образования: Озёрск (бывший Челябинск-40), Снежинск (бывший Челябинск-70) и Трёхгорный (бывшие Златоуст-20 и Златоуст-36). Особое внимание привлекают Озёрск и Снежинск, расположенные близко друг к другу и имеющие схожее развитие. Эти города были построены на месте, где не было даже небольших поселений. Уникальность заключалась в том, что большинство жителей были примерно одного возраста (около 20 лет).
Жизнь в этих городах отличалась особым духом: люди получали высокое денежное довольствие, улучшенное снабжение и гордились участием в масштабном проекте под патронажем Москвы. Система секретности была беспрецедентной: действовала защита государственной тайны с комплексом мер по сохранению конфиденциальной информации. Жизнь горожан была под строгим контролем, что создавало особый уклад.
«Чтобы люди меньше общались с другими, им предоставлялись стимулы. Например, если человек проводил отпуск в городе без выезда, ему выплачивались дополнительные отпускные. Это снижало вероятность его поездок на Чёрное море и, соответственно, разговоров. В то время в Москву ходил специальный вагон только для жителей этого города. Они садились в городе, и до Москвы их никто не подсаживал. Были и более строгие меры: в паспортах всех жителей стояла специальная отметка — буква или значок, известный всем милиционерам. Если милиция задерживала такого человека, она не имела права допрашивать или проводить следственные действия. Они должны были вызвать спецподразделение милиции или КГБ. Например, из Снежинска можно было поехать в Челябинск к семье, пойти в ресторан, выпить и спеть песни. Если его останавливали милиционеры, он показывал паспорт, и они вызывали представителей КГБ. Там могли уволить человека, всё было строго. Это было важно для обеспечения режима секретности, чтобы обычные милиционеры не узнали государственных тайн», — рассказал Алексей Коськин, отец которого работал на предприятии.
На практике система работала мягче. Если человек с отметкой в паспорте совершал незначительное нарушение, например, превышение скорости или появление в нетрезвом виде, милиция ограничивалась устным предупреждением. Работники секретных предприятий знали об этой особенности и нередко злоупотребляли положением. Некоторые даже демонстративно показывали своё особое положение. Вероятно, такая отметка была и в паспорте Кривонищенко, но его товарищи могли не знать об этом, так как обсуждение таких деталей было строго запрещено правилами конфиденциальности.
До этого информационное агентство «Уральский меридиан» писало, что Российская путешественница Оксана Лыткина в одиночку прошла более 2,3 тысяч километров по горному маршруту, став первой в истории девушкой, которая в одиночку преодолела маршрут Большой Уральской тропы (БУТ). За 120 дней она прошла от города Орск на границе с Казахстаном до Перевала Дятлова на Северном Урале.