Голоса и запахи "дивного сада". О чем повествует роман итальянца Анджелини "Русская кожа"

Этот роман называют одновременно и сказкой, и геополитическим размышлением. Приключения итальянского тенора Николы начинаются в 1991 году, когда явившийся непонятно откуда и благоухающий дивными духами агент предлагает ему вторую профессиональную молодость в России. Певец продает незнакомцу свою душу, но истинный смысл содеянного осознает значительно позже.

От благодетеля веяло духами Cuir de Russie ("Русская кожа"), выпущенными Chanel в 1924 году, — мощный восточный, брутальный аромат кожи чемоданов и сапог, импортированной еще во времена Наполеона из России. Назвав свою книгу так же, но по-итальянски — Cuoio di Russia, ее автор Пьетро Анджелини избежал тяжб с французским производителем парфюмерии, а у флорентийской Profumi di Firenze, выпускающей свой знаменитый продукт под таким же названием, претензий не возникло.

Cuoio di Russia вышла в римском издательстве Sandro Teti Editore, и Анджелини приезжал в Москву, чтобы предложить ее российским печатным домам.

— Идея этой книги возникла во время моей поездки в Россию на учебу и работу, — вспоминает Анджелини. — В апреле 1991 года я впервые посетил Москву. Советский Союз еще существовал, а к концу года его уже не было. Однако увиденное произвело на меня очень сильное впечатление, потому что процесс уже начался. С того момента я постоянно посещал Россию около 30 лет и жил здесь долгое время.

По признанию итальянца, он стал "непосредственным свидетелем великих событий, происходивших в новой России, которые полностью изменили страну и российское общество, а также очевидцем эволюции, происходившей в людях".

— Я жил среди людей, всегда поддерживал с ними связь, у меня было много друзей, я знаю некоторых предпринимателей. За 30 лет я создал серию заметок. Хоть я и окончил Университет Болоньи по специальности "философия и история Востока", я никогда не был книжным червем. Я люблю библиотеки, люблю находиться среди книг, но всегда считал, что ученый, изучающий цивилизации и культуры, отличные от своей собственной, должен лично познакомиться с этими местами, узнать их географию, историю и людей.

Для Анджелини название Cuoio di Russia имеет большое значение, потому что аромат этих духов исходит от очень важного персонажа в романе. Его еще называют надушенным человеком, который всегда заявляет о себе этим запахом, витающим в воздухе, прежде чем появиться самому. "Это немного похоже на дьявольские духи, это несколько мефистофелевский персонаж, который представляет себя как агента нашего тенора", — уточняет автор.

— Когда мы говорим о России, а иностранцу постичь ее почти невозможно, у нас есть свобода литературы: благодаря вольности языка, который посредством метафор, аллегорий и создания персонажей может передавать глубокие смыслы. Литература иногда достигает таких высот, до которых не может добраться даже философия, не говоря о публицистике. Россия настолько сложная страна, необычайно богатая не только человеческим наследием, но и историей, что в какой-то момент я понял, что всю эту огромную массу заметок нужно превратить в роман.

Главный герой, оперный тенор, достигнув вершины своей карьеры, во время исполнения оперы Джузеппе Верди "Трубадур" в миланском театре Ла Скала в решающий момент не может взять знаменитое Do di petto, которое Верди включил в свое произведение. Это самая высокая нота (верхняя "до" второй октавы) в голосовом диапазоне тенора. В этой опере она выражает всю боль и горечь от встречи трубадура с матерью, приговоренной к смерти.

— Наш тенор Никола в этот момент теряет голос, его освистывают. Происходит грандиозный оперный провал, его жизнь рушится, карьера полностью распадается, и он впадает в глубокий кризис, экзистенциальный и профессиональный, доходящий до безумия, почти превращаясь в бродягу.

И в этот момент появляется тот самый благоухающий агент. "Даже если ты больше не можешь петь, важен твой имидж, важен пиар. Я отвезу тебя в великую страну, которая вот-вот рухнет, но реальность, которая тебя ждет, откроет перед нами огромные возможности", — обещает он.

Тенор проживет три десятка лет в России, где он станет свидетелем важных событий, крупных социальных перемен. В период кризиса он ищет возрождения в России через ее народ, через его энтузиазм, открытость Европе. Западный мир тоже находился в кризисе, и в 1991 году объединенной Европы в ее нынешнем виде еще не существовало.

В первые годы Никола, который уже не может взять высокую ноту, все равно поет, и его, иностранца, тем более итальянца, принимают с большой открытостью, даже любовью. Он, как представитель "прекрасного мира", поет о демократии, мире, свободном рынке и коллективном процветании, но постепенно эти песни превращаются в угрозы и оскорбления. Истинные цели Запада, как и подлинные намерения благоухающего человека, становятся ясны Николе. К концу жизни он понимает глубинный план: это была схема захвата самых скрытых и ценных ресурсов России, и прежде всего — идея ее уничтожения.

— В романе это рассказано в метафорической форме. Когда я закончил писать, я был поражен: сегодня в газетных репортажах прямо пишут о стратегическом поражении, которое хотят предложить России европейские лидеры, об уничтожении памяти русской души и захвате ресурсов, энергии.

Пьетро продолжает:

— Наряду с этим ускорился проект расширения Европы, а затем и НАТО, что и является истинной причиной нынешнего великого кризиса, который даже привел к полномасштабной войне между Западом и Россией. Но именно в этом и заключается причина: старый континент, уже находящийся в глубоком кризисе, пытается найти новые ресурсы на этой великой территории.

Анджелини говорит по-русски, он изучал язык в университете. Завершив образование, он сдал экзамены по русскому языку, потому что "всегда любил этот язык, его литературу, всегда испытывал огромную любовь к культуре и стране".

— Россия сама сделала все остальное. Я всегда отказывался работать с переводчиками. Я учил русский язык у таксистов, у интеллектуалов, по телевидению, по книгам — любым способом, которым я мог приблизиться к языку, выучить слово или выражение, которое приносило мне радость. И вот так я его и учил, и поэтому я до сих пор делаю так много ошибок, потому что это очень, очень красивый язык, очень сложный, практически невозможно для иностранца хорошо на нем говорить, но это вызов, который мне нравится принимать каждый день.

Беседовал обозреватель АЦ ТАСС Олег Осипов