Правила жизни Николая Гоголя

«Мертвые души» на самом деле — настоящий памятник лицемерию, а их автор и вовсе считает, что русскому мужику необязательно знать о существовании книг.
Правила жизни Николая Гоголя

Изучение любой биографии – это всегда опасный вызов. Будете ли вы любить стихи Цветаевой так же сильно, узнав, куда пропала ее дочь? Станете ли вы верить состраданию Некрасова, прочитав, каким помнили его современники? И стоит ли ворошить прошлое, если наши кумиры могут оказаться совсем не такими, как мы их себе представляли?

Гоголь считал, что не всем надо знать о существовании книг. Когда за долгие школьные годы привык вместе с Гоголем смеяться над Ноздревыми, Маниловыми и Собакевичами, странно вдруг обнаружить, что «Мертвые души» на самом деле — настоящий памятник лицемерию, а их автор и вовсе считает, что русскому мужику необязательно знать о существовании книг.

«Учить мужика грамоте затем, чтобы доставить ему возможность читать пустые книжонки, которые издают для народа европейские человеколюбцы, есть действительно вздор. По-настоящему, ему не следует и знать, есть ли какие-нибудь другие книги, кроме святых».

Можно ли представить себе, чтобы эти слова принадлежали великому русскому писателю? Однако именно так высказался в одном дружеском письме тридцатисемилетний Гоголь.

Поучая приятеля, как обращаться с крепостными крестьянами, он дал столько «ценных» беспринципных и античеловеческих советов, что непонятно, как его вообще из школьной программы не исключили, потому что советовал Николай Васильевич вот что:

«Собери прежде всего мужиков и объясни им, что такое ты и что такое они. Что помещик ты над ними не потому, чтобы тебе хотелось повелевать и быть помещиком, но потому что ты уже есть помещик, что ты родился помещиком, что взыщет с тебя Бог, если б ты променял это званье на другое, потому что всяк должен служить Богу на своем месте, а не на чужом, равно как и они также, родясь под властью, должны покоряться той самой власти, под которою родились».

Как видите, мысль о том, что вообще-то все люди равны и имеют одинаковые права, и что если ты родился крепостным, это не значит, что ты должен крепостным умереть, даже не собиралась посещать голову русского классика, несмотря на то, что до отмены крепостного права в стране оставалось всего каких-то 14 лет. Легко вынимает Гоголь из рукава главного туза — божью волю — и предлагает найти оправдание крепостной зависимости в самом Евангелии, а кроме того подкидывает идею потрясающего перфоманса со сжиганием денег:

«Скажи им, что заставляешь их трудиться и работать вовсе не потому, чтобы нужны были тебе деньги на твои удовольствия, и в доказательство тут же сожги ты перед ними ассигнации, чтобы они видели действительно, что деньги тебе нуль, но что потому ты заставляешь их трудиться, что Богом повелено человеку трудом и потом снискивать себе хлеб, и прочти им тут же это в Святом Писании, чтобы они это видели».

Остается только надеяться, что друг Николая Васильевича, адресат скандального письма, не внял этому совету, потому что вряд ли человек, никогда не знавший труда, пота и телесных наказаний, сжигающий ассигнации на глазах у нищих и голодных людей, проживет дольше, чем горит эта самая ассигнация…

Возникает вопрос, а что вообще нужно знать об авторе художественного произведения? Дату рождения, год смерти, родной город? Принадлежал ли он к масонам или народовольцам? Во что одевался, что ел, на ком бывал женат? Увы, чем дольше изучаешь биографии великих писателей, тем яснее понимаешь, что об авторе не нужно знать ничего. Ну, просто чтобы не расстраиваться.

Комментарии
Комментарии