Смоленский храм Петра и Павла на Городянке

Самый старый и самый загадочный сохранившийся памятник домонгольской архитектуры Смоленска.
Смоленский храм Петра и Павла на Городянке

О домонгольском храме, о полутысяче лет истории которого мы ничего не знаем, о том, как в нем висел Рубенс, а потом он снова стал православным, рассказывает наша рубрика «Российские древности».

Когда мы приезжаем в Смоленск и выходим из вокзала, мы сразу же видим справа два здания, стоящих впритык друг к другу. Белое оштукатуренное с башенкой колокольни и красное кирпичное с куполом.

Было время, когда эти здания были единым целым. А еще раньше существовало только одно, кирпичное здание. Это церковь Петра и Павла. Самый старый и самый загадочный сохранившийся памятник домонгольской архитектуры Смоленска.

Удивительнее всего то, что на протяжении первой половины тысячи лет его истории об этом храме мы не знаем практически ничего. Первое достоверное сведение о нем встречается на гравюре Вильгельма Гондиуса, которая свидетельствует: в начале XVII века храм стоял и был цел.

Мы точно знаем, что в то время, когда Смоленском владели поляки (с 1611 года), храм превратили в костел, архиепископ пристроил к нему свои двухэтажные палаты, затем их надстроили еще одним этажом. Тогда в нем висели Рубенс, Тинторетто, Гвидо Рени: архиепископ любил красивые картины.

В итоге храм постепенно стал окружен нагромождением построек, практически скрывших его первоначальный облик. С 1654 года храм снова стал православным.

Купол храма. Алексей Паевский

Изучать церковь стали только в XX веке, а реставрацию провели в 1960-х, под руководством знаменитого Петра Барановского. Третий этаж палат разобрали, их отделили от храма и вернули храму его первоначальный облик.

Десятью годами позже опустили уровень земли почти до уровня XII века (не дойдя до древнего пола около метра), вернув постройке адекватные пропорции. Выдающиеся археологи и историки архитектуры Николай Воронин и Павел Раппопорт провели тщательное археологическое исследование храма.

Что же выяснилось? Исследование строительной техники, которая оказалась очень близкой известной по летописям церкви Бориса и Глеба на Смядыни, позволило датировать храм серединой XII века (точная датировка 1146 годом, которую могут назвать на экскурсии, — это ошибка, вызванная путаницей с постройкой храмов в Новгороде).

Реконструкция храма на конец XII века. Николай Воронин

Скорее всего, это был княжеский храм, построенный на средства смоленского князя Ростислава Мстиславича, внука Владимира Мономаха (по отцу) и шведского короля Инге Старшего (по матери). Ростислав правил в Смоленске 35 лет, с 1125 по 1160 год, трижды будучи Великим киевским князем. В храме был организован «надземный переход» в княжеский дворец, который стоял рядом, вероятно на месте храма святой Варвары (той самой белой постройки, пристроенной в XVIII веке).

Но интереснее всего то, что в конце XII века храм, переставший быть княжеским, был обстроен оригинальной галереей с притворами, что придавало ему совершенно уникальный облик. И галерея, и притворы использовались для кладбищ.

Жаль только, что выложенные после раскопок кирпичом фрагменты фундаментов пристроек засадили газоном после передачи храма церкви, и теперь сложнее представить себе, как выглядел храм девятьсот лет назад.

Комментарии
Комментарии