Ещё

Славянофил и гегельянец: как жил и о чём писал Константин Аксаков 

Фото: Mos.ru
Краткая биография
Константин Аксаков — старший сын знаменитого писателя Сергея Тимофеевича Аксакова (1791–1859), автора биографических книг «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука», а также известной сказки «Аленький цветочек». Переняв у отца любовь к литературе, он во многом разделил и его убеждения, в зрелом возрасте став одним из идеологов славянофильства [1]. Но повлияла на Константина Аксакова и мать Ольга Семёновна Заплатина, которая в четыре года научила его читать, причём первой книгой мальчика стала «История Трои» [2]. Биографы убеждены, что по материнской линии он унаследовал две важные черты характера — патриотизм и пылкость: его дед был суворовским генералом, а бабушка — пленной турчанкой [3].
Детство будущий историк провёл в селе Аксаково в Оренбургской губернии. Фамильный топоним неудивителен: род Аксаковых ведёт свою историю от знатного варяга (норвежца), поселившегося в Киевской Руси в начале XI века. Многие представители семьи ещё в допетровскую эпоху были «государевыми людьми» — воеводами, стряпчими, стольниками — и заслужили дворянский титул и поместья [3].
Получив хорошее домашнее образование, в 15 лет Константин Аксаков поступил на словесное отделение Московского университета. Диплом кандидата он получил в 1835 году, а вот степень магистра — только в 1847-м. Диссертацию «Ломоносов в истории русской литературы и русского языка» Аксаков опубликовал годом раньше, но защитить смог лишь после правок, которые требовал внести цензурный комитет. В дальнейшем столкновения с официальной идеологией продолжились: через пять лет он попал под полицейский надзор за статью «Богатыри князя Владимира» [2]. В этом видна горькая ирония судьбы: его отец несколько лет служил цензором, но его уволили за то, что он пропустил чересчур смелую пьесу [4].
Константин Аксаков стал автором множества художественных и публицистических произведений, которые печатались в популярных тогда журналах и газетах: «Телескоп», «Молва», «Московский наблюдатель», «Русская беседа», «Москвитянин», «День», «Русь», «Московский сборник». С 1857 года он был фактическим редактором газеты «Молва» [2]. Тексты Аксакова часто становились предметом обсуждения, и современники признавали его литературное дарование. В 1858 году его избрали действительным членом Общества любителей российской словесности [5].
По словам родных и друзей, Константин Аксаков отличался крепким здоровьем, но его сломила смерть отца, к которому он был очень привязан. Историк умер от чахотки 19 декабря 1860 года, всего на полтора года пережив Сергея Аксакова.
Интересно, что многие современники запомнили Константина Аксакова не как философа и писателя, а как бородатого чудака в зипуне и мурмолке (старинной шапке). Он носил крестьянскую одежду, противясь моде на европейские костюмы и демонстрируя свою верность русской старине и народным обычаям. Это нередко делало его предметом насмешек. Например, Александр Герцен однажды написал: «Аксаков оделся так национально, что народ на улицах принимал его за персиянина». Но Аксаков относился к своему наряду очень серьёзно, для него это был символ смирения и благочестия: «Фрак может быть революционером, а зипун — никогда. Россия, по-моему, должна скинуть фрак и надеть зипун — и внутренним и внешним образом» [6].
Московские адреса Аксакова
Аксаковы перебрались в Москву в 1826 году, и Константин всей душой полюбил этот город. Биографы приводят всего два случая, когда он покидал Москву надолго. В 1838 году юноша провёл пять месяцев в Германии и Швейцарии — эта была дань уважения немецкой культуре, к которой он приобщился во время учёбы в университете. Он детально изучал философию Гегеля, переводил немецких поэтов, в первую очередь Гёте и Шиллера. Вторая заграничная поездка стала для Аксакова последней: в 1859 году, заболев чахоткой, он по совету врачей отправился на Адриатику и умер на греческом острове Занте (Закинф) [6].
Константин Аксаков был приверженцем идеализма в философии, практические аспекты были ему чужды и в повседневности. Кроме того, он был горячо, как ребёнок, привязан к родителям, поэтому всё время жил с ними. Обычно семья проводила лето в Абрамцеве, а на зиму снимала квартиру в центре Москвы — большинство адресов тяготеют к Арбату.
В 1829–1833 годах Аксаковы поселились в Большом Афанасьевском переулке (дом 12). Здесь часто бывал Николай Гоголь, который сначала сильно повлиял на творчество Сергея Тимофеевича, а потом дружил и с Константином: сохранилась их переписка, критические статьи Аксакова о поэме «Мёртвые души» и «На смерть Гоголя» [4].
В доме 8 в том же переулке в 1835–1839 годах собирался кружок Николая Станкевича, с участниками которого Константин Аксаков познакомился в университете. Виссарион Белинский, Михаил Бакунин, Василий Боткин, Михаил Катков и другие молодые люди обсуждали философию Гегеля и Шеллинга, классическую и современную литературу. Посещал кружок и Иван Тургенев, запечатлевший эти встречи в романе «Рудин» [1]. Сам Аксаков вспоминал их так: «Кружок Станкевича был замечательное явление в умственной истории нашего общества… Искусственность российского классического патриотизма, претензии, наполнявшие нашу литературу, усилившаяся фабрикация стихов, неискренность печатного лиризма, всё это породило справедливое желание простоты и искренности, породило сильное нападение на всякую фразу и эффект; и то и другое высказывалось в кружке Станкевича, быть может впервые, как мнение целого общества людей» [4].
В 1848–1849 годах семейное гнездо располагалось в Сивцеве Вражке (дом 30). Уютный дом в глубине сада посещали историки и философы, писатели и поэты, актёры и музыканты. Среди гостей были Иван Тургенев, Пётр Вяземский, Михаил Загоскин, Михаил Погодин, Алексей Хомяков, Михаил Щепкин, Павел Мочалов и Виссарион Белинский [1]. Своё сорокалетие здесь отметил Николай Гоголь [4]. В 1984 году по этому адресу открылся Дом-музей Аксаковых.
Не сохранился дом в Малом Лёвшинском переулке, где Аксаковы жили зимой 1855/1856 года. В нём сложился литературный салон, завсегдатаями которого были писатели Лев Толстой, Иван Тургенев и Тарас Шевченко, историк Сергей Соловьёв и декабрист Сергей Волконский [1].
В процессе реконструкции Москвы не стало и дома 7 на Собачьей Площадке, где жил славянофил Алексей Хомяков. Его навещали Александр Герцен, Пётр Чаадаев, братья Киреевские, Николай Языков, Михаил Погодин [1]. В 1920-х годах Наркомпрос разместил здесь «Бытовой музей сороковых годов XIX века», который закрыли за «идеологическую вредность для пролетариата», а здание отдали музыкальному училищу имени Гнесиных. В 1962 году дом вместе с Собачьей Площадкой снесли при строительстве Калининского проспекта (сейчас Новый Арбат).
Константин Аксаков был похоронен на кладбище Симонова монастыря, рядом с отцом. Но в 1930-х годах монастырь разрушили (сейчас на его территории находится, в частности, ДК «ЗИЛ»), и прах обоих Аксаковых перенесли на Новодевичье кладбище [1].
Москва в творчестве Аксакова
Константин Аксаков живо интересовался отечественной историей, историей и теорией русского языка, увлекался философией, особенно учением Гегеля. Рано оформившийся литературный талант (первые стихи и рассказы он написал в 12–13 лет) был подкреплён отличным образованием и собственными исследованиями. Благодаря этому Аксаков свободно чувствовал себя в разных жанрах: он писал лирические и гражданские стихи, прозаические и поэтические переводы, статьи и трактаты по истории и лингвистике, литературные рецензии, трагические драмы и сатирические пьесы, публицистику по актуальным политическим вопросам…
Его обширное литературное наследие по большей части осталось разбросано по журнальным и газетным публикациям. Иван Сергеевич Аксаков, тоже литератор, пытался издать полное собрание сочинений брата, но проект растянулся на 20 лет и так и не был закончен. В 1861 году опубликован первый том с историческими статьями; второй и третий тома, вышедшие в 1875 и 1880 годах, объединили филологические исследования Константина Аксакова [2].
Его творческая и научная деятельность страдали от цензуры. Например, в 1850 году прошло всего одно представление его исторической драмы «Освобождение Москвы в 1612 году». Пьесу запретили, потому что автор отдал ключевую роль в изгнании захватчиков народу [1].
Искренняя любовь Аксакова к Москве проявляется и в его лирике. В некоторых произведениях, например в акростихе 1840-х годов, поэт очень прямо выражает свои чувства:
Мои мечты и силы молодые Одной тебе я отдал, посвятя; Судьбой своей чудесной в дни былые Как сильно ты тревожила дитя! Всю жизнь свою останусь я с тобою, А ты сияй бессмертной красотою [6].
Важной темой в творчестве Аксакова стало противопоставление Москвы, «народной», «земской» (естественной, исторически сложившейся) столицы, Санкт-Петербургу, столице «правительственной», «государственной» (политической, назначенной искусственно). Эта тема звучит в ряде стихотворений 1840-х годов, например в «Москве» и «Подлеце (Подражании Пушкину)» [6], а в 1856 году в статье «Значение столицы» она обретает черты политического манифеста.
Это противопоставление фактически является иллюстрацией одной из главных идей славянофилов: у России есть свой путь, с которого её заставил свернуть Пётр I, насильно переиначивая страну по западным образцам. Исходя из этих предпосылок, Аксаков делает следующие выводы:
«Средоточие правительства должно быть там же, где средоточие народное. Это необходимое условие благоденствия страны. В России, наоборот, средоточие правительственное уже полтораста лет находится вне средоточия народного. Это неизбежный источник всех её бедствий и зол. Для благоденствия России средоточию правительственному необходимо вернуться в средоточие народное. Другими словами: правительству необходимо перенести свою столицу из Петербурга в Москву… Великое благое начинание, великая истинная польза возможны лишь при этом условии, то есть при возвращении столицы в Москву; без этого добра не будет» [7].
Современники отнеслись к этим словам Аксакова примерно так же, как и к его зипуну и мурмолке. Лишь через 60 лет желание философа в некотором смысле сбылось: Москва вновь стала столицей, а Россия опять начала искать собственный путь.
Использованные источники
Стародуб К. Литературная Москва: Историко-краеведческая энциклопедия для школьников. — М. : Просвещение, 1997. — С. 16–19, 32, 189–190.
Трубачёв С. Аксаков, Константин Сергеевич // Русский биографический словарь А. А. Половцова в 25 томах. Т.1. — СПб., 1896. — С. 100–103.
Аксаковы // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т.1. — СПб., 1890. — С. 303–306.
Переулки старой Москвы. История. Памятники архитектуры. Маршруты / Романюк С. К. — М. : Центрполиграф, 2016. — С. 455–457, 532.
Словарь членов Общества любителей Российской словесности при Московском Университете. — М. : Печатня А. Снегиревой, 1911. — С. 4–6.
Поэты кружка Н. В. Станкевича: Н. В. Станкевич, В. И. Красов, К. С. Аксаков, И. П. Клюшников. — М. ; Л. : Советский писатель, 1964.
Аксаков К. С. Значение столицы // Москва — Петербург. Pro et contra. Диалог культур в истории национального самосознания. — СПб. : Издательство Русского Христианского гуманитарного института, 2000. — С. 232–247.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео