Ещё

Центр имени Александра Солженицына открылся в Париже 

Центр имени Александра Солженицына открылся в Париже
Фото: Российская Газета
Год назад, в мае 2016-го, его не стало, но начатое дело продолжили сын Даниил, дочь Мелания, помощница , эксперт по истории культуры русской эмиграции Татьяна Викторова. Активное участие в продолжении дела принимают местная ассоциация друзей ИМКА-пресс и московский Дом зарубежья, также носящий имя . Как рассказал «РГ» Даниил Струве, в центре будут проходить вечера, посвященные творчеству великого писателя, встречи с исследователями его творчества, выставки. Кстати, первая из них «Архипелаг ГУЛАГ: история литературного взрыва» уже разместилась на втором этаже издательства. Она открыта для всех парижан и, конечно, россиян. Здесь собраны уникальные материалы: письма, фотографии, в частности «невидимок», тех, кто помогал писателю в России, кто тайно доставлял его работы за рубеж. Некоторые предметы для нынешней выставки прислала Наталия Дмитриевна, вдова Александра Солженицына. Она также передала приветственное послание по случаю открытия центра в Париже.
Среди экспонатов есть и своего рода историческая реликвия — типографский стол со шрифтами, на котором Леонид Лифарь, один из друзей Никиты Струве и брат знаменитого балетного танцора , набирал текст «Архипелага».
Как отметил выступивший на открытии центра директор московского Дома русского зарубежья , выход в свет «Архипелага» стал событием, «которое изменило и Россию, и весь мир».
— В 1995 году, открывая Дом русского зарубежья в Москве, Александр Солженицын выразил надежду, что он станет сияющим мостом между двумя Россиями, — подчеркнул Виктор Москвин.
Солженицын умел все одолеть, соединить и выразить в писательстве
Должен сказать, что с Никитой Струве мне доводилось встречаться неоднократно, и, как правило, наши беседы проходили в его рабочем кабинете, который находился в довольно обширном подвальном помещении, но из-за того, что оно было заполнено до потолка книгами, архивными документами, рукописями и многим другим, казалось совсем небольшим. Именно там издатель и поведал историю публикации «книги века» в «ИМКА-пресс». Вот отрывок из пространной беседы, оставшейся в журналистском блокноте.
Никита Алексеевич, как произошло ваше знакомство с Солженицыным?
Никита Струве: В 1970 году я получил письмо от Александра Исаевича, в котором содержалась просьба издать первый том «Августа Четырнадцатго» в том случае, если «Новый мир» или другие журналы от него откажутся, что, собственно, и произошло. И мы опубликовали эту книгу впервые на русском языке.
Раньше мы издавали книги Александра Исаевича, но они выпускались и другими издательствами. «Раковый корпус», «В круге первом» выходили в СССР в «самиздате», а потом оказывались в «тамиздате», но личного авторского обращения не было. Так началось наше сотрудничество. Оно приняло, я бы сказал, исторический характер, когда Солженицын попросил нас в полнейшей тайне и быстро, за полтора-два месяца, издать «Архипелаг ГУЛАГ». В середине октября 1973 года мы стали выполнять просьбу писателя и закончили 28 декабря. Это было подобно взрыву бомбы. Шок на весь мир.
Почему выбор пал именно на ваше издательство?
Никита Струве: Существовали две возможности. Либо «Посев» в Германии, либо мы. Других русских издательств такого плана в Европе не было. Но «Посев» был более политически ориентирован, а «ИМКА-пресс» всегда отличалось религиозно-философской, литературной направленностью. Кроме того, я издавал «Вестник русского христианского движения», в котором сам публиковался. «Вестник» проникал в Россию, и Александр Исаевич был знаком с моими статьями, вообще с направленностью журнала.
Когда вы встретились с Солженицыным впервые?
Никита Струве: После публикации «Архипелага» я был почти уверен, что все это кончится его высылкой за границу. Так и произошло. Мы увиделись с Александром Исаевичем в Цюрихе 13 февраля 1974 года на третий день после его приезда на Запад. Тогда я провел вместе с ним несколько дней.
После триумфальной встречи на вокзале он уединился со мной в гостинице, прилег немножко отдохнуть и сказал: «Я вижу день моего возвращения в Россию». И прибавил: «Я вижу, что и вы будете в России». Мне показалось тогда это весьма странным. Но эта уверенность не покидала его все 25 лет, проведенных в изгнании. У нас установилось весьма тесное сотрудничество.
Я неоднократно навещал Солженицына. Мы издали второй и третий тома «Архипелага», «Письмо к вождям», которое было переправлено еще раньше. В декабре 1974 года он приезжал во Францию, жил у меня дома под Парижем. Мы вместе путешествовали по стране, которую он полюбил. Задержать его во Франции мне не удалось, хотя я приложил к этому усилия. Правда, если бы он остался здесь, то был бы в досягаемости любого журналиста. В Вермонте же жил практически в лесах, и добраться до него было тяжеловато. Я часто бывал у Солженицына в гостях, много трудился и сам, вдохновляясь рабочим настроением и строгим распорядком дня Александра Исаевича.
Он поистине великое явление культуры наряду с , . Человек, который сумел все одолеть, соединить и выразить в писательстве. Необычайная воля, явно питаемая духом. И в этом смысле он, я бы сказал, явление характерно русское. Такого на Западе быть, пожалуй, и не могло.
Видео дня. Стажер НАСА нашел планету, которую скоро разорвет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео