Художники и артисты: кого любил и продвигал царский олигарх Савва Мамонтов
В издательстве «Альпина PRO» в декабре вышла книга о психологии известных личностей — «Олигархи Российской империи. Портреты и секреты дореволюционных предпринимателей».
Купец Николай Григорьев, фабрикант Дмитрий Бурылин, благотворительница Агриппина Абрикосова, меценат Савва Мамонтов — эти и другие представители дореволюционной России внесли значительный вклад в развитие экономики и культуры страны. Каждый стремился к прогрессу и переменам, порой ставя на кон всю свою жизнь. Но за внешним успехом в их биографиях скрываются личные тайны, неудачи и трагедии.
Психолог с многолетним стажем Мария Макарушкина в своей книге представляет читателю видных деятелей Российской империи с необычного ракурса. Проходя по знаковым событиям в биографиях, она составляет их психологические портреты и объясняет, как та или иная сторона личности помогала или мешала в бизнесе и личной жизни. Автор объясняет, кто из видных деятелей составил для себя «смертельный сценарий», почему кто-то писал личные дневники, а другой — привозил в дом древние останки и многое другое.
С разрешения издательства «Рамблер» публикует отрывок из книги об известном меценате конца XIX — начала XX века Савве Мамонтове и двух его субличностях.
Субличность «созидатель»
Люди, у которых развита эта субличность, всё время что-то придумывают, изобретают, не боятся пробовать. У них развито воображение, они любознательны, деятельны и всегда захвачены какой-то продуктивной идеей. У Саввы Ивановича долгие годы главенствовала именно эта субличность.
Дочь Василия Поленова Наталья вспоминала: «Приезды к нам Саввы Ивановича не носили характера мирной беседы, это были какие-то каскады слов, начало слов без окончаний, страшно громких, с жестикуляцией, с громким смехом, но разговоры их были до того образны, что, отчётливо не понимая слов, я чувствовала, что нахожусь в атмосфере настоящего искусства».
Мамонтов был великим выдумщиком, харизматичным, живым, но при этом крайне организованным человеком. Увлечение театральными постановками и давняя страсть к опере подвигли Савву Мамонтова на создание профессиональной оперной труппы — Московской частной русской оперы.
В 1885 году в театре Мамонтова состоялся первый спектакль — опера «Русалка» композитора Александра Даргомыжского. Декорации постановок создавали, конечно же, друзья Саввы Ивановича — Васнецов, Поленов, Врубель, Коровин, а на сцене пели как совсем молодые русские дарования, так и именитые европейские звёзды.
Главным открытием Мамонтова был Фёдор Шаляпин, который несколько сезонов неизменно пел в его театре все главные партии. Мамонтов вложил много сил в становление будущего оперного гения — пригласил к нему профессионального преподавателя, разбирал вместе с ним сложные фрагменты арий, регулярно давал развивающую обратную связь. «Савве Ивановичу я обязан своей славой. Ему я буду признателен всю мою жизнь», — уверял Фёдор Шаляпин.
Художественные и документальные фильмы об известных деятелях искусства можно посмотреть в онлайн-кинотеатрах.
Другой выдающейся находкой был дирижёр оркестра, будущий композитор Сергей Рахманинов. Мамонтов не только спонсировал деятельность оперного театра, но также придумывал и планировал репертуар, искал для каждой постановки лучшие голоса, выбирал сценические площадки и всегда без устали вникал в постоянно возникающие проблемы. Это позволило Мамонтовской опере целых два десятилетия радовать самых требовательных и искушённых зрителей.
У Саввы Ивановича всегда было множество начинаний: театр, издание художественных альбомов, гончарный цех и так далее. Успех созданной им частной оперы привёл Мамонтова к ещё одной серьёзной задумке: идее жилого и культурного строительства. Привыкший всё делать системно и фундаментально, в 1898 году он организовал Северное домостроительное общество и в качестве первого масштабного проекта решил построить в одном из самых дорогих мест в центре Москвы роскошное здание.
Там он планировал не только оперный зал с прекрасной акустикой, который вмещал бы 3000 человек, но и гостиницу, способную красотой интерьеров, качеством сервиса, высокой кухней удовлетворить самых требовательных гостей. Фантазии Мамонтова не было предела: помимо прочего, он хотел разместить в здании каток, выставочные залы, пространства для маскарадов и танцевальных вечеров.
Из представленных на конкурс архитектурных проектов будущего центра Савва Иванович выбрал проект англичанина Вильяма Валькота. Здание построили в модном в те годы стиле модерн. Художественное оформление фасадов и внутренних пространств Савва Иванович доверил всё тем же давним именитым друзьям-художникам.
Мысль о будущем театре с гостиницей вдохновляла Мамонтова. Ему нравились многозадачность, постоянный круговорот событий и разнообразие дел. Константин Станиславский обращался к нему: «Ты, брат, бизнесмен с душой художника! Как это можно в одно и то же время руководить постановкой домашнего спектакля, писать пьесу, лепить скульптуру и диктовать бумаги по железнодорожным делам?»
Строительство началось. Как и в оперных постановках, Савва Иванович занят был «по всем фронтам»: творил, придумывал, выбирал, обсуждал все важные вопросы, устранял проблемы, принимал решения и, главное, управлял всеми ключевыми процессами. Субличность «созидатель» не давала ему покоя, требовала самовыражения, подстёгивала всё время действовать.
Однако через несколько месяцев грянул гром. Блестящая карьера Мамонтова оборвалась. Строительством гостиницы «Метрополь» занялись уже другие люди — с иными идеями и планами.
Субличность «любовник»
Эта субличность отвечает за романтические, любовные отношения. Савва Иванович был человеком страстным, ярким, остро чувствующим жизнь, увлекающимся. И, безусловно, привлекательным для представительниц прекрасного пола.
Семейная жизнь Саввы Ивановича оказалась непростой. Долгие годы они с женой жили в согласии, заводили новые знакомства, обустраивали имение Абрамцево, открывали там школу, ремесленные и художественные мастерские для гостивших многочисленных друзей. Но время шло, у супругов менялись приоритеты. Счастье первых совместных лет сменилось обоюдным раздражением, приводящим к ссорам.
Занятая воспитанием детей, серьёзная, глубоко верующая Елизавета Григорьевна уже не приветствовала неудержимый нрав мужа, устраиваемое им нескончаемое веселье, бессонные ночи. Савва Иванович стал прилюдно называть жену мамой. В конце концов он оставил ей их общий дом в Абрамцево и приобрёл собственное жильё. Его сердце уже принадлежало другой женщине — оперной певице Татьяне Любатович.
Мамонтов сильно увлёкся. Любатович, прекрасная представительница владимирского дворянства, весёлая юная выпускница Московской консерватории, моложе Саввы Ивановича на 17 лет, стала его следующей подругой жизни, как называл её сам Мамонтов.
Татьяна не только стала примой его оперной труппы, но и возглавила вместе со своей сестрой всю административную часть. На квартире Татьяны устраивались шумные праздники, актёры отмечали новые постановки. Жизнь Мамонтова снова была полна страстной любви и творчества. Каждый свободный вечер Савва Иванович устремлялся к Татьяне, к оперным делам, к искусству.
Бурный роман с Любатович длился несколько лет. Однако после сложнейших проблем и унизительных испытаний, рассказ о которых впереди, в жизни Мамонтова появилась ещё одна любящая женщина, Евгения Решетилова. Их отношения возникли в ту пору, когда Савва Иванович был сломлен тяжелейшим судебным процессом, когда значительная часть его бизнеса была потеряна, когда старость и болезни уже активно заявляли права на этого недавно сильного, мощного человека.
Но тут он снова влюбился. Евгения была женщиной молодой — разница составляла 38 лет — и бесконечно преданной Мамонтову. Она активно помогала ему во всех делах, поддерживала моральный дух, лечила его. Уже после революции и смерти Саввы Ивановича Евгения получила охранную грамоту на усадьбу Абрамцево, позволившую ей вместе с дочерью Мамонтова Александрой создать там музей, который мы знаем сейчас.