Ещё

«На фронте всякое бывало…». Шинель для сына полка 

Фото: АиФ Югра
Проект «Фронтовые истории» уже нашел живой отклик у наших читателей. Таинственную и трогательную историю своего отца — фронтового хирурга — прислал житель Сургута Владислав Стрегло.
Свой Ваня Солнцев
О танковом сражении под Прохоровкой страна узнала много лет спустя после сражения. Точнее, в 1965 году, в связи с официальным установлением в стране праздника «День Победы», и в ознаменование 20-летия этого знаменательного события в истории нашей Родины. Я об этом величайшем сражении II мировой войны узнал в 1950 году. Было мне тогда десять лет. Случилось это так.
Прочитав повесть Валентина Катаева «Сын полка», я с восторгом рассказал отцу её содержание. Папа прошел войну хирургом в медсанбате. Выслушав мой пересказ, он улыбнулся:
— Был у нас «сын полка».
— Ты знал Ваню Солнцева?! — удивился я, по-детски наивно пологая, что это был уникальный случай.
— Нет. Нашего мальчика звали Сережей…
Назвал он и его фамилию, но я её, к сожалению, не запомнил.
— … Хороший был мальчишка. Он оборванный, голодный как-то прибился к нам, да так и прижился. Помогал медсестрам мыть инструменты, ухаживать за ранеными. Хороший мальчик! У меня была лишняя шинель. Я отдал её сестрам, и они перешили её на него. Потом был приказ об отправке всех «сыновей» в Суворовские училища, и мы проводили нашего Серёжу.
Встреча под Прохоровкой
Некоторое время отец сидел, погруженный в раздумье.
— Интересная история с этой шинелью, — наконец заговорил он. — Это случилось на «Курской дуге» под Прохоровкой. Там произошло жуткое сражение! Наверное, самое кровопролитное за всю войну. Шел беспрерывный поток раненых. Мы, в буквальном смысле, начали валиться с ног у операционных столов. Тогда последовало распоряжение: десять часов работы — два часа сна. Вконец обессиленные, выходили мы из операционной и заваливались в обозе на два часа спасительного сна. Было лето — погода стояла теплая. Через два часа нас будили санитары.
Вот так однажды ночью меня разбудили для дальнейшей работы. Проснувшись, я обратил внимание на укрывавшую меня длиннополую кавалерийскую шинель.
— Чья это шинель? — спросил я у санитара.
— Это ваш земляк вас укрыл, товарищ капитан, — пояснил он.
— Какой земляк?
— Не знаю, товарищ капитан. Он доставил раненых. Случайно, в нашем разговоре с начальником, он услыхал вашу фамилию, подошел ко мне и спросил, как зовут врача Стрегло. Я сказал. «Так это же наш доктор из нашего села Авдеевка!» — обрадовался он и поинтересовался, где вы. Я показал ему место, где вы спали, но будить не разрешил, если он не родственник. Он подошел к вам. Вы лежали, скорчившись — давала о себе знать ночная прохлада. Он снял скатку, развернул шинель, укрыл вас и ускакал.
— … Фамилию он, конечно, не спросил. Интересно очень узнать — кто это был? Наверное — погиб. Иначе как-то бы проявился, — закончил отец свой рассказ.
Скромный сапожник
Прошло 15 лет. Правительство впервые решило широко отметить годовщину Победы. Средства массовой информации заполнили материалы, рассказывающие о героических событиях минувшей войны. О многих из них страна узнала впервые. Громко прозвучало и знакомое мне с детства танковое сражение под Прохоровкой.
Была выпущена медаль «ХХ лет Победы над Германией», которой наградили всех участников войны.
Для торжественного вручения награды был приглашен в военкомат и папа. Ушел он утром, а вернулся под вечер заметно выпивший, хотя к этому виду «радости» относился весьма спокойно. И возбужденный!
— Он — жив! — радостно сообщил он нам — маме и мне — непонятную новость.
— Кто? — хором спросили мы.
— Кавалерист, укрывший меня шинелью, — всё также радостно улыбаясь, пояснил он, и рассказал такую историю:
«После поздравления и торжественного вручения военкомом нам медалей, мы вышли на улицу, и тут же пронеслось: «Обмыть!». Мы сбросились по «трешке», отоварились, зашли в парк и расположились на травке. И, естественно, начали вспоминать «минувшие дни, и битвы, где вместе рубились они». Шумно было! Один бывший танкист вспомнил Прохоровское сражение. Я поддержал его. И тут ко мне подсел наш сапожник:
— Савва Дмитриевич, а не припомните ли такой случай под Прохоровкой? Мы доставили раненых в медсанбат. И, вдруг, в разговоре двух сотрудников я услыхал «Стрегло»…
— Это ты укрыл меня шинелью?!
— Я…, — смущенно признался он.
— Так что же ты молчал?! Я ведь тебя похоронил! — вырвалось громко у меня.
Застольный шум стих, и все взоры компании обратились на нас. И я поведал собранию о таинственном случае человечности, приключившийся со мной среди бушевавшей вокруг бесчеловечности. И только теперь, в сию минуту, спустя двадцать два года, переставшим быть таинственным. Рассказал я и судьбу его шинели, и она ему очень понравилась.
Рассказ произвел на слушателей сильное впечатление. Всех поразила его скромность. Действительно, мы были близко знакомы. Он был ранен, и вернулся с войны инвалидом. Ежегодно он проходит у меня ВТЭК (врачебно-трудовая экспертная комиссия). В те — послевоенные — годы я постоянно относил ему нашу обувь в ремонт. Дважды он сам шил мне замечательные лёгкие летние туфли. И ни разу — даже намека — на нашу необычную, незабываемую встречу!».
P. S. К моему огромному сожалению, я не могу назвать имя главного героя описанного случая — забыл.
Владислав СТРЕГЛО
От редакции: Уверены, в вашей семье тоже хранятся удивительные фронтовые истории. Присылайте их в адрес редакции АиФ-Югра или по электронной почте korba@idnu.ru. Авторы трех лучших историй получат в подарок редкое издание «Детская книга войны».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео