Ещё

«Подъём» с Сергеем Доренко от 20 апреля 2018 года 

С. ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Пятница, 20 апреля. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре, ведущая этой программы.
Д. КНОРРЕ: И Сергей Доренко. Доброе утро.
С. ДОРЕНКО: Солнышко и хорошо, правда?
Д. КНОРРЕ: И пятница.
С. ДОРЕНКО: И пятница, и солнышко, и два дня по девять баллов. Слушай, я вчера ездил с Яузы до Фрунзенской набережной — 1 час 15 минут. Чего-то мне не понравилось. Я куда б ни двинул… в общем, делал какие-то странные вещи. Например, я у Павелецкого, там, где Новокузнецкая улица подходит, я такой стоял-стоял в пробке на Садовом кольце, и вдруг меня прямо на рельсах застает красный свет. Я думаю: лишилась Рассея, и влево как вальну просто.
Д. КНОРРЕ: Секундочку. С Новокузнецкой упираетесь в Павелецкую, на Садовое кольцо…
С. ДОРЕНКО: Стою на Садовом, уже давно, минут 7-10, просто стою, ну, по пять метров проезжаю. И вдруг я оказываюсь на красном свете прямо на рельсах трамвайных, думаю: да пошло все к чертовой матери, влево как вальну, прямо через рельсы, и пошел туда, где раньше был ЮКОС, где сидел Ходор, потом на Орджоникидзе, какими-то странными местами, тропами, через какие-то торговые центры, через дворы.
Д. КНОРРЕ: Я на Садовое вообще не выезжаю последний месяц.
С. ДОРЕНКО: И в результате, где бы я ни находился, мне все время было сказано: 35 минут до приезда. Куда ни поедешь — 35 минут все время. Да что ж такое! Я уже еду больше получаса, а все время 35 минут.
С движением стало плохо. Мотоцикл надо… я сегодня не решился, было плюс 6, чего-то меня ломало в плюс 6 ехать, совсем рано утром. Ну, посмотрим, что дальше будет. Вообще на следующей неделе плюс 8 днем и минус 1, ты видала?
Д. КНОРРЕ: Нет. Я сейчас смотрю только погоду в Мадриде.
С. ДОРЕНКО: Что там? Хорошо. Там плоскогорье.
Д. КНОРРЕ: Там 26.
С. ДОРЕНКО: Не плоскогорье, а как это сказать…
Д. КНОРРЕ: Подождите, Москва — 14-13.
С. ДОРЕНКО: В воскресенье — сильнейший ветер, ночью минус 1. Понедельник — 8 градусов, ночью минус 1. Потом начинает теплеть, со вторника на следующей неделе — 11, 11 это типа жара, и начинаются дожди. Во вторник, среду дожди, жара, ночью плюс 4. И потом только лишь 29 апреля 14, 30 апреля 16, но дождь. И потом начинается 1 мая — 18. С 1 мая, наверное, жизнь начинается где-то. Это американский праздник, ты знаешь? Так же как картошка американская, так же 1 мая американское. В России есть два крупнейших американских праздника — это 8 Марта и 1 мая. Будем американский праздновать и радоваться, по-нашему, по-американски, с картошечкой. Чтоб все было по-американски.
Д. КНОРРЕ: Да. Мы не стесняемся, Сергей. Вы зря пытаетесь нас стыдить.
С. ДОРЕНКО: Я вас пытаюсь устыдить. Потому что вы русские должны быть. Русские должны есть а-ля рюс — брюкву.
Д. КНОРРЕ: Щи. Жри щи.
С. ДОРЕНКО: По-иностранному получается, все по-французски.
Журналисты «Медузы» узнали подрядчика Роскомнадзора, который разрушает Telegram, и интернет заодно тоже. Это случайно у них там получается, я думаю, это какой-то отход. 19 апреля советник президента РФ по делам интернета Герман Клименко, это который на аську советовал перейти. Мы даже забыли это слово. У меня, кстати, никогда не было аськи.
Д. КНОРРЕ: А я даже вспомнила свой пароль. И зашла. И смотрю: все такие оффлайн.
С. ДОРЕНКО: Я был в LiveJournal, мне Дема Кудрявцев сказал, что нужно быть в LiveJournal. Я не хотел этого, потому что у меня был собственный сайт dorenko.net в 1998 году. И меня стали подучивать, что надо идти в LiveJournal. Я, честно говоря, сопротивлялся какое-то время, потому что думаю, почему все и так на моем сайте, все и так у меня на форуме, с какой стати я должен куда-то ходить. Но потом все-таки пошел, было дело, оскоромился. Потом забросил это дело.
Советник по делам интернета Герман Клименко, он такой советует что во время попыток Роскомнадзора заблокировать мессенджер Telegram имели место сбои в работе ряда компаний, в связи с чем предприниматели просят извинить ведомство. Ну почему мы должны извинять? Я как предприниматель почему должен извинять? Дайте мне хоть пендаля вам по жопе дать. Ну что значит извинить?
Д. КНОРРЕ: Щелбан какой-нибудь.
С. ДОРЕНКО: Хоть щелбан, что что-то. Как можно извинить? Ребята, вы напаскудили. Пачкуны чертовы! Вы говорите просто: извини. Что значит извини? А бесцельно прожитые жизни? А исковерканные судьбы? А потерянные деньги? А за дела надо отвечать, а? Карте место, товарищи. Что значит, извини? А я не извиню, и чего тогда? Ну, ладно. Я не извинил, чтоб вы понимали. Я делать ничего не буду с тем, чтобы как бы возместить свои потери. Ничего не буду делать. Я лягу у водопоя, и я полежу у водопоя, сколько понадобится. Договорились?
Так вот, фирма «Е. Софт», входящая в группу компаний «Инфорсер», это крупнейший подрядчик Роскомнадзора, который одновременно крупнейший подрядчик главного радиочастотного центра, а также заодно еще он подрядчик министерства обороны. То есть это военные рушат сейчас интернет. Это военка, чтоб было понятно. Такой намек. Извините, министерство обороны, если это не так, пожалуйста, опровергните. Журналисты отмечают, что большую часть контрактов Роскомнадзора «Е. Софт» получает автоматически, по системе единственного поставщика. А также они входят в «Инфорсер», крупнейший заказчик который структура Минобороны. То есть, в принципе, Роскомнадзор сейчас разрушает интернет силами министерства обороны Российской Федерации. Ну и хорошо. Просто знать.
В частности, в 2015 году они получили от Воентелекома 3 млрд рублей, та-там, за серверное обслуживание и так далее. То есть эти ребята работают на Минобороны, это как бы боковая компания Минобороны. Основными владельцами холдинга «Инфорсер» стали Игорь и Владислав Колоковы. Они владельцы. И еще «Е. Софт» в свою очередь возглавляет Дмитрий Булатов, которому принадлежит пиар-агентство Batmedia и интернет издание для мужчин Trendymen. А что там? Чему они учат? Как друг друга лечить от простатита, засовывая что-нибудь в штучку эту? Чему они учат? Я ни разу не видел этого журнала. Потому что я не езжу в дешевых электричках. Это можно перевести как chicas modernas. Trendymen, я думаю, можно перевести на испанский как chicas modernas. Ну, и ладно.
Д. КНОРРЕ: Метросексуалы. Денди.
С. ДОРЕНКО: Да?
Д. КНОРРЕ: Не знаю.
С. ДОРЕНКО: Поехали дальше. Блокировка пуш-уведомлений мобильной версии Telegram, возможность которой Роскомнадзор начал обсуждать с участниками рынка, технически возможно. Но ее осколочный эффект окажется еще более мощным, чем потеря доступа к добросовестным интернет-ресурсам, который мы наблюдали в предыдущие дни. Заблокировать пуш можно, только если Apple и Goggle пойдут на сотрудничество с Роскомнадзором и Министерством обороны Российской Федерации, или ведомство решит полностью заблокировать их магазины приложений. Но последствие очень серьезные. То есть у всех мобильный интернет будет в разной степени не работать. Это, наверное, конечно, очень серьезный удар по стране.
Ну а я скажу, почему, сейчас догадка в РБК. Почему вдруг взялись за Telegram. Вчера ко мне приезжал чувак из НТВ. «Центральное телевидение», что-то такое он мне говорил. Я не знаю, что это значит. Есть такое?
Д. КНОРРЕ: Да. Это НТВ. Они почему-то так называются.
С. ДОРЕНКО: И вот приезжал чувак оттуда. И мне задал вопрос, и мы стали вместе думать. Он говорит: а почему именно Telegram? Я говорю: не знаю. Давай подумаем. Во-первых, почему Telegram используют террористы? Это мне более-менее понятно. Он не секретный, Telegram, кроме сикритов. Он написан, в общем, без скрипта… такой средненький.
Д. КНОРРЕ: Да. К нему есть претензии по безопасности.
С. ДОРЕНКО: Очень средненький такой, в общем. WhatsApp посильнее Telegram. А почему террористы используют? Мне кажется, когда они в пустынях на своих тойотах ездят… вот я хотел Роману Щукину сказать, что «Хендай» и КИА побьют «Тойоту» только в тот день, когда террористы их выберут. Потому что сейчас террористы ездят на «Тойотах», на «Хайлаксе» и стреляют оттуда «эх, тачанка-растачанка». А вот когда на «Хендай» станут ездить, тогда не будут… Тогда, значит, они никогда не побьют «Тойоту», эти «Хейнда» с КИА. Террористы trendymen главный.
Д. КНОРРЕ: Нет. Еще таксисты в Азии trendymen. Они все ездят на «Тойотах» абсолютно.
С. ДОРЕНКО: Что получается с trendymen. Когда террористы, будучи trendymen, шуруют по пустыни на своих «Тойотах Хайлаксах», с пулеметами, у них связь вай-фай кой-какая, никакущая. Террорист в пустыне иракской где-нибудь или сирийской, он примерно с точки зрения связи похож на человека в Истринском районе Московской области. Вот Истринский район Московской области и зона боевых действий террористов в Ираке — они где-то одинаковы. По доступности интернета одно и то же. Поэтому люди, находясь в диких местах — в пустынях, пещерах и в Истринском районе Московской области, что одно и то же — они выбирают те мессенджеры, которые летают при плохой связи.
Д. КНОРРЕ: И это WhatsApp прежде всего, а не Telegram.
С. ДОРЕНКО: Нет. Telegram лучше, легче. Telegram картинки плющит. Telegram, в отличие от WhatsApp, WhatsApp дает картинки в хорошем размере, а Telegram, если ты не файлом посылает, он ее плющит, будь здоров, хуже Instagram. Еще он ее заблюринную присылает. Потом через полчаса только открывает. Telegram летает в плохих местах — в Истринском районе, пещерах Афганистана и в пустынях Ирака. Вот почему террористы выбирают Telegram. Он открывается в GPRS, в прочем дерьмище. И в Истринском районе как коллекционном образце дермища. Это худшее… я думаю, для террористов Истринский район это прямо витринное дерьмище терроризма, с точки зрения связи. Товарищи, там нет связи вообще. Ну, у «Мегафона», по крайней мере. Не знаю, может быть… не могу ручаться. «Я вам не скажу за всю Одессу», как пелось, но у «Мегафона» связи в Истринском районе нет. Я там дерусь. Я звоню в «Мегафон»…
Я быстро расскажу про нашу террористическую жизнь, товарищи. Я звоню в «Мегафон»: слушайте, связи нет, ни одной палочки, ездим специально за 800 метров на машине поговорить по телефону, возвращаемся назад, как скоты. Ну что это за жизнь, а? Они говорят: хорошо, мы вам пришлем команду. Присылают команду каких-то убийц и убивают…я знаю, там есть другое поселок, и там генерал какой-то живет. Они его убивают. Потому что он нас заставляет перенастроить антенну в их сторону. И перенастраивают антенну в мою сторону. Сережа пусть поговорит. Но через неделю какому-то полковнику там, говнополковнику, дают генеральские лампасы. Он им звонит и говорит: ну-ка, сюда на ковер, скоты. Они на ковер. Он говорит: а почему у нас не принимает в поселке? А там Сережа, говноплюй какой-то. Хорошо. Перенастроить, ясно? Молчать! Как они говорят? Молчать! Я вас спрашиваю! Генерал фээсбэшный какой-то. Они перестраивают антенну к нему. И так я месяц не могу говорить по телефону. Месяц я не говорю по телефону вообще, ноль, зиро. Через месяц я опять звоню, обиженный в хлам и прочее: слушайте, ну что же я как скот в этом Истринском районе? Товарищи дорогие, пошлите команду. Они посылают команду, они убивают того генерала. Убивают, закапывают где-то и все. Перенастраивают антенну опять на меня. Ага!
Д. КНОРРЕ: А можно еще одну антенну поставить?
С. ДОРЕНКО: Невозможно. Это же Истринский район. Это и есть синоним дремучего, пещерного Афганистана. Нет, пещерный Афганистан рядом с нами столица. Мы едем в пещерный Афганистан, чтобы вдохнуть воздуха свободы, развитости и прогресса, и интернета, и всего на свете. Ну, хорошо, про это скотство я рассказал, товарищи. Вы знаете про это скотство, все были в Истринском районе.
Дальше двигаемся. Поэтому Telegram хорошо используют террористы и жители Истринского района, приравненные к ним, потому что в условиях отсутствия хорошей связи Telegram летает, а все остальное виснет. Вот же проблема, другой нет. Если быть хоть где-то поставить антенны, все бы отказались от Telegram моментально. Я серьезно говорю.
Д. КНОРРЕ: Возможно. Но ФСБ теперь…
С. ДОРЕНКО: Вчера этот энтэвэшник меня спрашивает: ну, вы откажетесь от Telegram? Он меня поймал за слово. Я говорю: я нет. Он: почему? Потому что я наделал стикеров с собой. Скачайте стикеры, товарищи. Я наделал стикеров, которые называются «группа стикеров Расстрига-2». И там целая куча стикеров, где я выпрыгиваю с окна с бутылкой шампанского. Я говорю: товарищи, если я наделал хренову тучу стикеров, то как я брошу теперь Telegram, когда мы с ним повязаны шампанским? Мы с ним повязаны стикерами.
Почему ФСБ решила заблокировать, это сегодня публикация на сайте РБК. ФСБ решила блокировать Telegram, оказывает, не из каких-то террористов, которые шли бы на фиг торжественно, а из-за того, что Дуров хочет создать криптовалюту. Ответ понятен? Замрите, сейчас было важное сказано, вы пропустили мимо ушей. Плевать на террористов, понятно? Террористы и WhatsApp пользуются, чем хочешь, Signal гэбушным они пользуются, всем этим они пользуются. Террористы, которые по серьезке работают, вообще сидят в чатах игровых на Steam. Они идут в Steam, и там в игровых чатах сидят. Не будьте идиотами. К террористам это не имеет никакого отношения. Оказывается, поскольку Дуров запланировал создание криптовалюты, которой предсказывалось блистательное будущность в условиях нестабильного рубля, а рубль, как вы знаете… (говорит по-испански) и дальше (говорит по-испански), таким образом, грам, который создавал Дуров, свою криптовалюту, мог бы оказаться популярным в России, и стал бы конкурировать либертариански с русской государственностью. И вот за это они стали гробить Telegram, как основу будущей…
Д. КНОРРЕ: То есть они испугались криптовалюты?
С. ДОРЕНКО: Потрясающая догадка журналистов РБК. ФСБ решила, что Дуров создаст этот грам свой, криптовалюту, которая в России станет ходить и станет более предпочтительной, чем рубль, а это угроза национального суверенитета. И тогда придется либо Дурова выбирать в президенты в 2024 году, либо застрелить. Либо застрелить, либо избрать в президенты, что с ним делать теперь, а? Давайте об этом погорим после девяти.
В ДВИЖЕНИИ
НОВОСТИ
С. ДОРЕНКО: 9 часов 9 минут. Пятница, 20 апреля. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре, ведущая этой программы.
Вернемся к крипте. Люди пишут: крипта все, крипта кранты. «На МКАД на внешке Лосиный остров стоит мультивэн. Ключ сломался. Помогите человеку». Какой ключ? А, в мультивэне, они достают, знаешь, у них постоянно ломается в Volkswagen? Они выкидывают такой железный пальчик из такого прямоугольного ключика, на котором Volkswagen. Который всегда лоснится и уже стерт, уже до дыр. Просто от пальцев он почему-то дырявится. Конечно, если его используют последние 40 лет. И из него, если нажать на кнопочку, такая разболтанная фигуля выскакивает. Как финский нож такой выскакивает. И он обычно расшатывается. И вообще его с первой минуты надо хранить, лелеять.
Д. КНОРРЕ: Заворачивать в пленку, как пленку.
С. ДОРЕНКО: Да. Тюлью завешивать тогда надо. Тюль класть на торпедо переднее обязательно, и так далее. У Volkswagen все это ужасно архаично, противно, мерзко и так далее. Ощущение, что это украли из краеведческого музея. Это все постоянно ломается и так далее. Так и надо. Человек взял этот Volkswagen, пусть с ним мучается. Мы ему не сочувствуем ни разу. Вчера меня один подрезал на мультивэне — в топку, в ад негодяя. На колени, мрази! В хорошем смысле.
Д. КНОРРЕ: Вам предлагают сделать такой стикер. Это шикарно будет.
С. ДОРЕНКО: Крипта все, больше не интересна. А, баллонник у него сломался. Значит, он на нем плясал. Он на баллонном ключе плясал, вытанцовывал. Знаешь, они двумя ногами становятся на баллонный ключ, на 19, они его надевают, после чего становятся одной ногой, так аккуратненько, потом, крякнув, держась обеими руками за рейлинги на крыше, они становятся второй ногой туда, и начинают так подплясывать — хоп-хоп-хоп. Они думают, что если так они сорвут наконец болт, то от этого колесо будет крепче. Я серьезно говорю, я много раз видел, правда. Они ломают к чертовой матери болт, срезают просто… болт делается из пластилина, особенно если русский. Русские болты делаются из пластилина, сверху напыление такое делается, как будто это металл. На самом деле, это пластилин. Они его срывают, башка у него слетает, либо ломается сам баллонник. Ничем не поможешь. Надо купить нормальный баллонник, стальной, а не это дерьмо, которое кладут вам, вы знаете, о чем я говорю. Надо стальной такой, крестом. По крайней мере, им можно драться, если что. Есть крестом такой баллонник, мне кажется, такой у Брюса Ли был, мне кажется, Брюс Ли все время с баллонником ходил.
Д. КНОРРЕ: Можно им отщипывать головы.
С. ДОРЕНКО: Хорошо. Что с криптой? Кто по крипте? Никто не может выехать их Бутова. Перед метро «Семеновская» на Щербаковской на трамвайных путях авария», — рассказывает нам Филипп. Держитесь, Филипп.
И расскажите мне про крипту. Эта версия. ФСБ говорит, что крошат… нет, не ФСБ, а РБК… представляешь, ФСБ сказала бы, что РБК заказала Telegram. Наоборот, РБК говорит, что ФСБ заказала Telegram, потому что Дуров при всей безобидности его несчастного Telegram собирался создать пользующуюся доверием в мире и России валюту, новую крипту, грам. Поскольку предполагалось, что Дуров, безусловно, талантливее, условно, Грефа, поскольку Дуров намного умнее Грефа, полагает ФСБ, то у Дурова получится, в отличие от Грефа. И тогда, если у Дурова получится. Это будет экстратерриториальный, экстраэтатисткий, экстрагосударственный орган эмиссии валюты, который либертарианский вдобавок…
Д. КНОРРЕ: Таким образом, своими действиями абсолютно обеспечил успех этой новой крипте сейчас. Как и успех Telegram, который собирает подписчиков.
С. ДОРЕНКО: Конечно. Telegram каждый месяц прибавляет более 15 млн человек в мире. Здравствуйте. Слушаю вас. Что же с криптой?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. С криптой, сейчас вроде как весна начинается. А по поводу ТОНа, грама, у него несколько ICO было. И причем если другие проводят ICO, всячески пытаются рекламировать, чтобы денег собрать, то Дуров ограничивал, он выбирал, кому он даст возможность участвовать в свой ICO. Было очень много желающих. Он, не знаю, по каким мотивам, выбирал.
С. ДОРЕНКО: А верно пишут, что Абрамович дал ему 300 млн долларов?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Там чуть-чуть все по-другому. И по поводу Telegram. У нас же, получается, 98-99 процентов всей информации по крипте, она распространяется через Telegram. Поэтому, я думаю, тут больше с криптой в целом даже борются, чем отдельно с ТОНом.
С. ДОРЕНКО: То есть Telegram не потому сажают, что там террористы, что смешно сразу, изначально?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, да.
С. ДОРЕНКО: А потому, что это крипта.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это основной источник информации по криптовалюте.
С. ДОРЕНКО: Да. И создания новой крипты. Спасибо вам огромное. Ваш звонок настолько исчерпывающую дал нам информацию, что больше, полагаю, нечего здесь топтаться. Поехали дальше. Наш слушатель 201-й — абсолютный гений, лучший из людей. Он точно знает все, и он объяснил нам все. Запомните.
Можно двинуться куда-нибудь в иностранщину? Мне очень понравилось, что Мигель Диас-Канель стал президентом Госсовета и председателем правительства Кубы. Так что же, на Кубу валим?
Д. КНОРРЕ: 57-летний, он из поколения кубинских политиков, родившихся уже после кубинской революции.
С. ДОРЕНКО: Мигель Диас-Канель, 1960 года. 20 апреля. У него сегодня день рождения. Ему исполняется 81 год. Сколько? 57 ты говоришь? Сегодня ему 58. Он 1960 года 20 апреля. Сегодня ему 58. Все, кто написал сегодня утром, что ему 57, не посмотрели Википедию. Ну, что сказать? Без премии в этом квартале, товарищи. Неоперативная халтура называется эта ваша работа. Простите.
Он возглавил вчера Кубу. Мне интересно, Куба станет что, оазисом каким-то? Мы хлынем туда? Забыли Париж, забыли Лондон, забыл Нью-Йорк, забыли Майами, наплевали на Ниццу, на Барселону. Все на Кубу, товарищи?
Д. КНОРРЕ: А вы были на Кубе?
С. ДОРЕНКО: Я нет. Я был на Кубе четыре часа, я ждал самолет из Манагуа для того, чтобы сделать пересадку. Я был на пересадки. Отвращение мое от того, что мне подавали в этот момент в ресторане, незабываемо. С незабываемым отвращением я ел какой-то паскудный кусок шницеля, который предыдущий месяц лежал, время от времени его доставали и клали в микроволновку. Потом из-за невостребованности снова замораживали. Потом дали мне за 8 долларов. Это какой-то ужас.
Я хотел сказать, что Куба… Мигель Диас-Канель. Я вам скажу такую вещь про него, чтоб вы знали. Что он был пушером таким важным, когда открывался клуб трансвеститов. Вам это интересно? Это кому-нибудь интересно? Он все время шел по партийным постам. Он был секреталь дель комите централь дель партидо и так далее. Все время он был секретарем Коммунистической партии, партии и партии. Но потом в Санта-Кларе, когда жизнь культурная этого города подошла к созданию клуба трансвеститов, «Эль Менхунхе», то он пуш-пуш и проталкивал решение о том, чтобы клуб трансвеститов существовал.
Д. КНОРРЕ: Опен, опен.
С. ДОРЕНКО: Да. Пуш-пуш, опен-опен. Спасибо тебе большое. Он проталкивал решение, чтобы спектакли трансвеститов начались на Кубе. О чем это говорит?
Д. КНОРРЕ: Да ни о чем. Просто человек широких взглядов. Trendymen, как говорят.
С. ДОРЕНКО: Да? Мы не должны улюлюкать ему?
Д. КНОРРЕ: Нет, что вы. Какая нам разница? Это как-то повлияет на ваше решение поехать на Кубу?
С. ДОРЕНКО: Густо покрыв себя пудрой, выбегает в юбочке? Такого не бывает? Я однажды перепугался, чуть не обделался. Я в Рио-де-Жанейро вышел покурить (я курил), идет на меня деваха. Такая мускулистая, но худая, очень худая. Мускулистая девка, вся такая кудлатая. И надо сказать, я сейчас признаюсь, и врач-сексолог мог бы даже сделать какие-то выводы, я смотрю: девка-то ничего. И вдруг она ко мне подходит, такая густая мулатка…
Д. КНОРРЕ: Фокус меняется и вы начинаете…
С. ДОРЕНКО: Нет. Она заговаривает. Она начинает петь. Глядя на меня, вот так пристально в глаза, она поет… мужским голосом… Я чуть не обделался, честно слово. Я думаю, когда-то на смертном одре я должен буду рассказать, я приглашу сексолога и расскажу ему об этой своей ошибке. Ошибка была сделана мною. Может, во мне что-то такое…
Д. КНОРРЕ: Слушайте, я видела на улице в Таиланде трансвестита… Нет, Сергей, это совершенно нормально. Я тоже не узнала в женщине мужчину. Я смотрела, все, уже она сказала, что он, и я смотрю и не верю.
С. ДОРЕНКО: Мизулина с Яровой должны подвинуть закон о том, чтобы татуировать каждого. Родился — чтобы татуировка на лбу была. Он идет, может быть, в юбке, но у него на лбу должна быть здоровенная F или M. М или Ж. И все.
Д. КНОРРЕ: Она челку себе сделала, и никакой татуировки не видно.
С. ДОРЕНКО: Запретить. Давать пять лет строгого режима.
Д. КНОРРЕ: За челку? А тоналка?
С. ДОРЕНКО: Я не знаю. Десять лет строго режима. Человек может оскоромиться мысленно, понимаешь, в чем дело. Должна быть татуировка, может быть, рельефная какая-нибудь, через шрамы. Шрамирование сделать такое — F — M для выезда, или М — Ж, если человек не планирует выезжать. И все, пусть ходят, гады, с такими татуировками. И со шрамами такими. Тогда другое дело. На лбу. Тогда мы будем все понимать. Так что этот новый Мигель. Мигель Марио Диас-Канель Бермудес его полное имя. Он проталкивал в 2003 году клуб трансвеститов «Эль Мехунхе» в городе Санта-Кларе. Мы не думаем, что это что-то значит. А может, что-то и значит, мы не знаем.
А чего? Кубинцы звонят? 73-73-948. Кто на Кубе был, нам сейчас скажет, что там видели, на этой Кубе. Я работал с кубинцами. Некоторое время выдавал себя за кубинца в Петербурге. Оставил какие-то разрушенные женские судьбы, будучи кубинцем. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Хотел комментарий кратенький. Он туризмом там занимался, развитием туризма. Если у нас в Москве тоже туризмом заниматься, организовывать клубы трансвеститов, тоже будет большая прибыль городу.
С. ДОРЕНКО: У нас главная прибыль городу от китайских туристов, я думаю.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я шучу. Я понимаю.
С. ДОРЕНКО: В России главные туристы китайские, и главная приманка для них — это когда в колокола лупят. Серьезно я говорю. После Пасхи две недели лупили в колокола. Я все время думал, почему, а теперь понял — это из-за китайских туристов. По требованию китайских туристов.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они интересуются?
С. ДОРЕНКО: Абсолютно. Для них любой фольклор — фольклор. А чем это хуже любого другого? Лупили в колокола. Я думал: в чем петрушка? И как-то раз я шел по Патриаршему мосту, и начали лупить в колокола, и я увидел, как реагируют китайские туристы, и я понял, что это для них. Они просто прутся не по-детски. Они начинают записывать, прям видосы пишут. Так что трансвеститы… Китайцы же там трахаются в парикмахерских, ты знаешь?
Д. КНОРРЕ: Нет.
С. ДОРЕНКО: Если у них нет публичных домов, для того чтобы потрахаться, в Китае есть парикмахерские и массажные салоны.
Д. КНОРРЕ: Массажные понятно.
С. ДОРЕНКО: И парикмахерские. То есть ты в парикмахерскую приходишь, девушки начинают доставать тебе серу из ушей, знаешь? Ты приходишь в парикмахерскую, девушки подходят к тебе с такими специальными палочками, и достают серу из ушей.
Д. КНОРРЕ: И что это? Какой-то знак? Пароль?
С. ДОРЕНКО: Нет-нет. Не пароль. Это просто сера. Я не шучу. Они достают тебе серу из ушей, долго. Ковыряются, ковыряются. И ты чувствуешь в этот момент невероятное доверие к этой девушке, потому что она может ткнуть этой палочкой и проткнуть твой чертов мозг. Поэтому степень твоего доверия с этой девушкой примерно как после 20 лет брака. Представь себе, что девушке, например, 20, а ты уже с ней в браке 20 лет, то есть доверие абсолютное, если она ковыряется у тебя в ушах. Это дико важно. И тогда потом уже можно договариваться с мамочкой. Там мамочка есть, которая держит заведение, и можно договариваться.
Здравствуйте. Слушаю вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Меня Андрей зовут. В феврале были на Кубе. Ну, ожидали худшего. Они очень много вложили в Старый город…
С. ДОРЕНКО: Но материальная недостаточность окружающих вас не шокирует?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да нет.
С. ДОРЕНКО: Вы бессердечный человек.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все ходят со смартфонами, одежды им особо не нужно. Танцуют и пляшут, получают по карточкам пищевой паек, на который можно жить.
С. ДОРЕНКО: А что им дают? Рис и цыпленка, да?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не знаю конкретно меню, не изучали.
Д. КНОРРЕ: Фасоль, кукуруза.
С. ДОРЕНКО: Фасоль, кукуруза, рис и цыпленок. И все.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Во всяком случае, жить на это можно. Даже сами кубинцы говорят о том, что надо бы отменить это, потому что большинство не хотят работать. Еда есть, климат чудесный, 30 градусов.
С. ДОРЕНКО: Можно сделать карьеру на рубке тростника. Я узнавал, какие рабочие места все время есть на Кубе. Рабочие места есть рубщика тростника. И можно сделаться рубщиком тростника. Но этого никто не хочет.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это лучше в Доминикане рубщиком коньяка…
С. ДОРЕНКО: Не коньяка, а тростника. Они рубят канью. И знаешь, сколько получают? Где-то 700 рублей в месяц. Если сильно потеть. Ты знаешь эту фигню… извините, я качу из страны в страну, мне самому удивительно. Король Свазиленда переименовал страну, ты знаешь? Он сказал, что Свазиленд путают со Швейцарией. Он сказал: говоришь Свазиленд, все думают Свизерленд. И все сразу спрашивают: Свизерленд? Да нет же, Свазиленд. И им очень тяжело. И он ее переименовал как-то. Потом узнаем, как. Я забыл. Очень смешно. Вот, я нашел эту статью. Сейчас скажу, как он ее переименовал. Он ее переименовал так, что уже со Швейцарией никак не спутаешь.
Д. КНОРРЕ: Вот дурак. Наоборот. Единственное, что привлекало…
С. ДОРЕНКО: Оказывается… он такой человек-реформатор, он поборник реформ, этот король, и он, в частности, детскую нравственность женскую, защищал путем денежных выплат. Кстати, Яровой с Мизулиной взять бы на заметку, и Кузнецовой, попадье нашей. Взять бы на заметку эту фигню. Он давал им 700 рублей в месяц… почему я 700 рублей вспомнил, из-за тростника. 700 рублей в месяц давал девственницам за то, чтобы они сохраняли девственницам. Эта инициатива несколько лет шла. Пока девственницы не объяснили ему, что они берут 700 рублей за раз. Там проститутка стоит 700 рублей. Раз стоит 700 рублей. Кстати, я говорю людям, которые планировали поездку, — там один раз стоит 700 рублей. Не семь тысяч, как в других местах.
Д. КНОРРЕ: Не перепутайте. Не Швейцария, а Свазиленд.
С. ДОРЕНКО: Они ему сказали: ты нам даешь раз в месяц, а мы берем 700 рублей за раз. Батя, либо накинь…
Д. КНОРРЕ: Эсватинья он назвал. Почему-то читается как «эвтаназия», когда смотришь.
С. ДОРЕНКО: Была Швейцария, стала Эвтаназия. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Спасибо, 700 рублей припасу.
С. ДОРЕНКО: Вы были на Кубе?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я был рядом, в Мексике, но потом меня занесло в Израиль…
С. ДОРЕНКО: Есть четыре страны, где по-настоящему горячие люди и горячие девушки. Это Панама, Республика Доминикана, Куба и Пуэрто-Рико. Больше нет. Четыре страны. Все остальные рядом с ними сонные тетери.
НОВОСТИ
С. ДОРЕНКО: Пока шла реклама, я позвонил человеку, который разбирается в Кубе, разбирается в Латинской Америке существенно лучше, чем многие из нас. Ростислав, приветствую! С нами Ростислав Ордовский-Танаевский Бланко. Вы его знаете, безусловно, по его бизнесам «Патио Пицца», «Патио Паста», «Ростикс» и т.д. Ростислав, привет. Скажи, пожалуйста, вот это изменение власти на Кубе, ты что прогнозируешь? Что можно уже идти туда как бизнесу или это, скорее всего, консервация, а может быть даже наоборот — усиление коммунизма, что это?
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Мигель Диас, он, конечно, очень интересная фигура. Во-первых, он всегда себя показывал очень тихим, очень аккуратным, очень прагматичным. Его задача, мне кажется, потихонечку, я думаю, что идти по пути Китая.
С. ДОРЕНКО: То есть они все равно боятся кубинской всей этой миграции, если она вернется, она до основания снесет весь этот коммунизм, поэтому они хотят все делать медленно.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Они да, они помнят русский шок, горбачевская перестройка, которая была шоковой, и быстрой. Для них это, я думаю… Он интересный человек. Это уникально, что режим дошел до сегодняшнего дня.
С. ДОРЕНКО: У меня друзья пытались пойти на Кубу, по бизнесу, и они говорят, что по-прежнему надо иметь… там нужен какой-то генерал, какой-то друг, какая-то крыша, то есть собственно институты и собственно правила, как это было в Китае, еще не установлены.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Там просто другие институты. Там пока еще работает принцип кооперативас и в очень ограниченном варианте, и все. Остальные большие бизнесы, они есть, но это исключение. Понятно, что делать бизнес, как мы его понимаем, еще невозможно.
С. ДОРЕНКО: Там есть какие-то сети редос овелерас де Испания, испанцы зашли туда как-то.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Да. Группа Melia, она давно решила, что надо… Она закрыла все свои гостиницы в Штатах, и поставила на Кубу. И очень успешно поставила, она лидирует, у них там очень серьезно. Немногих совместных предприятий, и у них есть права импорта. Там основная проблема, что весь импорт идет через торговые кубинские организации, это кошмар.
С. ДОРЕНКО: Да, да, да.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Закончилась рыба, все…
С. ДОРЕНКО: До следующей квоты, да.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Вся рыба при странах кубинских заморожена. Это остров. Они боятся, вот пришла рыба, надо ее заморозить, чтобы она была, такой парадокс.
С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха-ха! Такое военное мышление. Скажи, пожалуйста, теперь такой этнокультурный вопрос, но la musica de Salsa и … лучшие там, да?
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Нет, Куба как страна — красота! Прелесть того, что она сохранилась в … стиле, там каждый городочек — это уникальная жемчужина, там девочки классные, там музыка классная, там ребята классные. Но, конечно, они потеряли дух предпринимательства, и большинство, кто мог, уехал.
С. ДОРЕНКО: Это правда. Спасибо тебе огромное. Это был Ростислав Ордовский-Танаевский Бланко.
Р. ОРДОВСКИЙ-ТАНАЕВСКИЙ БЛАНКО: Это был Сергей Доренко.
С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха-ха! Счастливо, Ростик, пока! Мы с ним дружим с 1985 года. 33 года мы с ним знакомы.
Д. КНОРРЕ: Круто.
С. ДОРЕНКО: Мы были щеглами, когда мы затевали кое-какие дела, о которых однажды напишем в книгах.
Д. КНОРРЕ: Круто.
С. ДОРЕНКО: Это Ростик, который, помнишь, как я рассказывал, как мы везли одну девчонку в полпятого утра в Каракасе, и она не хотела уходить?
Д. КНОРРЕ: Не помню.
С. ДОРЕНКО: Это была барменша. Она закрывала бар, мы выходили, она села с нами, чтобы мы ее довезли. И она не хотела уходить, она сказала: ребята, я не засну, я вся электрическая, мне нужно куда-то потратить энергию. Мы с Ростиком, тем не менее, ее высадили. Так глупо! Ха-ха-ха-ха! Но мы хорошие были. Мы были хорошие с Ростиком.
Я хотел сказать про «Аэрофлот», который, кажется, может быть не будет летать. Но, я думаю, на самом деле мы не так много потеряем. Я не знаю точно.
Д. КНОРРЕ: А чем вы летаете в США?
С. ДОРЕНКО: Я, во-первых, летаю редко. Во-вторых, «Аэрофлотом». Потому что он прямой. Потому что я там накапливаю баллы, баллы, баллы, я стараюсь там как-то подъегозить, чтобы поменять на повыше класс. И это прикольно, когда ты весь полет спишь, это прямо хорошо. Вчера, кстати говоря, писалось о том, что несколько азиатских авиакомпаний собираются в экономклассе сделать постели, ведь это очень разумная мысль.
Можно я быстро отойду от «Аэрофлота» и его отношений с США на вот этот дериватив? Вчера была публикация о том, что несколько авиакомпаний хотят в «экономе» давать плацкарту, чтобы можно было лежать. На самом деле, пойми, мы пребываем в ненормальном физиологическом состоянии в полете. Я понимаю, что летчики тоже, летчики долго не живут потом в результате, но смысл в том, что мы подвергаемся ненормальным вещам, нас как бы мгновенно, за 15 минут, за 7 минут, на 5 минут нас возносят на 2 км высоты. 2 км — это разряженный воздух внутри самолета. Поэтому это ненормально. Переживать полет лучше, конечно, штабелями, как-то штабелями уложить людей и все.
Д. КНОРРЕ: Я абсолютно с вами согласна. Даже на коротких перелетах.
С. ДОРЕНКО: Мне если бы сказали: мы не будем вам давать пересоленный томатный сок, мы не будем вам давать омерзительное пюре порошковое с омерзительной курицей, которая была жива еще в девяностом году, все остальное время она провела в холодильнике, это не будем давать вам, нет; просто вас положим, чтобы вы лежа летели. Ногами вперед, например, да? Специально. И также вот трое штабелями подзалегли и все. Ну, может быть катетер вставлять, чтобы никого не беспокоит, а то сосед спит, а тебе надо переползать через него. Или через соседку переползать. Неудобно.
Д. КНОРРЕ: Какое-то судно хотя бы.
С. ДОРЕНКО: Надо катетеры ставить всем сразу, катетер, по башке бамс, укольчик, и лежа возить. Во-первых, нас больше поместится, я серьезно говорю, штабелями больше поместится. Ну, подумай. Вот так друг на друга сложить, через тоненькую перегородочку стальную.
Д. КНОРРЕ: Можно просто наркоз и вообще уже плевать, как ты там лежишь. Погружают тебя в багажное отделение.
С. ДОРЕНКО: Я верю в то, что мы идем к этому. Потому что эти 9 часов нельзя назвать счастливейшими в жизни. Если ты летишь 9 часов, какое тебе счастье от этих девяти часов? Ответ: никакого. Если бы тебя вырубали и штабелями куда-то грузили и все такое. Два катетера: один в мочевой пузырь, другой в горло, чтобы ты дышала отдельно, и повезли. А там выгружают в скорую помощь, вынимают катетеры и все. Вроде как Тулеева.
Д. КНОРРЕ: Ха-ха-ха-ха!
С. ДОРЕНКО: Ты чувствуешь себя Тулеевым, и тебе хорошо. А что, нет? Тулееву хорошо, посмотри на его лицо.
Д. КНОРРЕ: Как самолет назвать, мне кажется.
С. ДОРЕНКО: Тулеев, конечно, Амангельды, два самолета.
Д. КНОРРЕ: Этот самолет назван в честь великого государственного деятеля.
С. ДОРЕНКО: Российской Федерации. Конечно. В Америку лучше вырубаться, мне кажется.
«Гудбай, Америка: авиасообщение с США под угрозой». «Проблема с выдачей американских виз»… Дело в том, что пилотам не дают визы. Не дают визы, потому что не хотят делать на экстренных основаниях. Американское посольство не хочет работать с пилотами аэрофлотовскими на экстренных основаниях, завтра к вам зайдут, вы им поставьте визы, они не хотят, они говорят: нет, нет. И кроме этого американское посольство говорит такой резон: пилоты же двигаются тудым-сюдым, почему им в Париже не зайти в американское посольство на собеседование? Ну, где нет очередей. В Финляндии пусть зайдут в американское посольство, это же разрешается. Он знает, например, пилот, что с июля он начинает летать в Америку. Но он знает, что он в июне будет в такие-то числа в Хельсинки. Он заходит просто на сайт и записывается на собеседование в Хельсинки, всё. Собеседуют, ему штампуют визу, иди сюда, получи, до свидания, и он начинает летать. Это говорит американское посольство.
Но, насколько я понимаю, раньше спортсмены и пилоты получали визу в американском посольстве в экстренном порядке. То есть писалось письмо, что вот эта группа пилотов, им нужны визы, их собеседовали, выдавали им визы. Сейчас от этого американское посольство отказалось. Из-за этого, вероятно, не будет полетов. Ну, будем летать на Finnair. А?
Д. КНОРРЕ: А почему? Виза выдается, ну, на год, хорошо.
С. ДОРЕНКО: Будем летать на Finnair, какая разница, если уж разобраться. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Владимир. Сергей, я в девяностые летал, был рейс №1 Москва — Владивосток. И мы только взлетели, годовалый ребенок начал плакать. 4 часа он плакал!
С. ДОРЕНКО: Да, да, да. Надо вырубать. Нет, сейчас давайте об этом рейсе в Америку. У нас есть четыре направления в Америку. Американцы к нам не летают больше, всё. А мы летаем. Мы летаем в Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Майями.
Д. КНОРРЕ: Нью-Йорк.
С. ДОРЕНКО: Нью-Йорк и Вашингтон по-моему был еще. По-моему и Вашингтон, сейчас я могу ошибиться. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Максим Сураев.
С. ДОРЕНКО: Максим Сураев, наш космонавт и гордость наша.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, я просто тоже по космонавтам, потому что у нас как бы очень много командировок. Но сейчас их, конечно, стало намного меньше. Раньше мы никогда с этим не проблем не испытывали, мы даже туда не появлялись. То есть у нас специальный отдел был в центре подготовки, он и сейчас есть. Нам просто привозили, там штамповали визы, причем визы на три года, там как бы было все хорошо. Сейчас тоже ребята ездят, как бы там особых проблем нет. Я думаю, что все здесь объясняется просто тем — нужны мы им или не нужны.
С. ДОРЕНКО: Да.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это как один из способов убрать конкуренцию, вот и все. То есть покуда им космонавты нужны, поскольку они ездят на подготовку, поскольку наши корабли возят американских астронавтов, и чтобы не сорвать весь этот процесс. И все это нормально, и никаких очередей.
С. ДОРЕНКО: Тем более… Максим, извините, я себе представляю, что вы пришли на собеседование, а я, например, собеседователь, американский офицер. Ну, как я вас буду спрашивать, чем вы намерены там заниматься?! Я это знаю и без вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, у меня был парадоксальный случай на таможне, но это из ряда вон, вопиющий. Потому что я ездил туда много, и они знают, и там написано кто я, по приглашению чего, для какой цели. И когда я пришел, мне офицер на таможне говорит: who are you here, что ты здесь, зачем? Я говорю: слушайте, посмотрите в компьютере, это не потому, что мне надо; это потому, что вам надо. Он как бы проштамповал. Но вот этот сам вопрос: who are you here?. Хотя у него перед лицом все написано, сколько, я там десятки раз был, зачем я, по приглашению кого я. То есть это вся история, я думаю, больше всего не потому, что они слишком работой загружены, а просто потому что это…
С. ДОРЕНКО: Это позиция, безусловно. О конкуренции здесь трудно говорить, потому что они перестали к нам летать, «Дельта» больше не летает.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: «Дельта» больше не летает, но там всякие, я не знаю…
С. ДОРЕНКО: С пересадкой много есть, да.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Это раз. Во-вторых, извините, то же самое, там речь не идет, допустим, о том, чтобы предоставить это американским компаниям. Просто речь идет о том, чтобы немножко поддавить российский бизнес, вот так.
С. ДОРЕНКО: Это очень похоже. Спасибо больше. Да, это очень похоже. Типа, вам нужно по бизнесу, вы и крутитесь. Типа, вам надо, крутитесь, мы вам облегчать не собираемся, как бы вот так. Ну, да. Но если не будет рейса, я думаю, ну, хорошо, кому-то надо в Америку, значит будут летать…
Д. КНОРРЕ: Я так понимаю, что это проблема для пилота раз в три года. То есть им дают долгосрочные визы на 2-3 года, и дальше они два года не думают об этом.
С. ДОРЕНКО: Представляешь, как летают пилоты? Ты просто представь.
Д. КНОРРЕ: Я представляю, как летают пилоты.
С. ДОРЕНКО: Представь, что они делают как минимум 3 наверное больших рейса, если на больших рейсах, Таиланд какой-нибудь, Нью-Йорк, не знаю, Сан-Франциско. Они делают 2-3 больших рейса в неделю, и сколько у него штампов, сколько у него паспортов, как это все летит, горит, как это все постоянно нужно обновлять. Если пилот будет об этом думать, то он будет думать только об этом. Значит, какой-то специальный отдел есть, который этим занимается, я уверен.
Д. КНОРРЕ: Значит, отдел будет делать через Финляндию.
С. ДОРЕНКО: Да, да, как-то будет крутиться. Здравствуйте. Слушаю вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, здравствуйте. Меня зовут Денис. Вообще очень странный ход. Действительно американцы не летают, но при этом очень обширная программа полетов в Штатах у компании Lufthansa и России. То есть, казалось бы, какой смысл им с одной стороны, задвигая нас, поддерживать Lufthansa? У Lufthansa сейчас по-моему 5 прямых рейсов, они в Нью-Йорк, и в Лос-Анджелес или Сан-Франциско и Вашингтон. И, по-моему, Сиэтл, но надо еще посмотреть.
С. ДОРЕНКО: И финны летают же очень много тоже.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Финны да. Но, тем не менее, постоянно меня бомбит Lufthansa, у меня программы, суперцены на перелеты в США. Очень странно. Какая-то вредность, не знаю. Просто выстрел в ногу нам. Не вижу мотивации.
С. ДОРЕНКО: По-моему, сейчас большинство народов мира увлечены стрельбой себе в ногу, все подряд стреляют себе в ногу. Но я это вижу с изумлением на самом деле. Довольно много народов сейчас стреляют себе в ногу. Впечатление какое-то может быть необходимой, может быть не до конца мною осознанной ожесточенности в мире. Ты не замечаешь этого? Ну, есть.
Д. КНОРРЕ: Назло бабушке.
С. ДОРЕНКО: Да. То есть я вижу очень много ожесточенности. Я вам хочу сказать про светлые события, которые действительно по-настоящему хороши, об открытости. В Саудовской Аравии через 40 с лишним лет после запрета кинотеатров показали впервые фильм. В Саудовской Аравии после более 40 лет запрета на работу кинотеатров (потому что они считали, что кинотеатры это как бы оргия такая, повальный грех) состоялся публичный показ художественных фильмов.
Д. КНОРРЕ: Может быть у них, как в Китае, в парикмахерских…
С. ДОРЕНКО: А, может быть, как-то, да, да, да, мы не знали, специально приглашенные зрители, то это специально отобранные, через партсобрание, с рекомендацией.
Д. КНОРРЕ: Лучшие.
С. ДОРЕНКО: С рекомендацией муфтията, раввината, ну, как положено. Специально приглашенные зрители смогли увидеть на большом экране супергеройский блокбастер «Черная пантера». Из фильма были вырезаны 40 секунд, которые нарушали законы шариата. Мы не знаем, что за 40 секунд, может быть 40 секунд пробегали какие-то свиньи или собаки, которые тоже плохое животное. В Саудовской Аравии впервые за четыре десятилетия открылся кинотеатр, в котором состоялся публичный кинопоказ. С чем это можно сравнить? Ни с чем не сравнить. Да, в России, я хотел сказать, открывается публичный дом с куклами.
Д. КНОРРЕ: Да, я читала.
С. ДОРЕНКО: Тебе понравилась эта идея?
Д. КНОРРЕ: Я не стала читать.
С. ДОРЕНКО: Она не стала читать.
Д. КНОРРЕ: Это не интересно.
С. ДОРЕНКО: Противно. Как это гадко!
Д. КНОРРЕ: Нет, просто неинтересно.
С. ДОРЕНКО: А «неинтересно» хоть согревается до 37 градусов или холодные? Я не знаю, может они холодные?
Д. КНОРРЕ: Твердые, холодные?
С. ДОРЕНКО: Нет, они не твердые, они должны быть из специального…
Д. КНОРРЕ: Не моргающие.
С. ДОРЕНКО: Самое простое в женщине, которую ты конструируешь, сделать, чтобы она моргала, как это несложно.
Д. КНОРРЕ: Поднимают голову — моргают.
С. ДОРЕНКО: «Ма-ма», нет, «па-па» лучше. Я думаю, что открытие кинотеатра и публичного дома в Москве это примерно два разно значимых.
Д. КНОРРЕ: Если они, как у Пелевина, неотличимы от живых существ, то это круто с чисто технической точки зрения.
С. ДОРЕНКО: А когда это будет, через сколько лет, как ты думаешь?
Д. КНОРРЕ: Я думаю, лет через 20.
С. ДОРЕНКО: Когда суры появятся? Лет через 20?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Сура-мужчина чуть позже, женщина раньше.
Д. КНОРРЕ: Наверное.
С. ДОРЕНКО: Потому что женщина проще? Я спрашиваю тебя. Ты сказала «наверное».
Д. КНОРРЕ: Мужчины проще, им нужны более простые… как сказать?
С. ДОРЕНКО: Мотивации.
Д. КНОРРЕ: Да. Их проще удовлетворить, их потребности.
С. ДОРЕНКО: Как бы тебе сказать? Ведь ты покупаешь суру не для того, чтобы она удовлетворяла свои чертовы дурацкие…
Д. КНОРРЕ: Да, ваши потребности проще.
С. ДОРЕНКО: Поэтому женщину сделать легче?
Д. КНОРРЕ: Конечно.
С. ДОРЕНКО: Женщины-роботы. На Сретенке? Где открывается этот публичный дом? Мы найдем эту новость и после десяти вам расскажем. Произошло две вещи, которые рвут шаблоны и взрывают нравственность, товарищи: первая вещь — в Саудовской Аравии открыли кинотеатр первый, и был первый показ фильма «Черная пантера».
Д. КНОРРЕ: В районе «Москва-Сити» в апреле 2018 года.
С. ДОРЕНКО: Вот сейчас откроется публичный дом. Сначала про Саудовскую Аравию. В Саудовской Аравии открылся первый кинотеатр впервые за 40 лет, и был показан кинофильм, что для саудитов есть верх паскудства и непотребства, и практически омут морфинизма и разврата. Они сами в шоке от себя и думают, что это, конечно, надорвет нравственность окончательно. А в России публичный дом с куклами, но это после десяти.
В ДВИЖЕНИИ
НОВОСТИ
С. ДОРЕНКО: 10 часов 9 минут. Пятница, 20 апреля. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре — ведущая этой программы.
Д. КНОРРЕ: И Сергей Доренко. Здравствуйте.
С. ДОРЕНКО: 61,19. Это вам не 60,87. 61,20, вот так. Не держит. Несчастность. Невезучий рубль. Ребята, мы везучие, а рубль у нас невезучий. Ну, что, кто-то один должен быть невезучий. 75,55 по евро. 73,64, смотри, нефтица какая богатая, дорогая, хорошая, но не наша. 1,2345. Вчера, кстати говоря, прогуливались опять под 1,24. Сейчас 1,2345 пара главная. И крипту не смотрим.
Я хотел сказать, что мы с Дашей сейчас может быть дали некоторую наметку разговора о том, что мы говорили, что в районе «Москва-Сити» открывается уже сейчас, в апреле, публичный дом. Насколько я понимаю, для мужчин, да?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Для мужчин. Где они смогут предаваться любви.
Д. КНОРРЕ: С LumiDolls.
С. ДОРЕНКО: С LumiDolls, да. А мы не видели этих LumiDolls, кто их производитель?
Д. КНОРРЕ: Нет. Но, отвечая на ваш вопрос: с подогревом — да, с механическими движениями…
С. ДОРЕНКО: С подогревом. Не хотелось бы, чтобы они были холодными.
Д. КНОРРЕ: И искусственным интеллектом.
С. ДОРЕНКО: У них будет искусственный интеллект?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: У них будет искусственный интеллект. А я думаю, что женщине нужно? Искусственный интеллект на уровне таракана вполне может быть похож на каких-нибудь пэтэушниц из-под Калуги.
Д. КНОРРЕ: Ха-ха-ха-ха!
С. ДОРЕНКО: Я серьезно. Давай скажем следующее, мужчина, академик, выдающийся может быть музыкант, выдающийся может быть физик, оказавшись случайно, у него машина сломалась… Вот от ехал на Рославль, такая дорога есть, я знаю.
Д. КНОРРЕ: По Калужке.
С. ДОРЕНКО: И у него случайно под Медынью сломалась машина. Так получилось, что он прямо уже в Медыни. И он там вечером. И он заходит куда-то в кафешку, и там стайка девочек (девочек, имеется в виду после восемнадцати, безусловно), стайка девушек, которым 20, 23. У них мозг ровно таракана. Если спичкой поковырять, как раз мозг можно выковырять, мы его увидим на спичке. Скажи, пожалуйста, этот мужчина, а ему, например, под 50, он будет претензии к ним какие-то предъявлять?
Д. КНОРРЕ: Нет, конечно. Конечно же, это к вопросу, что мы обсуждали в той получасовке, мужчине нужен более примитивный партнер, чем женщине. Мужчина спит с телом, а женщина спит с мозгом, если очень прямо топорно.
С. ДОРЕНКО: Топорно интересно. То есть мужчина спит с телом.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Если тело с мозгом таракана, ну, хорошо. Что оно должно делать?
Д. КНОРРЕ: Меньше мозг — меньше заморочек.
С. ДОРЕНКО: А, я вспомнил свою формулу.
Д. КНОРРЕ: Меньше претензий, меньше ожиданий. Вы понимаете, да?
С. ДОРЕНКО: Господи, я же вспомнил, я же программировал идеальную женщину. Помнишь, моя идеальная женщина? Она должна говорить ровно две фразы, причем чередуя их.
Д. КНОРРЕ: «Спасибо», «извини».
С. ДОРЕНКО: Нет. Первая фраза «мне очень стыдно», вторая — «хорошо».
Д. КНОРРЕ: Точно.
С. ДОРЕНКО: Причем «хорошо» надо говорить вот так: хорошо. Попробуй, у тебя получится. Скажи: хорошо.
Д. КНОРРЕ: Хорошо.
С. ДОРЕНКО: В «р» чуть-чуть сделай.
Д. КНОРРЕ: Хорошо.
С. ДОРЕНКО: Я тебе говорю: первая фраза. Говори мне ответ: мне очень стыдно.
Д. КНОРРЕ: Мне очень стыдно.
С. ДОРЕНКО: Вторая фраза.
Д. КНОРРЕ: Хорошо.
С. ДОРЕНКО: Третья фраза.
Д. КНОРРЕ: Мне стало стыдно.
С. ДОРЕНКО: Нет, не так! Мне очень стыдно. Ну, давай поговорим.
Д. КНОРРЕ: Мне очень стыдно.
С. ДОРЕНКО: Я говорю тебе любую фразу, я говорю: первая фраза, вторая фраза. Ты должна повторять только две фразы: мне очень стыдно, хорошо. Давай. Первая фраза.
Д. КНОРРЕ: Мне очень стыдно.
С. ДОРЕНКО: Вторая фраза.
Д. КНОРРЕ: Хорошо.
С. ДОРЕНКО: Третья фраза.
Д. КНОРРЕ: Мне очень стыдно.
С. ДОРЕНКО: Нет, «мне очень стыдно» надо как-то чуть…
Д. КНОРРЕ: Мне очень стыдно.
С. ДОРЕНКО: Вот видишь! Ты понимаешь?
Д. КНОРРЕ: Я обучаема!
С. ДОРЕНКО: Вот это и есть идеальная кукла. Можно патентовать.
Д. КНОРРЕ: А зачем вам стыд и полное тотальное согласие? Это не интересно. Это интересно первые три минуты.
С. ДОРЕНКО: Всю жизнь.
Д. КНОРРЕ: Когда это повторится 10 раз, вам станет противно.
С. ДОРЕНКО: Нет.
Д. КНОРРЕ: От постоянного «да» и стыда и чувства неловкости.
С. ДОРЕНКО: Почему? Она сначала говорит: нет, мне очень стыдно. То есть она дает понять, что она не готова.
Д. КНОРРЕ: А, в этом смысле! Господи! Я даже не поняла. То есть сначала она ломается, да?
С. ДОРЕНКО: Сначала ломается, конечно.
Д. КНОРРЕ: Как я наивна.
С. ДОРЕНКО: Я говорю: пойдем со мной. Ответ: мне очень стыдно.
Д. КНОРРЕ: Какой позор.
С. ДОРЕНКО: Я говорю: кончай дурить. — Хорошо.
Д. КНОРРЕ: Что вы меня заставили говорить минуту назад?
С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха-ха!
Д. КНОРРЕ: Какой-то ужасный…
С. ДОРЕНКО: Михаил настоящий поэт создания кукол. Михаил, скажите, пожалуйста, через 20 лет, я думаю, будет создана такая кукла, по-настоящему с мощным нейрокомпьютерным интеллектом, которая будет идеальной женой.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Поздравляю вас с окончанием трудовой недели. В реестре относительных эмоций, фраз, которые сейчас перечислили, вообще все это не имеет никакого значения. Дело в опыте, дело в количестве, в миллионах отдельных случаев общения с женщиной, поэтому здесь вам нужен совет опытного человека, которым я и являюсь. Все это отступает, вырождается эстетика отношений с женщинами, ни полуфразой, ни мозг, ничего здесь не имеет значения. Это поэтизация тела вообще.
С. ДОРЕНКО: Нет, подождите, для женщины — мозг, сказала Даша.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я говорю о себе сейчас.
С. ДОРЕНКО: О мужчине.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это поэтизация прежде всего тела, как бы я вам не показался циничным. Потому что внутри себя каждый мужчина с волей прежде всего желает видеть рядом красивую женщину.
С. ДОРЕНКО: Тело, тело.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не просто красивую, а вызывающе красивую. Правильно заметила Дарья, для женщин думающих, которых я встречал в своей жизни немало, ну, думающих может быть ограничено, действительно огромное значение имеет мужской интеллект. Более того, я вам скажу даже, на практике много случаев, когда женщины специально, будем говорить так, завлекают в постель умных мужчин, как им кажется, чтобы родить от них детей. Я вам говорю, это действительно так, не буду распространяться дальше о точности…
С. ДОРЕНКО: Мы догадываемся.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они у меня есть. Действительно им кажется потом…
Д. КНОРРЕ: Какое самомнение.
С. ДОРЕНКО: Ха-ха-ха-ха! Простите.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Относительно создания абсолюта это, мне кажется, для ограниченных мужчин интересно. Вы назвали четыре страны, и мне думается, эскалация этого духа раскрепощенности и женщин Кубы это действительно так, Панамы, Коста-Рики.
С. ДОРЕНКО: Нет, Пуэрто-Рико и Доминиканы.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здесь антропосовский способ распространения этой страсти, я думаю, когда-нибудь Павел I…
С. ДОРЕНКО: Хорошо. А почему мы не можем заместить женщину куклой, вот вопрос.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Невозможно.
С. ДОРЕНКО: Почему невозможно? Я объясню. Об этом пишет Пелевин довольно подробно в S. N. U. F. F., что у женщины есть гиптонабло и спермоприемник — это и есть сущностно женщина.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Пошловато звучит.
С. ДОРЕНКО: Это Пелевин.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Для людей с комплексами. У Пелевина такой же может быть комплекс нереализованной…
С. ДОРЕНКО: Пелевин женоненавистник, это очевидно.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну вот и все. А я вижу в женщине основу поэтического отношения к миру.
С. ДОРЕНКО: Хорошо. Но почему нельзя создать куклу?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно создать. Но опять, для какого рода мужчин? Для тех, кто сегодня использует действительно для удовлетворения своих страстей проституток…
С. ДОРЕНКО: Почти неправы. Вы дадите мне слово? Я ценю разговор с вами очень, но мне хотелось бы тоже говорить, если позволите. Я не буду отключать, считайте, что мы с вами. Можно так сделать, чтобы это был нейроинтеллект. Можно сделать так, что эта женщина будет настраиваться на более юмористическое, более романтическое, более плаксивое состояние. Это будет просто датчик, там будете настраивать ее через может быть пульт. Можно сделать так, что она будет умна, как весь интернет, она будет говорить на китайском, на испанском, на чем угодно. Она будет умна, как весь интернет. Она будет острить не хуже всего интернета. Причем она изучит вас, и она будет острить так, что вы будете счастливы. Понимаете, не вообще мужчина, а конкретно вы. Она вас изучит, она будет суперинтеллектом. Извините, Михаил, я завершаю этот свой краткий экскурс, дискурс. Тогда сущностно у вас только будет одно отличие от живой женщины — она не будет болеть. А живая будет болеть. И это вся разница, больше никакой!
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ответить можно?
С. ДОРЕНКО: Прошу вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Иногда болезненность своего рода возбуждает. Прочтите Бунина «Дело корнета Елагина» и т.д.
С. ДОРЕНКО: Можно настроить.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Есть на свете вещи абсолютные, например, яйцо, курицей выращенное в домашних условиях, естественный мех какого-нибудь редкого зверя, поэтическое слово, музыкальная фраза.
С. ДОРЕНКО: Почему вы считаете, что искусственный интеллект не сможет этого сделать? Сможет! Сможет!
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Невозможно!
С. ДОРЕНКО: Сможет.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Невозможно эти вещи основные, генезисные, природные вещи невозможно воспроизвести.
С. ДОРЕНКО: Конечно, сможет.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это будет суррогат, как сегодня, например, все магазины торговые «Перекресток»…
С. ДОРЕНКО: Она и называется у Пелевина «сура», от «суррогата», конечно.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У вас концентрация на Пелевина… Я посоветовал бы вам несколько писателей, и вы бы забыли о Пелевине. Потому что Хорхе Борхес, кстати, ваш испаноязычный человек, при всей нелюбви многих женщин к испаноязычной литературе я бы Марио Льоса и Хорхе Борхеса очень бы вам посоветовал от корки до корки.
С. ДОРЕНКО: Я понимаю.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они писали об изначальности… «Похождение скверной девчонки» это абсолютнейший шедевр, где болезненность человеческой психики, психологии, состояния возведены в ранг такой природной красоты и неотъемлемой части существования, что какие-то там компьютеры…
Д. КНОРРЕ: Вы все говорите какие-то общие вещи. Главного не будет в кукле — это спонтанности.
С. ДОРЕНКО: Может.
Д. КНОРРЕ: Когда вы будете настраивать…
С. ДОРЕНКО: Ребята, будет.
Д. КНОРРЕ: Когда вы будете настраивать «хочу, чтобы она болела», условно, это уже отменяет спонтанность. Вы уже знаете, ага, сейчас она будет специально ныть.
С. ДОРЕНКО: Нет. Даш, я настраиваю ее по сложному алгоритму, когда она будет спонтанно болеть. Естественно, что я должен это заранее знать.
Д. КНОРРЕ: Ну, вот.
С. ДОРЕНКО: То есть я заранее знаю. Но заранее и с живой знаю, что она иногда будет болеть. Иногда будет просыпаться и говорить, что она ужасно выглядит, еще что-то. Можно сделать так, что это будет с такой-то частотой. Я могу потом пойти к мастеру, если я с куклой, сказать: слушай, моя чего-то часто стала. Он говорит: а что хотелось бы? — Чуть пореже, да. И он тебе делает эту настройку, просто апгрейд делает и все, просто мозг апгрейдит и все. Она будет умна, она будет умнее меня.
Д. КНОРРЕ: Когда она будет умнее вас…
С. ДОРЕНКО: Намного, в разы.
Д. КНОРРЕ: Пелевин отвечает на этот вопрос, она просто бросит и уйдет к Петьке. Кто там, к кому она ушла?
С. ДОРЕНКО: Она ушла. Сура улетела, да.
Д. КНОРРЕ: А в «Черном зеркале», которое тоже вспоминают наши слушатели, героиня затащила этот манекен на чердак и просто приходила к нему периодически. Он ей не нужен, она испытывает к нему отвращение.
С. ДОРЕНКО: Я напомню, что было в «Черном зеркале». Там погиб парень у девушки. Правильно? Это мертвый бывший.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: И ей дали робота, такого же парня, абсолютно идентичного.
Д. КНОРРЕ: Который обучался.
С. ДОРЕНКО: Который сначала говорил фразы из их бывших диалогов, SMS и так далее, а потом очень быстро обучался и превращался в полноценную интересную личность. Она затащила его…
Д. КНОРРЕ: Она сначала хотела его сбросить со скалы, потому что это просто дикость какая-то. Она испытывала к нему отвращение, потому что это суррогат, потому что это эрзац-жених, а не настоящий. А потом пожалела, видимо, и просто отнесла его на чердак, приносила ему тортик на день рождения.
С. ДОРЕНКО: Давайте спросим. Я предлагаю голосование. А вы смогли бы лично жить с суррогатным партнером, наделенным нейроинтеллектом, который абсолютно превосходит ваш? То есть это нейроинтеллект, который знает вообще все, что есть в интернете, это ультраинтеллектуальное существо с идеальной кожей.
Д. КНОРРЕ: Интереснее спросить было бы, готовы ли вы жить с примитивной куклой, но с ограниченным набором.
С. ДОРЕНКО: Примитивная это что? Надувная. Нет.
Д. КНОРРЕ: Нет, не надувная, почему? У нее есть интеллект, она даже сможет шутить.
С. ДОРЕНКО: Давай все-таки дадим максимальную, принципиально лучшую суру всех времен и народов, причем это может быть парень, если вы женщина или женщина, если вы парень. Вы могли бы жить с суррогатным партнером, наделенным блистательным интеллектом и блистательным телом? Да — 123-21-35. Нет — 123-21-36. Я не знаю. У меня нет ответа.
Д. КНОРРЕ: Во-первых, суперумный интеллект это страшно.
С. ДОРЕНКО: Это, конечно, все равно элемент нелюбви, это элемент самовлюбленности.
Д. КНОРРЕ: Конечно.
С. ДОРЕНКО: Я сейчас пытаюсь развенчать сразу то, что мне приходит в голову, что если ты живешь с ультраумным суррогатом и ультракрасивым суррогатом, то ты все равно любишь скорее себя.
Д. КНОРРЕ: А мужчины всегда любят скорее себя.
С. ДОРЕНКО: Скорее себя.
Д. КНОРРЕ: Конечно.
С. ДОРЕНКО: То есть это танец перед зеркалом?
Д. КНОРРЕ: Абсолютно.
С. ДОРЕНКО: Это танец перед зеркалом.
Д. КНОРРЕ: Вся ваша забота о женщине — это любовь к себе.
С. ДОРЕНКО: Статус, подчеркивание статуса.
Д. КНОРРЕ: Конечно.
С. ДОРЕНКО: И удовлетворение инстинктов. Может быть, может быть, я не спорю. Обрати внимание, я не спорю. На самом деле…
Д. КНОРРЕ: А я могу ошибаться.
С. ДОРЕНКО: А я просто плыву в этой теме, совсем плыву.
Д. КНОРРЕ: Да мы все плывем, честное слово.
С. ДОРЕНКО: То есть это человек неуязвимо умный… Это не человек, это кукла. Неуязвимо умная и бесконечно красивая. На ощупь, на запах — все абсолютно, ни резиной не пахнет, ничего. Абсолютно ультра, все впадинки, все, безумно хороша кукла. Если она мужчина — мужчина соответственно. Безумно. Вены пульсируют, все чего хочешь. И бесконечно умное существо. Вы бы смогли с таким жить? 123-21-35 — да. 123-21-36 — нет. Я затрудняюсь.
Д. КНОРРЕ: С другой стороны, мы наделяем человечностью даже предметы, даже машины.
С. ДОРЕНКО: Да!
Д. КНОРРЕ: Мы общаемся со своим автомобилем.
С. ДОРЕНКО: Конечно.
Д. КНОРРЕ: Мы можем влюбляться…
С. ДОРЕНКО: Это существо будет в 100 раз, в 1000 раз умнее кошки.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: В тысячу раз умнее кошки. Это существо будет умнее вас.
Д. КНОРРЕ: Поэтому я не исключаю, что мы могли бы влюбиться в робота по-настоящему.
С. ДОРЕНКО: Влюбиться в робота. Но сначала мы задали вопрос: можете ли вы жить с такой куклой. Мы пока о любви вопрос не ставили. Но на самом деле может быть можно и влюбиться. Если он наделен полноценной личностью, если это полноценная личность, имеющая все черты личности, ну, кроме того, что его можно поднастроить, условно, чтобы юморной был, еще что-то. Если это парень, чтобы хохмил, то, сё. Или можно сказать, что при таких-то выражениях моего лица (он же идентифицирует твое лицо), то есть я такое лицо делаю, то он сочувствует. Это же очень просто, это сейчас айфон определяет.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Он смотрит на твое лицо и говорит: у тебя проблемы какие-то? Ты знай, что мы победим, все будет хорошо, нормально. Да брось ты, выкинь из головы, не парься. Чтобы он как-то не хохмил в этот момент как идиот. Они видит у тебя лицо такое, он раз, переезжает. Эмоциональный ответ и т.д., это все легко сделать.
Я останавливаю это голосование. 47 на 53. Способны жить с совершенной суррогатной куклой, но только совершенство здесь очень принципиально, абсолютно принципиально, совершенной, высочайше сделанной суррогатной куклой — 47 процентов.
Д. КНОРРЕ: «Пятый элемент».
С. ДОРЕНКО: «Пятый элемент», да. Но она еще там тупила все время, то, где?
Д. КНОРРЕ: Она быстро обучилась.
С. ДОРЕНКО: Она быстро обучилась. 73-73-948. Я думаю, что, во-первых, это не за горами. Как только женщина получит самостоятельность финансовую, материальную, достаточную для того, чтобы жить одной, она совершенно спокойно будет не исключать… Зачем ей все эти придури этого идиота? Она будет не исключать умного, остроумного, интересного, сочувствующего партнера с невыносимо сильным интеллектом и прекрасным телом. Почему нет?
Д. КНОРРЕ: Который будет «любить» ее.
С. ДОРЕНКО: А кого же еще ему любить? Он за нее и жизнь отдаст.
Д. КНОРРЕ: До одури.
С. ДОРЕНКО: Да он и жизнь отдаст, конечно. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Ключевой вопрос всей этой дискуссии вообще: а зачем?
С. ДОРЕНКО: Затем, что человек существо стайное и нуждающееся в эмоциональном обмене.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А что, людей не хватает?
С. ДОРЕНКО: Дело в том, что люди выпячивают свой эгоизм, вообще в любой паре всегда начинается война за лидерство, такая небольшая, маленькая война может быть, может деликатная война, но она как бы притирка. А если вы берете совершеннейший интеллект, то вся эта притирка не нужна.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы же тоже превращаетесь здесь в такой же механический, но интеллект в общении с ней.
С. ДОРЕНКО: Нет, я могу быть собой, а она будет…
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ваш сегодняшний пример из общения с искусственным интеллектом, когда вы с Яузской набережной едете на Фрунзенскую через Дубининскую улицу.
С. ДОРЕНКО: Ну, да.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот вам пример сегодняшний. И что из этого будет? Поэтому вопрос: а зачем?
С. ДОРЕНКО: Я понимаю. Затем, чтобы не соревноваться и не притираться, потому что любовь это тяжелая притирка. А с этими штучками притираться не надо.
НОВОСТИ
С. ДОРЕНКО: Я хотел сказать, что несколько возникло исторических споров. Захарова, наша прекрасная пресс-секретарь МИДа погрузилась в историю, она назвала Великобританию виновной в убийствах Григория Распутина и Павла I. Ты знаешь, что, вероятно, Великобритания во всех страна мира, в общем, занималась тем, что поддерживала всевозможных папуасов, которые ей не мешали и наоборот — боролась с папуасами, которые ей мешали. И в этой связи надо сказать, что был же поход Пала I, казаков он отправил на Индию. Казаки пошли на Индию, и они дошли где-то в Средней Азии, теперь я уж не помню, до Туркмении, и, соответственно, их развернули, убили Павла, и этот поход был отменен.
Этот поход всегда историками, как я припоминаю, воспринимался как безумный, абсолютно безумный. То есть эти казаки двигались как-то в Индию, надо было найти на ощупь. В этой Индии делать что? Что, разбить Британию в Индии? Нет. Покорить Индию? Нет. То есть это был безумный поход. Но почему-то Захарова его так не воспринимает. И надо сказать, что он был остановлен действительно убийством Павла. И Захарова полагает, что роль Великобритании здесь была решающая, это первая позиция. Вторая, я уже говорил неоднократно, что существует точка зрения, что англичане помогали Минину и Пожарскому против Лжедмитрия. Вот Мария Захарова это почему-то не вспомнила. Англичане боролись с Лжедмитрием, давали деньги на борьбу с Лжедмитрием, в частности, помогали Минину и Пожарскому, по некоторым данным, в связи с тем, что они опасались разрастания Польши, что Польша станет гигантской и перекроет пути торговли с Персией, вот эти северные пути «из варяг в греки» и в Персию через Каспий. Поэтому англичане поддерживали здесь русских патриотов против поляков, восточных.
Д. КНОРРЕ: Есть точка зрения, что касается Павла, что английское правительство пыталось таким образом избежать войны с Россией за Мальту.
С. ДОРЕНКО: За Мальту. И еще подход казаков на Индию.
Д. КНОРРЕ: Есть такая версия.
С. ДОРЕНКО: И еще это имеется в виду партия Александры Федоровны. Мария Захарова, конечно, нас возвращает к партии Александры Федоровны при дворе, в которой состоял Григорий Распутин, известный тобольский негодяй. Он состоял в этой партии, которая советовала дружить с немцами, царица немка. Они все были немцами, неважно. Александра Федоровна была за союз с Германией, и Распутин ее в этом всячески тоже убеждал и потворствовал, и старался. Он был убит, в частности, потому, что он был сторонником союза с Германией. На самом деле, когда Мария Захарова описывает эти вещи, меня, Мария, не оставляет горечь, что мы предстаем в этих трех историях, если позволите, Мария Захарова, — борьбы с Польшей во времена смутного времени, а также борьбы с Павлом I, а также борьбы против Германии через убийство Распутина — мы предстаем, Мария, как это не горько звучит, папуасией. Мы в чистом виде, Мария, папуасия. Понимаешь, да?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Это папуасия! Я привык относиться к истории России с огромным уважением. И когда вы, Мария, указываете на то, что англичане вертели русской историей как хотели, передо мной открывается папуасия. И это меня не может не огорчать. Меня это в ступор просто вгоняет. Неужели Россия была все эти века папуасией, Маш? С вашей точки зрения так. Я думал, что мы были великой державой, простите. А вы думаете, что она была папуасией. Фиг знает. Не знаю. А? Обидно?
Д. КНОРРЕ: Обидно.
С. ДОРЕНКО: Мария, всякий раз рассказывая, как Великобритания вертела нами как хотела, вы обязательно унижаете мою страну, это немножко обидно, ну, чуть-чуть совсем. 73-73-948. Здравствуйте. Слушаю вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей. Можно несколько замечаний по вашим словам? Во-первых, нет точно ни одного доказанного свидетельства по поводу… Минина и Пожарского. Есть современная теория, 15 лет назад этого даже вообще…
С. ДОРЕНКО: Ну, хорошо. Дальше. Так или иначе, любое упоминание о том, что Великобритания нами вертела, меня обижает.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дайте по фактожу.
С. ДОРЕНКО: Давайте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Второе. По поводу Павла. Если бы 70 процентов русского дворянства и аристократии не хотело бы ее сместить… Посол Англии мог давать сколько угодно денег, чего угодно делать, естественно, этого бы не произошло.
С. ДОРЕНКО: Конечно! Спасибо. Да, правда.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это второй момент.
С. ДОРЕНКО: Мы вернем России величие! Мы с вами, да.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно. Третий момент. По Распутину. По этому поводу уже было следствие, там и временного правительства, и царского, и так далее, куча материалов. Понятно, что это никому не интересно. Но опять же, те, кто читал, это был заговор четырех абсолютно физических лиц. Никаких связей с какими-то политическими партиями и прочим… Абсолютно Юсупов и т.д.
С. ДОРЕНКО: Юсупов, да.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То есть это проверялось много-много раз, это исключительно частное дело, эти лица, они выступали…
С. ДОРЕНКО: Оно де-факто ослабило германскую партию, но.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но это ни коем образом нельзя так считать. Де-факто да, но реальность так. И можно еще по роботу несколько слов?
С. ДОРЕНКО: Вы, знаете, к сожалению нет. Мне очень жаль, давайте не менять тему. Мы по истории. Спасибо за очень важные сведения, которые вы нам сообщили. Я думаю, что наша цель — вернуть России величие, после того, как Мария Захарова сказала, что Россией вертели как хотели, Великобритания. Я все-таки верю, что история России это великая история. И я все-таки верю, что мы были страной с заметным национальным достоинством. И Великобритания совсем уж нами вертеть как папуасией не могла, нет, не могла. Да?
Д. КНОРРЕ: Да, нет!
С. ДОРЕНКО: Давай проголосуем. История России, делал ее народ! Сказал и осекся. Ха-ха-ха-ха! Историю России делала она сама, так скажем. Россия сама творила историю — 134-21-35. Нет, историю России творили иностранные державы, в особенности Великобритания — 134-21-36.
Историю России творила она сама, ее народ трудолюбивый, христианнейший и так далее — 134-21-35. Нет, историей России вертели зарубежные державы, в особенности Великобритания — 134-21-36.
Мария, вы сильнее меня как агитатор. У меня пока 60 процентов придерживаются вашей теории, что историей России вертели иностранные державы, что она никогда не была самостоятельной, вообще никогда. Это ужасно. Мне это не нравится.
Историю России творил ее народ, сама Россия творила свою историю — 134-21-35. Нет, историей России вертели иностранные державы, в том числе и в особенности Великобритания — 134-21-36.
Я останавливаю это голосование. От огорчения я пошел плакать. 39 на 61. Кошмар! То есть 61 процент наших слушателей, пожелавших позвонить в программу, убеждены, что нашу историю крутили англичане. Ребят, зачем вы? Не делайте мне больно. Зачем они мне делают больно?
Д. КНОРРЕ: Назло вам, мне кажется так.
С. ДОРЕНКО: Назло? Троллят?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Что за гады? И насчет Юрия Долгорукова.
Д. КНОРРЕ: Это Порошенко.
С. ДОРЕНКО: Порошенко и Пушков. Пушков сказал, что Порошенко ничего не понимает. Порошенко сказал, что зря киевские князья создавали эту Москву. Но я так понимаю, была шутка юмора.
Д. КНОРРЕ: Наверное.
С. ДОРЕНКО: Это был юмор в какой-то момент или что? Это сказал Порошенко: зря киевские князья создавали эту самую ихнюю Москву. А? Ну и хорошо, зря — зря, сказал и сказал. Я, честно говоря, думал, что это шутка. Пушков ответил: «Порошенко создает комическую историю Украины — и чем дальше, тем комичнее. Киевские князья не имели отношения к основанию Москвы, — ну, странно. — Более того, они не имели отношения и к Украине, поскольку ни страны такой не было тогда, ни самого понятия. И уж Порошенко точно не их наследник». Как вам сказать? Здесь я сомневаюсь в правоте Пушкова.
Д. КНОРРЕ: Я не очень понимаю, вообще о чем они, если честно.
С. ДОРЕНКО: Великий киевский князь Юрий Долгорукий, который был великим киевским князем, как вы знаете, создал Москву. «Приди ко мне в Москву», — он говорит Новгород-Северскому князю. В 1147-м. Юрий Владимирович. Он сын Мономаха. Юрий Долгорукий киевлянин, сын Мономаха. Как он не имеет отношения к Киеву? Не имеет к Киеву, потому что он родился в Киеве.
Д. КНОРРЕ: Он князь Ростово-Суздальский и Киевский.
С. ДОРЕНКО: Юрий Владимирович Долгорукий, создатель Москвы, всю свою жизнь считал, что его похоронили в захолустье. Всю свою жизнь он хотел вернуться в Киев. И он же вернулся в Киев, годы сейчас не помню, и его выперли оттуда. Он стал Великим князем Киевским, его выперли! Он собрал войско и снова вернулся в Киев, потому что единственной его мыслью было жить не на окраине, в провинции глухой.
Д. КНОРРЕ: А в столице.
С. ДОРЕНКО: В столице, то есть в Киеве. Он собирался жить в Киеве. И он имел основания надеяться, что он по крови, по праву наследования имеет право наследовать своему отцу Владимиру Мономаху. Он сын Владимира Мономаха. Но там была другая ветвь еще. Его ненавидели и выперли из Киева, но он собрал войско и вернулся в Киев. И его через два года отравили там. Отравили «Новичком». Понимаешь, в чем дело?
Д. КНОРРЕ: Ха-ха-ха-ха!
С. ДОРЕНКО: «Новичка» подвезли в гречечке, говорят: гречечки покушайте. Ручку двери можно мы смажем? Это киевляне все делали, творили. Ну как Пушков говорит, что к Киеву он не имеет отношения? Как он может не иметь к Киеву отношение, если он родился в Киеве и умер в Киеве? Здесь он жил в ссылке, это для него была ссылка.
Больше того, еще хуже для Пушкова расскажу. Пушков москвич, наследник людей из тех краев. Потому что Юрий Владимирович Долгорукий, обнаружив, что здесь никто не живет (здесь никто не живет, здесь никого не было, людей не было) начал усиленно заселять эти земли, приглашая людей с юго-запада, из Киева, вокруг Киева, в Поднепровье, вот там, оттуда, из-под Киева, давая им статус вольных людей. Сюда. И давал им подъемные, деньги давал за переселение сюда. Это была как Сибирь.
Д. КНОРРЕ: Типа гектар дальневосточный.
С. ДОРЕНКО: Да! Москва была на манер Сибири, то есть Москва была как Сибирь. И он там людям из-под Киева предлагал вольный статус и денег подъемных, чтобы они только переехали сюда. Он создал здесь города Дмитров, который сейчас, Дубну, которая сейчас Дубна, Юрьев, он создал целую серию городов. Из кого? Из людей, привезенных из Киева. То есть он киевлян агитировал: бобла дам, подъемные дам, вольный статус дам, умоляю, приезжайте сюда, в Сибирь. Приезжайте в эту нашу ужасную Сибирь Ростово-Суздальскую, умоляю, ребята! И народ ехал. И создал целые города — Дмитров, Дубну, Юрьев и т.д. Он натащил сюда протоукраинцев, тех киевлян, он натащил сюда киевлян. Оттого они такие говнистые сегодня.
Д. КНОРРЕ: Ха-ха-ха-ха!
С. ДОРЕНКО: Я тебе серьезно говорю. Поедешь в Дубну, поедешь в Дмитров, это же потомки этих говнистых хохлов, которых сюда поднатащили, серьезно тебе говорю. Невозможно ни с кем разговаривать, у всех свое мнение, все поперек. Ты что-то говоришь, здравствуйте, они тебе: попэрэк. Они: здравствуйте, добрый вэчер. Я тебе серьезно говорю, такие гонористые, выпендрежные все. Видна хохляцкая кровь, честное слово, какой-то ужас, невозможно.
Вот смотрите, Юрий Долгорукий привлекая население юго-западной Руси, то есть из-под Киева тащил сюда, давал им статус вольных земледельцев, который там был редок. Они там были смерды, а тут они были вольные земледельцы. Он им сразу повышал социальный уровень, когда они переезжали. Дальше. Города, он основал — Кснятин, Переславль-Залесский, Кострому, Городец, Стародуб, Звенигород, Перемышль и Дубну, Юрьев, Переславль. Его загородная резиденция Кидекша. Дмитров, в честь покровителя своего сына. Дмитров его город. Москва и так далее. Чувак здесь понастроил, притащив людей из-под Киева. Людей здесь не было, он притащил их из-под Киева. Теперь Пушков говорит: нет, ничего не было. Киева не было, Юрия Долгорукова не было, вообще никого не было. Ребята, здесь как бы трудно спорить с этим. Мы можем только говорить, что киевляне создали вот эту Московию, но Порошенко считает, что зря они ее создали. А я, например, радуюсь. Спасибо, киевляне, что вы создали Московию.
Д. КНОРРЕ: Дьякую.
С. ДОРЕНКО: Дьяую. Кияне. Мы молодцы, создали Московию. Которая вас потом трахнула. В хорошем смысле, мы сейчас не говорим. Правильно?
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Пока. Там посмотрим, история длинная. Мне ужасно нравится, что мне звонят историки, сотни историков. 73-73-948. Хотят поспорить, наверное. Из Дмитрова. Вот эти спорщики из Дмитрова, из Дубны, только бы спорить им языками. Здравствуйте. Слушаю вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей.
С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы сами сказали, Юрий Долгорукий в основном сидел в Дмитрове.
С. ДОРЕНКО: Нет, он был сначала в Ростове, а потом в Суздаль переехал. Но он всю свою жизнь мечтал вернуться в Киев. И дважды пытался вернуться.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Насчет Дмитрова. Там ведь кремль.
С. ДОРЕНКО: А какая там природа! А какая там Яхрома! А как там красиво, боже милостивый!
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Из Дмитрова он ходил в Киев так иногда развлечься, пограбить, повеселиться.
С. ДОРЕНКО: Не пограбить, повеселиться. Эта была столица. А Дмитров было захолустье, Сибирь была.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно, естественно, сравнить Киев и сравнить Дмитров.
С. ДОРЕНКО: Да. И до сих пор, кстати, я вам открою страшный секрет. 73-73-948. Здравствуйте. Слушаю вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Называя наши земли Московией, вы выдаете в себе литовского агента. Это по-литовски будет Московия.
С. ДОРЕНКО: Я даже не знал, видите как. Я хочу сказать, что он создал города, которые я перечислил, самый северный из них Кострома, как считается. Но, в общем, все, что вокруг Москвы, он создал, включая Москву.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И хотел еще сказать, что надо все-таки ориентироваться, наверное, на Новгородскую летопись, все-таки в наших землях будет правильно она.
С. ДОРЕНКО: Нет.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А она гласит, что Киев основан преступниками, которых выгнали из Новгорода.
С. ДОРЕНКО: Нет, нет. С Новгородом мы покончили. Мы, Московия. С Новгородом покончили, решительно взяв его при Иване Грозном, поэтому все, что говорят новгородцы, это пораженчество.
Д. КНОРРЕ: Мы ориентируемся на Ипатьевскую летопись.
С. ДОРЕНКО: Новгород мы били и топили в крови, всё, товарищи, это первое. И я вам должен сказать, что и Владимир Креститель, который стоит у нас в центре Москвы на Боровицком холме, где, как вы знаете, три реки сходятся, Неглинная под землей там течет. Он стоит на берегу Неглинки, которая течет под землей, и он посылал своего дядю истребить Новгород. Так что и москвичи, и киевляне топили Новгород в крови. Неоднократно. Потому что киевляне топили его в крови с целью покрестить, а мы топили его в крови с целью, чтобы язык не очень болтался у них, чтобы отрезать, язычки поприщемить. Правильно? Они там свободы какой-то хотели. Свободы они захотели, мы им — на сюда свободу.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: Мы татар на них навели, сейчас не помню. Новгород как мы убивали? Как-то убивали, как-то торжественно.
Д. КНОРРЕ: В крови топили.
С. ДОРЕНКО: Мы татар на Тверь навели, чтобы Тверь истребить. Мы истребили Тверь путем наведения на них татар, я напомню вам. Ну, ладно. Кто старое помянет, тому глаз вон. А Новгород мы как-то сами. А когда киевляне сжигали Новгород с целю покрестить, там была одна нежная деталь, с поля боя киевляне запустили… Кто был, путята?
Д. КНОРРЕ: Я не помню.
С. ДОРЕНКО: Дядя Владимира Крестителя, он подпустил отряды, которые с поля боя пошли в город, и стали жечь дома с семьями. Причем там, где были дома с семьями, ну, где семьи ждали, когда бой закончится… Там бои велись в таком средневековом моральном неком поле, что вот мужчины дерутся, а бабы может пирожки ставят, может борщ варят, не знаю. И наши, киевляне (наши, потому что они крестители, а Новгород бился против крещения) пошли поджигать дома с семьями. И войско дрогнуло, мужики побежали тушить собственные дома и спасать детей. И тогда они были разбиты. Это очень интересная военная тактика — поджигать жен с детьми.
Д. КНОРРЕ: Добрыня нам пишут.
С. ДОРЕНКО: Добрыня! Дядя Владимира Крестителя, он как раз придумал поджигать жен с детьми в Новгороде, чтобы они не сопротивлялись крещению.
Д. КНОРРЕ: А потом 1569 год уже. Иван Грозный уже.
С. ДОРЕНКО: Иван Грозный топил в крови. Так что, товарищи мои дорогие, Московию создали вам киевляне. Потом она, соответственно, присоединила Ярославль, но это почти сразу. Потом Московия билась с Тверью. Потом Московия билась с Рязанью. Если вы хорошо помните Луховицкий район, например, мы отвоевали у Рязани. Вот Луховицы, где «Москва, Питер три столицы», третья — это Луховицы», знаешь? «Москва, Питер — две столицы, а третья Луховицы». Луховицкие огурцы
Д. КНОРРЕ: Ага.
С. ДОРЕНКО: Луховицы мы отвоевали в войне у Рязани. То есть была война, и мы отвоевали Луховицы.
Д. КНОРРЕ: Да.
С. ДОРЕНКО: И Рязань мы били. И потом мы били Тверь и татар на них навели. И потом мы били Новгород и топили его в крови. То есть мы на самом деле… А Московию сюда заселил Долгорукий людьми из-под Киева. Люди мы оказались…
Д. КНОРРЕ: Ну, такие, да.
С. ДОРЕНКО: Жесткие. Мы оказались людьми жесткими, товарищи. Мы же из-под Киева пришли, нормально.
Д. КНОРРЕ: Но справедливыми.
С. ДОРЕНКО: В итоге справедливыми, да, надо сказать.
Д. КНОРРЕ: «Сначала мы пришли в Киев из Новгорода», — пишет нам Теркин. Но это Олег.
С. ДОРЕНКО: Олег? Не знаю. Кий, Хорив и сестра их Лыбедь, они откуда пришли?
Д. КНОРРЕ: «А сколь… он там побил?»
С. ДОРЕНКО: Товарищи, Кий, Хорив и сестра их Лыбедь, это тетка, они… Какая разница, откуда они пришли? Успокойтесь, пришли, не пришли. Потом они восстановили справедливость постепенно. И потом они заселили Московию. И всем врезали. Неплохо, надо сказать.
Мы пойдем и проживем ее, эту пятницу, 20 апреля.
Комментарии  Ещё 4 источника 
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео