Ещё

«Российская летопись». Сенаторы и фискалы. Эпоха тотального казнокрадства 

В марте 1711 года Петр I учредил Правительствующий Сенат — высший орган в России по делам законодательства и государственного управления. Как говорилось в указе, он был учрежден для того, чтобы в отсутствие царя вершить дела «вместо его царского величества собственной персоны». После смерти Петра I значение Сената начало падать. К XIX веку он окончательно превратился в высший орган суда и надзора.
Число подразделений — департаментов Сената — доходило до 12-ти. Сенатор имел чин не ниже тайного советника — 3-й класс Табели о рангах.
Петр I, учредив сенат, еще ввел должность обер-фискала. Чтоб «над всеми делами тайно надсматривать». То есть следить за сенаторами. Еще фискалы появились в губерниях. Странно — в сенате заседали высшие сановники, которые по указу самого же Петра должны были править страной в его отсутствие. Значит, он не доверял и своим ближайшим сподвижникам? Получается, что так. Хотя некоторые исследователи считают, что фискалы, несомненно, принесли известную пользу. Но, как кажется, не слишком большую.
Показательна в этом смысле история , одного из первых обер-фискалов. Петр его приблизил к своей особе и ставил в пример, невзирая на то, что Нестеров был из «подлого сословия». По воспоминаниям, он был одним из немногих, кто говорил царю то, что думал. Петр редко ему возражал, ценил его честность, прямоту и принципиальность. А в итоге что? Нестеров был обвинен в злоупотреблениях и заключен в крепость.
Нестеров во всем повинился. По подсчетам следствия, он нанес государству ущерб, как сейчас бы сказали, на сумму более чем в 300 тысяч рублей. В те времена это 4% годового бюджета России. Однако это его не спасло. Петр приказал продолжить пытки. Нестеров висел на дыбе, был бит кнутом. Причем периодически кровоточащую спину парили горящим веником, жгли солью незажившие раны. И так продолжалось почти год! 73-летнего Нестерова казнили в январе 1724 года в Санкт-Петербурге.
Очевидец, камер-юнкер Берхгольц, вспоминал: «Нестерова колесовали. Сперва ему раздробили одну руку и одну ногу, потом другую руку и другую ногу. После того к нему подошел один из священников и стал его уговаривать, чтобы он сознался в своей вине. То же самое от имени императора сделал и майор Мамонов, обещав несчастному, что в таком случае ему окажут милость и немедленно отрубят голову. Но он отвечал, что все уже высказал, что знал, и затем, как и до колесования, не произнес более ни слова. Наконец его, все еще живого, повлекли к тому месту, где отрублены были головы трем другим. Положили лицом в их кровь и также обезглавили».
По делу Алексея Яковлевича Нестерова казнили еще нескольких фискалов. Писатель очень интересовался личностью обер-фискала, собирал о нем материал для будущего романа.
Впрочем, были у Нестерова и защитники. Говорили, что де его оклеветали коррумпированные чиновники. Да, отчасти можно и поверить. Но не на триста же тысяч оклеветали!
Вспоминается анекдот, рассказанный первым генерал-прокурором, графом Павлом Ивановичем Ягужинским.
Петр I, «бывши некогда в Сенате и услышавши о некоторых воровствах, случившихся в короткое время, весьма разгневался и во гневе вскричал: „Клянусь Богом, что я прекращу это проклятое воровство!“
Потом, оборотившись к Ягужинскому, сказал ему: „Павел Иванович, напиши тотчас от моего имени указ по всему государству такого содержания: что всякий вор, который украдет на столько, чего веревка стоит, без замедления должен быть повешен“.
Генерал-прокурор взял уже перо, но, выслушав строгое сие приказание, сказал государю: „Петр Алексеевич, подумай о следствиях такого указа“. „Пиши, — отвечал государь, — что я тебе приказал“. Но Ягужинский не начинал еще писать, и, смеясь, говорил: „Однако ж, всемилостивый государь, разве хочешь ты остаться императором один, без подданных? Все мы воруем, только один больше, а другой меньше“. Государь, выслушав его размышления, засмеялся сему шуточному замыслу и оставил приказание свое без подтверждения».
И правильно сделал! А то бы Петру пришлось начинать со своего любимца Александры Даниловича Меншикова и с сенаторов.
В этом выпуске вы также услышите:
— Царь Алексей Михайлович.
— Психиатр Сербский и кадет Изгоев.
— История театра «Ромэн».
Слушайте полную версию программы:
Видео дня. «Обезьяний доктор» и его жуткий опыт с мужчинами
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео