Ещё

Разрушены старые и новые мифы о Второй мировой 

В преддверии Дня Победы в Твери обсуждали «Мифы Великой Отечественной войны». Круглый стол с таким названием провела общественная палата Тверской области. В мероприятии приняли участие председатель правления Тверского регионального отделения Российского Фонда мира Сергей Рогозин, директор мемориального комплекса «Медное» , доктор исторических наук , общественники, студенты, исследователи из Москвы, Санкт-Петербурга и Смоленска.
Видеообращения прислали эксперты, которые не смогли приехать лично: военный журналист, ветеран ТАСС , автор ряда книг о Катыни Владислав Швед, профессор Гровер Ферр из США, их коллеги из Литвы и Болгарии. Почетным гостем, которого ждала молодежь, безусловно, стал человек-энциклопедия, публицист и политический консультант .
Завалили снарядами, а не трупами
Круглый стол состоялся на базе филиала Тверского института Московского гуманитарно-экономического университета. Как отмечали его участники, очень важно, чтобы дискуссии такого рода проходили в присутствии молодежи. Сегодня выросло поколение, уже не заставшее своих прабабушек и прадедов — фронтовиков. Те, кому не довелось услышать о Великой Отечественной войне из первых уст, кто узнает о ней из уроков истории, из книг и фильмов, из Интернета. А ведь нет-нет, да и выползет в мировой паутине, появится на книжных прилавках, а то и в учебных пособиях, некий миф (если не заведомая фальсификация).
Помните, как в 90-е годы на рынок хлынули «альтернативные» учебники истории, для кого-то впоследствии ставшие «безальтернативными»? Ну хотя бы те, в которых говорилось о разрушении в самый канун войны старого приграничного рубежа обороны и неготовности нового (хотя процесс совершенствования оборонительных сооружений шёл ещё с 1920-х годов, постоянно приходилось учитывать появление новых направлений военной теории, новых видов вооружения, коммуникаций и т. д.)
Отголосок тех «сенсаций» мы слышим и сегодня. Один из главных мифов о том периоде: «СССР был просто не готов к войне, мы завалили немцев трупами».
Да, победа в Великой Отечественной войне досталась очень дорого. Но наши деды не были «пушечным мясом», они завалили фашистов не трупами, а снарядами! Они были готовы ко всему, даже отдать жизнь за защиту своей земли, за спасение мира от фашизма. Обесценивать это как минимум некрасиво.
Очень опасный миф — демонизация пакта о ненападении между СССР и Германией. Его порой называют «спусковым крючком второй мировой войны»: дескать, не будь этого пакта, Гитлер не решился бы напасть на Польшу.
И вот кто-то делает вывод, что наша страна тоже несет ответственность за все случившееся, дескать, «вторую мировую развязали Сталин и Гитлер». Забывая при этом, что обязательство сохранять нейтралитет, в общем-то, никакие нормы международного права не нарушает. И что именно фашисты пришли завоевателями на чужую землю. И именно наши бойцы гнали их оттуда до Берлина.
О влиянии этих мифов на умы и говорили специалисты. И конечно, не могли пройти мимо вопроса, который особенно актуален для Верхневолжья: кто похоронен в Медном, на территории мемориала якобы расстрелянным в Калинине польским военнопленным.
Смешались в кучу люди, факты
О том, что в Калинине поляков не расстреливали и в Медном не хоронили, да и с их товарищами в Катыни расправились гитлеровцы, исследователи говорят уже давно. И с каждым годом находят все больше подтверждений: под Медным похоронены не польские военнопленные, а наши красноармейцы, умершие от ран в месных оспталях и погибшие в ходе боев за Калинин. Произошла грандиозная ошибка (в лучшем случае). А может, не ошибка, а заведомая ложь.
Участники круглого стола напомнили: во время раскопок, которые проводились в августе 1991 года (судя по фотографиям с места событий — с помощью экскаватора) были подняты останки 243 человек. Как можно было на этом основании говорить о более чем 6 тысячах расстрелянных польских граждан? Более того на фото с места эксгумации видно: поднятые из земли останки рассортированы вопреки всем нормам криминалистики, археологии и здравого смысла: черепа складывали отдельно, кости отдельно в общую кучу…
Но если так — о каком вообще уважении к памяти людей, кем бы они ни были, можно вести речь? И как после этого можно надеяться установить их личности? А вот для пропагандистского «плаката», ужасающей картинки — эффектно.
Неужели игра на эмоциях так ценна, что ради этого можно попросту перемешать человеческие останки, лишить мертвых возможности обрести имя, а их потомков — точной уверенности, что они зажигают свечу на могиле своего деда? Где гарантия, что поступившие так с людьми, будут более бережно обращаться с фактами, свидетельствами и документами?
22 без нулей
Да в том-то и дело, что нет такой гарантии. Участники круглого стола обсудили это на примере Меморандумов , направленых в  в 2010 году. В этих документах содержится, по сути, официальная правовая позиция России по катынскому преступлению, базирующаяся на результатах 14-летнего расследования Главной военной прокуратурой этого дела.
Но широкому кругу читателей они пока что не очень-то известны. И некоторые оппоненты этим охотно пользуются. Так, тем же  культивируется мнение, что в этих меморандумах признается вина СССР в расстреле польских военнопленных.
Однако, как подчеркнул Алексей Плотников, тексты этих документов говорят как раз об обратном. В Меморандуме от 19.03.2010 констатировалось: российским следствием достоверно установлена гибель 1803 польских военнопленных, причем опознаны 22 из них.
22 человека. А не 22 тысячи — ведь именно такое количество погибших в Катыни и Медном в общей сложности называют сторонники «официальной „версии“, указывая их имена на мемориальных плитах.
Кстати, в Меморандумах и этого момента коснулись. Как там указано, мемориальные плиты с именами погибших поляков изготавливались в Польше, без обращения в главную военную для получения списка жертв. То есть, они не могут считаться доказательством каких-то новых фактов по катынскому делу, и не подтверждают в правовом смысле ни того, кто в Катыни (а значит, и в Медном) похоронен, ни того, кто там был убит.
К слову сказать, недавно в газете „Завтра“ было опубликовано открытое письмо общественников и историков к президенту России, по катынскому вопросу. Как рассказал Алексей Плотников, на это письмо получены ответы от Минюста и . Причем, по словам исследователя, в ответе Минюста подчеркивается: ЕСПЧ не опроверг доводы, изложенные в Меморандумах. Никаких изменений в обозначенной ранее позиции о непричастности России к этому военному преступлению не произошло.
Проговорились
Живое обсуждение вызвало выступление Анатолия Вассермана. Он, в числе прочего проанализировал доводы, приведенные в сборник „официальные материалы по массовому убийству в Катыни“, изданном властями Германии в 1943 году. Именно оттуда, как правило, берут „факты“ апологеты „антироссийской“ версии. Но вот ведь ирония судьбы: фашисты сами доказали свою вину. В книге оказалось достаточно деталей, которые „выдают“ их с головой.
Так, в этом источнике приведены фото 8 гильз, найденных в катынских захоронениях. Все они поражены коррозией. На двух характер коррозии таков, что можно сделать вывод: это биметаллические гильзы. Такие производились в Германии, и только с конца лета 1940 года, когда катынские могилы, по официальной версии, были уже зарыты. Шпагат, которым связывали руки жертв, тоже оказался немецкого производства.
Далее. Как указано в официальном отчете Герхарда Бутца, руководителя нацистской комиссии, занимавшейся в 1943 году эксгумационными раскопками в Катыни, „все трупы были одеты в хорошо пригнанные польские мундиры, по которым в большинстве случаев можно было распознать звание. Кроме орденов и других наград, личных вещей, документов, сувениров, писем, записных книжек — на телах были многочисленные предметы военного снаряжения. “
Но если так, получается, что на момент смерти эти люди не могли быть узниками лагеря НКВД. В местах лишения свободы документы у заключенных изымались и хранились в лагерной канцелярии. А в СССР существовала еще и „Временная инструкция о порядке содержания военнопленных в лагерях НКВД“, пункт 10 которой гласил:"Принятые лагерем военнопленные перед тем, как разместить их в бараки, проходят осмотр … Обнаруженное оружие, военные документы и другие запрещенные к хранению в лагере предметы отбираются». Она действовала до 22 июня 1941 года — до начала войны.
То есть, на одежде заключенных, которые якобы были убиты весной 1940 года, в принципе не могло быть знаков различия. А если в кармане оказались еще и документы, очевидно, этот офицер на свободу вышел, а не к стенке отправился.
Польская версия
Ряд любопытных фактов привел Валерий Иванов— Виленский, магистр истории Варшавского университета. Он поделился мнением своего учителя, профессора того же университета Анджея Гарлицкого (ныне покойного). По воспоминаниям Иванова— Виленского, ещё в начале 70-х годов, готовя диссертацию у этого профессора, он вплотную рассматривал «антисоветскую идеологическую авантюру Геббельса». Именно так характеризовал катынское дело польский ученый, расценивая его именно как системно осуществлённый информационный вброс.
Действительно, вспомним, какие события происходили в то время на Восточном фронте: поражение немцев под Москвой; подготовка на территории СССР польской армии под командование генерала Андерса (и не только — в 1943 году в СССР, по инициативе Союза польских патриотов, была создана Первая польская дивизия имени Т. Костюшко). И наконец, разгром гитлеровцев под Сталинградом.
Что-то из вышеперечисленного позволяет говорить об антипольских настроениях в Советском Союзе? Нет. Зато у гитлеровской Германии был вполне весомый повод столкнуть СССР со странами-союзниками. И, еще раз обращаем внимание — это точка зрения польского ученого.
Не пропадать же провокации
Участники круглого стола отметили и еще один немаловажный юридический аспект. В СССР, даже в 1937 года (и позднее), при принятии судебных решений (и даже решений «тройки») всегда четко ссылались на статью Уголовного Кодекса. Указывались конкретный фигурант и конкретное преступление, с соответствующей мерой наказания. У нас просто не могло быть массовых поименных расстрельных списков, это противоречило бы нормам советского права.
А теперь ответьте на простой вопрос: при каком режиме человек мог попасть в список обреченных на расстрел или в газовую камеру по этническому признаку? Напоминать надо? Или суть фашизма не забыта, его злодеяния не сглажены? Приписывать их (то же Катынское дело) стране победителей — бессмысленно и опасно.
В 1943 агиткампания нацистов не удалась: после Великой Отечественной войны было очевидно, что Катынь — преступление гитлеровцев.
Но не пропадать же провокации. Тем более сегодня тоже найдутся те, кто заинтересован в разобщении соседских, славянских народов. И вот, со старой аферы стряхнули пыль, подчистили, добавили красок, и пытаются использовать второй раз, Подсунув поколению, которое про первую попытку может и не знать.
Это одна из причин, побуждающая снова и снова поднимать тему Катыни и Медного. О ней надо говорить. Чтобы наши дети помнили: война, победу в которой мы вскоре будем праздновать, не была противостоянием двух «империй-монстров», нацистской Германии и СССР, как ее порой пытаются представить. Это была агрессия гитлеровского режима против человечества. Людям, чьи прадеды воевали плечом к плечу, нет резона винить друг друга в преступлениях, совершенных общим противником. Только так мы сможем не допустить повторения беды.
Есть и другая причина: необходимость отдать долг памяти красноармейцам, что могли оказаться под чужими могильными плитами. Как объявила на круглом столе директор мемориального комплекса Медное Елена Шевченко, сейчас комплекс готовится к новой экспозиции, и в ней обязательно найдется место для людей, защищавших Калинин по Медновскому направлению. Но эта тема заслуживает отдельного материала.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео