Истории
Люди
Вещи
Безумный мир
Места
Тесты
Фото

Поэт из Ближнего круга Кремля

80 лет назад, 18 декабря 1939 года в «Правде» было опубликовано стихотворение «Сталин». Стихотворение было приурочено к грядущему 60-летию вождя. Оно довольно большое, поэтому ограничу себя в цитировании. Приведу только два четверостишия:

Поэт из Ближнего круга Кремля
Фото: Русская ПланетаРусская Планета

Спит Москва. В ночной столице В этот поздний звездный час Только Сталину не спится – Сталин думает о нас. Много верных и отважных Храбрецов стоит в строю – Сталин думает о каждом, Кто хранит страну свою…

Видео дня

В остальной части стихотворения идет речь о тех, кому посчастливилось ощутить заботу вождя, его внимание. И любой человек, живущей в самой замечательной стране на свете - СССР мог написать вождю в Кремль и получить от него привет.

Михалкову в то время было 26 лет. Но он уже был известным поэтом. В том же 1939-м его наградили орденом Ленина, а спустя два года, в 1941-м поэт получил свою первую Сталинскую премию. Он удостаивался этой награды еще дважды - в 1942-м и 1950-м.

Путь к сердцу Сталина Михалков проложил еще раньше. Доверимся воспоминаниям поэта. Хотя мемуары – жанр зыбкий, не надежный. Автор не всегда искренен, что-то опускает, что-то выпячивает. И себя возвеличивает. Но других свидетелей у нас нет.

Итак, 1935 год. Михалков, молодой, задорный, полный сил и творческих, в том числе, увлекся статной, русоволосой девушкой по имени Светлана. Потом было так: «Встречаю я ее как-то в Доме литераторов.

– Хочешь, я посвящу тебе стихи и опубликую их завтра в ? – обратился я к ней, зная заранее, что стихи мои уже стоят на полосе очередного номера газеты. – Попробуй! – улыбнулась моя избранница.

Я поспешил в редакцию, успел заменить название стихотворения и вставил имя девушки в текст стихов. Наутро в «Известиях» вместо «Колыбельной» появилось мое стихотворение «Светлана».

Оно очень нежное, лирическое:

Ты не спишь, Подушка смята, Одеяло на весу… Носит ветер запах мяты, Звезды падают в росу. На березах спят синицы, А во ржи перепела… Почему тебе не спится? Ты же сонная легла!..

Сомнительно, что стихотворение посвящено взрослой девушке: «Под кустом лежит зайчиха, / Спать и мы с тобой должны, / Друг за дружкой / Тихо, тихо / По квартирам ходят сны…» Вероятнее, сочинение адресовано ребенку. Так все и поняли, хотя Михалков «заметал» следы…

С той девушкой, которой якобы посвящена «Светлана», у него ничего не вышло. Зато им заинтересовался отец другой Светланы, девятилетней девочки из Кремля. Этим человеком был Сталин.

Вождь прочитал михалковские вирши и все понял. Он прислал человека к автору, который поинтересовался, не нуждается тот в чем-нибудь. Михалков ответил, что у него все есть. И поблагодарил вождя за заботу.

Сталин оценил скромность стихотворца. Отныне он стал наблюдать за ним постоянно. И, наверное, довольно разглаживал усы, прочитав:

Высокие звезды над нами горят, И звезд этих ярких не счесть. У белых, у желтых, у черных ребят Хорошая Родина есть.

Мы пляшем, поем и смеемся сейчас, Нам весело жить на земле, И все потому, что о каждом из нас Заботится Сталин в Кремле.

Михалков вошел в Ближний круг. Он стал кремлевским поэтом. Славил родину, его руководителей. Воспевал жизнь в Стране Советов, ее героев – военных, передовиков труда. Отзывался на важные события. В 1939 году, когда началась война с Финляндией, написал стихотворение, в котором укорял жителей страны: «Вы ждали сурового слова, / Терпели, надежды полны, / А слышали – пустоголовых / Правителей вашей страны…»

Затем перечислял тяготы и невзгоды простых, трудовых финнов. В заключение эмоционально призывал: «Не слушать чванливого сброда / И власть шутовскую стряхнуть! / И руку советским народам / Как близким друзьям, протянуть! / Так шире же сильные плечи / Расправьте, Суоми сыны, / По-братски идет вам навстречу / Правительство нашей страны!»

Написано не очень складно, зато – с пылом. Фальшивым ли, искренним – Бог весть? Михалков всегда был застегнут на все пуговицы. Улыбался, но чему – происходящему, своим тайным мыслям?

Он писал стихи для взрослых и детей – серьезные и шутливые. Но всегда правильные, назидательные: «Делать было нечего», «Дядя Степа» (когда он читал это стихотворение Сталину, тот смеялся), «Фома», «Тридцать шесть и пять»

Михалков сочинял басни. Некоторые забылись, иные цитируют и поныне. «Две подруги» - там, где знаменитая реплика: «А сало русское едят!..». Еще - «Рубль и доллар». Строки из той басни нынче вызывают улыбку: «…А я народный рубль, и я в руках народа, / Который строит мир и к миру мир зовет, / И всем врагам назло я крепну год от года...»

Его называли «везучим классиком» - в жизни Михалкова не было невзгод. Только удачи, успехи – небольшие и большие. Потом пришло время триумфа. Летом 1943 года он узнал, что, что объявлен конкурс на лучший текст гимна Советского Союза (до этого на важных мероприятиях исполнялся «Интернационал» - В.Б.). Поделился новостью со своим другом Габо - Габриэлем Аркадьевичем Уракеляном, выступавшим в печати под псевдонимом Г. Эль-Регистан.

Снова открываем мемуары Михалкова: «Вечером отправился домой, а в ранний утренний час следующего дня звонок в дверь поднял меня с постели. На пороге стоял Габо.

- Мне приснился сон, будто мы с тобой стали авторами гимна! - с порога обескуражил он. - Я даже записал несколько слов, которые мне приснились.

Габо протянул мне гостиничный счет, на обороте которого я прочитал: «Великая Русь», «Дружба народов», «Ленин»…

«А почему бы нам действительно не попробовать свои силы? - подумал я. - Ведь не боги же горшки обжигают…»

В итоге Михалков стал автором слов к гимну СССР: «Сквозь грозы сияло нам солнце свободы, / И Ленин великий нам путь озарил…» Не следует забывать и Эль-Регистана. Они творили вместе, но главная роль принадлежала Михалкову

Был у гимна еще один соавтор – Сталин. Он был придирчив к каждому слову. Однажды вождь захотел изменить какой-то знак препинания в тексте. Но решил спросить у Михалкова – можно ли? Его долго искали. Тот, естественно, не возражал…

Михалков встал вровень с , написавшим в XIX веке текст гимна Российской империи: «Боже, Царя храни! / Сильный, державный, / Царствуй на славу, на славу нам! / Царствуй на страх врагам…»

Впрочем, Михалков превзошел Жуковского. Тот написал один государственный гимн, а Михалков – целых три! На всей планете не было такого человека…

В 1977 году стихотворец – согласуясь со временем, по указанию свыше – представил скорректированный текст, ибо в первом варианте были слова о вожде: «…Нас вырастил Сталин – на верность народу, / На труд и на подвиги нас вдохновил…» Их следовало выкорчевать, поскольку вождь был не в фаворе. Михалков текст подправил, упоминание о Сталине убрал. Хотя почитал вождя до самой смерти…

После того, как случился крах Советской державы, и страна обрела иное название - Россия, пошла по другому пути, потребовался новый гимн. То есть, не совсем новый. С прежней музыкой, но кое-какие слова следовало заменить.

Долго искали, кому это под силу. Судили-рядили, однако, решили, что только почтенному Сергею Владимировичу это под силу. Поэт был уже сильно в годах, однако творческого задора не потерял. И снова решил важную государственную проблему. Теперь мы дружно поем: «От южных морей до полярного края / Раскинулись наши леса и поля. / Одна ты на свете! Одна ты такая – / Хранимая Богом родная земля!»

…Михалков был высок ростом и всегда был на высоте положения. Но он мог и низвергнуться с этой высоты, расшибиться. Всякий раз нужно было подтверждать свою верность, пристрастность. Находиться вблизи руководства – откликаться на слова властителей, их призывы ловить взгляды. Писатель вспоминал об одном из банкетов в Кремлевском дворце, когда деятели искусства, торопясь, толкаясь, со счастливыми улыбками на потных лицах, стремились пробиться к членам правительства, особенно к Хрущеву: «То с одной стороны, то с другой вырастал Сергей Михалков, несравненный «дядя Степа», никогда не упускающий случая напомнить о себе».

Верность нужно было подтверждать словами – они же были делами. Поэтому в его стихах много строк о Сталине, партии: «Коммунизм»! Нам это слово / Светит ярче маяка. / «Будь готов!» - «Всегда готовы!» / С нами ленинский ЦК!»

Но это могла быть не лесть, а вера. Искренняя вера.