«Невозможно победить страну, где даже дети против врага». Неизвестные истории войны глазами потомков

Военные зарисовки

«Невозможно победить страну, где даже дети против врага». Неизвестные истории войны глазами потомков
© РИА "ФедералПресс"

От автора:

– Мои бабушка и дедушка были ветеранами, тружениками тыла. Бабушка, Мария Тощакова, рассказывала такой случай. Дело было во Льгове. Она, еще подросток, вышла на дорогу, а там как будто метла летит. В небе, огненная. Все соседи тогда собрались и смотрели на нее. Похоже, что метеорит. Газет тогда особо не читали, телевизоров не было. А старики сказали: «Война будет». Был конец мая 1941 года.

Дедушка, Николай Тощаков, рассказывал, как он, будучи подростком, у немцев продукты воровал во время оккупации. Дело было в деревне Щигры Курской области. «Бежим с другом, то патроны украдем, то еду у фрицев. Кушать нечего было. Немец поймал и побил меня плеткой. А приятеля застрелил», – рассказал дедушка.

У деда шрам от немецкой плетки на всю жизнь на лице остался. Так дедушка и войну прошел, и потом город отстраивал, ж/д вокзал в Курске – один из красивейших в стране. Наград много было, но не носил ни их, ни георгиевской ленты. «Я не герой, просто человек. Пусть герои носят», – говорил дедушка.

Светлана Белоусова, сотрудник филиала РГСУ, г. Курск – Ехала я как-то в поезде «Москва-Евпатория». Поезд привычно набирает ход. Напротив – пожилая пара. Он – в парадном костюме, вся грудь увешана орденами. Семья ветерана была из рода князей Куракиных. Дед – священнослужитель. С 19 лет на войне. Начинал с сержанта, дослужился до полковника. В тот день, когда забирали на фронт, приехал отец в часть проведать сына. Стоял на КПП. Но так и не встретились: отец в форме никогда не видел сына, потому и не узнал.

Воевал в 1-м Донском гвардейском танковом корпусе. Бригада ворвалась в Орел через вокзал. Под Харьковом стоял в боевом охранении.

А однажды помог мальчику-связисту. Тот не мог соединить провода, как надо. А мальчишка-то какой молодец: все доложил верхам, а ведь мог и скрыть, что сам не справился. Евгения Никаноровича назначили начальником отделения связистов 13 гвардейской дивизии.

Дошел до Сталинграда, где воевал до ранения с 13 сентября по 26 декабря 1942 года. Говорил, некоторые солдаты пробыли на войне всего один день. Отправились в Сталинград за пополнением, солдатиков еще не внесли в списки, а уже на передовую. Многие так погибли. Но Евгений Никанорович выжил. Просто жить хотел…

Закончив свою историю, мой сосед по купе поймал кузнечика и выпустил его на волю. «Он же тоже хочет жить», – сказал ветеран.

Отдал кровь другу

Ильдар Шагалиев, г. Набережные Челны:

– Расскажу про своего деда. Фоат Сагидуллович Азаматов родился в 1917 году в деревне Чумаля Катаево-Бакалинского района республики Башкортостан. Отец его Сагидулла был грамотный религиозный человек, стал учителем для сына. Началась война, деда призвали в армию. Он дошел до Берлина. Был санитаром, телефонистом, разведчиком.

Однажды в бою сильно пострадал его товарищ-украинец, и наш дед добровольно сдал кровь, чтобы спасти его жизнь. Крови много ушло, сам чуть не умер. Потом был тяжело ранен в 43-м, и несколько осколков остались в нем около сердца до самой смерти. Пока дед воевал, рискуя своей жизнью, его отца посадили по доносу на 10 лет, так он и умер в лагере. Реабилитировали его посмертно в 1961 году.

Дед же до самой смерти работал. А товарищ, которого он спас, живет сейчас в Польше.

Алена Гридина, PR специалист, г. Курск:

– Мой дедушка прошёл всю войну с первого дня. Илларион Иосифович Миронюк был военным санитаром, не убивал, а спасал людей. Получил две медали «За отвагу» и орден Красного Знамени за мужество.

Рассказывал, что однажды на лагерь, который разбил его полк, был совершен налет. Бомба угодила куда-то рядом с землянкой, где в этот момент находился мой дедушка вместе с двумя товарищами. Землянку засыпало, эти двое молодых парней погибли. Дедушка оставался жив, но под землёй. Никто не слышал, как он звал на помощь. И он перестал. Наутро на место обстрела прибыла группа саперов и спасателей. Они бы так и ушли, если бы какой-то походный врач не вспомнил, что на этом самом месте находилась землянка. Сказал, чтоб копали. Но, когда он вернулся вечером, все оставалось на своих местах. Снова отдали приказ копать. Моего дедушку спасли, вытащили. Ему тогда было меньше лет, чем мне сейчас. Больше суток он провел с двумя погибшими товарищами, уже без надежды на помощь. Хотя слышал, как сверху ходили люди, они его – нет. Дедушка тогда поседел. Это была середина войны.

А так дедушка дошел до Берлина. Самый добрый человек из всех, кого я знала. Мой личный герой.

Ужас после Курской дуги

Член профессиональной Ассоциации психологов и психотерапевтов Элеонора Красилова, г. Москва:

– Растя своих пятерых детей, моя прабабушка даже в мирное время не говорила о войне. Но некоторые вспоминания от ее старшей дочери, которая сама была свидетелем этого, скрыть не удалось. Немцы захватили Курск в 1941 году. Организовали в центре города штаб, стали искать переводчика. Моя прабабушка в совершенстве знала немецкий, французский и итальянский. Дочь раскулаченных фабрикантов. Забрали ее в штаб, она им переводила. А муж в это время вместе с отцом, который возглавлял партизанское движение в Курске, ушли в леса и готовили планы по подрыву железных дорог. Прабабушка передавала им сведения. Бабушка помнит, что очень боялась немцев, хотя они ее кормили конфетами.

Весь ужас начался после Курской дуги. Знаменательная победа для нашей семьи вышла боком. На бабушку донесли, что она как будто «немецкая подстилка», а мужа ее немцы взяли в плен. Он сбежал, но был репрессирован. Амнистию получил только после смерти Сталина.

После войны бабушка полностью сосредоточилась на семье. Всю жизнь проработала дворником, чтобы больше не показывать свое образование. Даже в минуты веселья и семейных посиделок на вопрос: «Ба, расскажи про войну», - она не размыкала губ и только махала рукой.

Заслуги моего прадеда Григория и его отца были признаны посмертно. Когда бабушка увидела заметку в газете о своем муже, ее хватил удар, но даже тогда она ничего не рассказала.

Четырехлетний ребенок против фашистов

Александр Мамкин, г. Суджа:

– Шел 1943 год. После нанесения фашистам чувствительных ударов немцы стали уходить из некоторых районов Курской области. Мимо моего дома проходил военный обоз, с которым ехали румынские солдаты, вывозящие из России военные припасы и награбленное имущество.

Именно в нашей хате они решили передохнуть перед дальней дорогой. Мой дядя, , на тот момент еще был ребенком, четыре годика всего. Детское мышление своеобразно. Посмотрев на обоз, Володя решил, что в его силах приложить руку к победе над немцами. Для этого надо было затормозить обоз. А что заставляет лошадей идти быстрее? Кнут. И четырехлетний солдат спрятал в сено кнут, вытащенный из-под рук румынских солдат.

Как оказалось, румыны по уровню развития недалеко ушли от маленького ребенка и тоже решили, что налицо видна попытка разрушить Третий рейх. За кражу военного имущества они поставили к стенке всю семью и объявили, что сейчас начнется расстрел. Мой дядя очень любил свою Родину, но еще больше он любил свою семью. Чтобы спастись родных от расстрела, он отдал обозникам кнут, и они уехали, никого не убив.

Знаете, я думаю, что невозможно победить страну, в которой даже четырехлетний ребенок готов к борьбе с врагом.

Товарищ

Политолог Эдуард Атанов, г.Курск:

– Родной брат деда по маминой линии Николай Кузьмич Репринцев, выпускник Тамбовской высшего авиационного училища, воевал вместе с Василием Сталиным. Родился Николай Кузьмич в 1919 году в деревне Волжанчик Советского района Курской области, а умер в Москве в 1965-м в институте им. Герцена.

Был комиссован по ранению в 1943-м. До самой смерти жил с осколком в легком. По окончании войны отучился в Благовещенске и отправился руководить стройкой объектов народного хозяйства в Петропавловск-Камчатский. Связь летчики поддерживали и после войны. Николай приглашал Василия, потерявшего после смерти отца все свое влияние, на Камчатку...

, архитектор, г. Рязань:

– Дедушка Ваня воевал в Ленинградскую блокаду. Когда были в городе – варили солдатские ремни, чтобы поесть. Обои ели, так как они были на клейстере из муки.

Деда ранили в 1942 году. По характеру был сильным человеком и никогда не жаловался на то, что пришлось пережить в те годы. Только в дни праздника Победы мог вспомнить, как на его руках умирали его боевые товарищи, и всплакнуть.

Дедушке вручили медаль «За оборону Ленинграда», но он так ее и не получил, потому что в то время его возили по больницам. Ему говорили, что надо отрезать руку, так как было заражение, но он не дал это сделать. В итоге всю жизнь жил с живой рукой, только она немного плохо сгибалась.

Первым на амбразуру

Предприниматель , г. Москва:

– Лазарь Дзотов мой близкий родственник, о нем даже книга издана. Был молодой учитель истории, который в 21 год ушел на войну. Бабушка говорила о его подвиге в 1942 году под Воронежем. Он был командиром взвода, и они переправлялись через реку Яковлевка. Там стоял вражеский дзот, Лазарь пошел на него с гранатой и закрыл своим телом. Был тяжело ранен. Но пулемет перестал стрелять, и наша армия полностью перешла переправу. Лазарь истекал кровью, взял веточку и, макая ее в кровь, написал на партбилете письмо своему народу. По странным обстоятельствам ему не дали Героя Советского Союза, хотя он первым совершил подвиг, который позже прославил Матросова. Мы даже направляли подписи в , чтобы ему дали Героя Советского Союза посмертно. Но нам пришла отписка, что Советского Союза уже нет, и Героя нельзя присвоить.

Нина Ревина, г. Курск:

– Мой дедушка не любил говорить о войне. Насколько был мужик-кремень. Но всплакивал, вспоминая. Был контужен сильно, участвовал в боевых действиях. 2 мая, когда взяли Берлин, он находился в Польше. Никогда, к сожалению, об этом не рассказывал. Для него это была боль. А после войны поднимал целину. Остались благодарственные письма от Сталина и документы. У нас была полка в шкафу, там красная подушка, на ней медали. Дедушка разрешал мне с ними играть. Бабушка потом их на булавочки цепляла назад. Когда дедушку хоронили в 1990 году, медали брали для процессии.

Фото: / Евгений Поторочин