Ещё

Помним Победу: «Я был в партизанском отряде» 

Воспоминания ветерана , который во время Великой Отечественной войны находился на оккупированной территории. Помним Победу: «Я был в партизанском отряде», сообщает информационное агентство МедиаХот (MediaHot). Воспоминания ветерана ОВД Николая Яковлевича Бондарева, который во время Великой Отечественной войны находился на оккупированной территории. Николай Яковлевич Бондарев родился 5 мая 1932 года в деревне Клетище Журавического района Гомельской области Белорусской ССР. Родители Николая Яковлевича умерли рано, мама в 1938, а отец в самом начале войны. В семье было еще три старших брата. Все трое воевали, и все вернулись домой. Старший Георгий в 1938 еще ушел в армию и к началу войны заканчивал военное училище, на него извещение было, что пропал без вести, а он 1,5 месяца побыл в окружении и пробился ксвоим, даже еще успел сообщить семье, что жив. Федор — закончил Могилевское пехотное училище, дошел до Кенигсберга, а после войны работал в школе военруком. А вот Емельянвсю войну рядовым был, домой вернулся без руки, но зато живой. После смерти отца, в возрасте 12 лет маленький Коля оказался в другой семье, его приютила семья партизана Тимофея Медведева. Николай Яковлевич вспоминает: «Сам он был жителем деревни Петровичи Кормянского района — это одна сторона реки Сож, а партизанская база располагалась на другой стороне реки, в районе деревни Сидоровичи. Деревни по одну сторону реки Сож, в том числе деревня Петровичи, были под полной оккупацией, а на противоположном берегу деревни были под властью партизанского отряда. И на этой территории не мог появиться ни один оккупант, если хотел остаться живым. Я тоже, находясь на территории партизанского отряда, не бездействовал: пас и ухаживал за лошадьми, помогал перевозить грузы. Да и партизаны не отсиживались только на своей базе, а действовали в Гомельской и Могилевской областях. Однажды при движении по тракту Минск-Довск был убит немецкий генерал. С ближайших городов были доставлены немецкие воинские части, и окружили лес, чтобы уничтожить партизан: шли обоюдные бои около трех суток. После этого немцы получили несколько машин убитых их солдат и полицейских, которые откуда-то прибыли им на помощь. Партизаны воспользовались ночью и ушли из окружения. В этом бою был ранен партизан Тимофей Медведев, в семье которого я жил. Через некоторое время после освобождения Белоруссии нашими войсками, он стал председателем сельсовета, но проработал недолго и умер от полученных во время войны ран. Сведений на меня из-за болезни или по другим причинам — не подал, да и не важно было — оккупация закончилась и вперед!Так работали и досрочно демобилизованные фронтовики. По словам Николая Яковлевича, был в его жизни случай, когда только везение или ангел-хранитель спас его: „Когда я еще проживал на территории партизанского отряда, мне нужно было провести разведку. Для нужд партизан нужно было забрать из соседней деревни корову. Эта обязанность была возложена на Татьяну Прокофьевну, в семье которой я жил, поэтому мы и пошли с ней вместе. Чтобы это выполнить, нужно было из деревни Петровичи попасть в деревню Сычман. Мой путь пролегал через лес, поле, затем нужно было перейти тракт Москва-Минск. Так мы с ней со стороны деревни Петровичи прошли лес, она осталась на окраине леса, а я должен был прийти в деревню Сычман и выяснить, нет ли там немцев. Такая осторожность была вызвана тем, что накануне нашей разведки в соседней деревне Старый Довск в одну из ночей немцами были схвачены все жители деревни, пострадали и те, кто приехал в гости или случайно оказались там. Все были увезены в Новый Довск и расстреляны. Я прошел всю центральную улицу деревни Сычман, дошел до самого последнего дома. В большинстве домов окна и двери были открытыми. В деревне не было ни единой души — ни птиц, ни собак, не говоря уже о людях. В последнем доме окна и двери также были открыты, оттуда я повернул назад и пошел за своей спутницей. Я вернулся и сказал Татьяне Прокофьевне, что немцев нет. И с ней мы пошли в эту деревню. Дошли до этого последнего дома, откуда я сделал поворот, как из-за дома выходят три немца и на нас: „Партизаны! Партизаны!“Один из крайних достал пистолет и поднимает, чтобы выстрелить в голову моей спутнице. Одной рукой она крестится, а в другой руке у нее поводок. Я стою за ней и понимаю, что мы погибаем. Если бы я обнаружил их, когда проводил разведку, то я бросился бы в бег. Меня могла бы догнать только пуля. А здесь пожилая женщина. Когда крайний начал доставать свое оружие и поднимать его для нажатия на спусковой крючок, то средний из них отвел его руку в сторону и заговорил с ним на своем языке. Затем они развернулись и ушли. Мы радовались тому, что остались живы. Нам уже было не до операции. Мы бросились домой. По всей вероятности, было так: пока я шел по улице обратно, переходил поле к лесу за своей спутницей, а затем мы вернулись по первому моему маршруту для разведки. За этот промежуток времени немцы могли прийти, тем более, если ими проводились какие-либо свои мероприятия. Тем более, что на расстоянии не более одного километра расположен Новый Довск, который является перекрестком тракта Гомель-Могилев, Москва-Минск. После освобождения территории от оккупации, я вернулся в свой дом и включился в общественную колхозную работу. Колхозам тогда помогали и наши воинские части. Я на их лошадках вспахивал землю в день по 70-80 соток. И считалось это мелочью и развлекаловкой в сравнении с прошлыми работами. Помню, как после войны уже полицаев вешали в деревнях, мы, мальчишки, бегали посмотреть. Первоначально жил один, когда окончилась война, приехал в отпуск один из старших братьев — Георгий. Увидел, как я на усадебных 50 сотках „справляюсь“. Несмотря на то, что он был офицер, убыл в часть и написал рапорт на демобилизацию по сложившимся семейным обстоятельствам. После демобилизации его избрали председателем колхоза. Сначала мы жили с ним вдвоем. Когда он женился, я после окончания 8 классов в своем районе поработал на мелиорации, так как в колхозе были трудодни, а денег не платили. Уже с деньгами я уехал поступать в Минскую профтехшколу легкой промышленности, откуда с 3-го курса был призван в армию. Служил в авиации и во время военных событий в Северной Корее, проходил службу за границей. Когда часть была переведена в Узбекскую ССР, я присредней школе сдал экзамены за среднее образование. После демобилизации продолжил учебу в Минской профтехшколе. По окончании которой работал на Гомельской швейной фабрике „Коминтерн“ контролером кроя, затем работал мастером в ателье. Во время работы поступил на заочное обучение в Московский институт легкой промышленности. В 1958 году приехал в Красноярск навестить свою тетю по отцу, которая со своей семьей еще в 1908 году оказалась в Красноярске. Здесь же проживали ее сын, дочь и внуки. В Красноярске встретился с работниками милиции и по их предложению поступил в среднюю школу милиции. По окончанию школы милиции приехал в Красноярск. Здесь уже заочно окончил юридический факультет Красноярского Государственного университета. В милиции начал работать первоначально участковым уполномоченным, затем в разное время в уголовном розыске, следователем, последнее время в ОБХСС. На пенсию отправился по выслуге лет в 1983 году. Беседовала с ветераном Анастасия Стапрыгина, студент СибГУ Фотографии сетевого издания „Военное обозрение“ и архив ветерана Информационное агентство МедиаХот (MediaHot).
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео