Ещё
Откуда взялась шапка Мономаха
Откуда взялась шапка Мономаха
Вещи
Самые страшные давки в истории СССР
Самые страшные давки в истории СССР
Истории
Грузчики — люди с железными мышцами и нервами
Грузчики — люди с железными мышцами и нервами
Безумный мир
Самые криминальные города России
Самые криминальные города России
Места

«Я не поэт, а фрезеровщик». Обвиняемый в разжигании ненависти к атеистам рассказал о любви к стихам и жалобе в ЕСПЧ 

— У тебя сейчас имеется возможность рассказывать о нюансах уголовного дела и предъявленном обвинении?
— Я дал подписку о неразглашении, поэтому комментировать ход моего дела не могу, к сожалению.
— Как ты относишься к предъявленному тебе обвинению?
Я состою в  и, в принципе, по своим убеждениям не могу разжигать ненависть к каким-либо социальным группам. Это не принято в партии и противоречит моим убеждениям. И по убеждениям я антифашист. Для меня любая рознь (неприемлема, — «ФедералПресс»). Я никогда не делил людей на «ватников» и «либерастов». Считаю, что с любым человеком нужно говорить, доносить свою позицию и переубеждать. Обвинение против себя считаю не справедливым.
— Как ты отреагировал, когда узнал о начале расследования?
— У меня был шок. Шок не столько от самого звонка, сколько от того, что я не знаю, что делать, куда идти. Я обратился к своим однопартийцам, но в итоге они предложили решать проблему самостоятельно. Я начал писать знакомым, товарищам и т.д. Я работаю фрезеровщиком — со своей зарплатой адвоката нанять трудно. Потом я написал товарищам из Эковахты, с которыми в свое время познакомился в «Яблоке». И они меня свели с , который меня защищает. Это человек, который борется за справедливость.
— Ты смотрел на реакцию интернет-публики после начала уголовного дела?
— Да. Просмотрел новость о возбуждении уголовного дела во вконтактовском паблике «Новой Газеты». Там в комментариях люди радуются моей посадке. Говорят, что сажали оскорбляющих верующих, пусть теперь посадят оскорбляющих атеистов. При этом люди не читали мой стих и не понимают о чем он. На мой взгляд, принцип «не читал, но осуждаю» звучит как-то глупо.
— Какую роль стихи играют в твоей жизни?
— Стихи — это отдушина. Приходит какое-то потрясение: положительное, отрицательное — не важно. И появляется отдушина что-то написать. Бывает неудачно, бывает хорошо или плохо. Поэтому, когда читаю, что я поэт — я удивляюсь. Господи, ну ребята… Я не поэт, я фрезеровщик. Пишу стихи для себя.
— А каких поэтов любишь сам?
— Конечно, это Есенин. Кроме того — Филатов. Считаю его одним из самых наших гениальных из современных поэтов. Ну, еще некоторые вещи из Евтушенко. Нравится рок-поэзия, нравится Шевчук. Из прозы люблю творчество Сорокина. Мне кажется, что сегодня оно актуально.
— Как отнеслись на твоей работе к уголовному делу?
— Они не в курсе. У меня коллектив довольно аполитичный.
— А семья?
— Отрицательно. Семья меня не поддерживает, говорит, что нужно молчать. Ведь время сейчас такое.
— Следишь за судьбой блогера Соколовского?
— Знаете, я честно не одобрял все его «прыгания» в церкви. Как и не одобрял Pussy Riot. Но несмотря на то, что я человек верующий, меня ни Соколовский, ни Pussy Riot лично не оскорбили ни чем. И Бога они, на мой взгляд, не оскорбили, поскольку Бог не может оскорбиться. Кого-то они оскорбили, но оскорбиться люди могут на все, что угодно. Веган может оскорбиться на мясоеда, а мясоед — на вегана. Естественно, после этого уголовного наказания не должно быть в принципе. Да, и те, и другие поступили нехорошо. Ну что ж бывает. У Pussy Riot поступок тянет на мелкое хулиганисто, у Соколовского — даже на это не дотягивает. Но это не повод для уголовного преследования.
— Готовишься ли ты к негативным последствиям своего дела?
— Я не готовлюсь. Я точно знаю, что будет обвинительное заключение — это сто процентов. Если дело в России возбуждено, то прекращать его не будут. Зачем? Оно все равно дойдет до суда. При этом, по статистике у нас около 2–3% оправдательных приговоров. Я знаю, что обвинение будет. Я к этому готов. Надеюсь, что ума хватит меня не закрывать.
Потом, естественно, обращусь в  и будет у меня вторая жалоба коммуницирована. Одна уже есть. Она была подана в 2013-м. Но суд неповоротливый настолько, что ее до сих пор не рассмотрели.
— Чему была посвящена первая жалоба?
— Я в 2011-м был наблюдателем на выборах. Могу гордиться, что я один из немногих наблюдателей, который дошел до ЕСПЧ, пытаясь опротестовать происходящее на моем участке. Естественно, дошел не сам по себе. Спасибо людям добрым.
— Какие перемены у тебя произойдут сейчас?
— Рассчитываю, что пока никаких. Надеюсь, что буду жить так, как жил. Вообще рассчитываю жить также, как и до этого, даже если получу условный срок. Там проблема основная попадания в список экстремистов и блокировка всех банковских счетов. Вот это проблема.
Видео дня. Что будет, если пробурить Землю насквозь и прыгнуть туда