Ещё

Слово о Ксении Собчак 

Фото: Eva.ru
«Да куда она прет?!» «Ксюша в президенты? Вот умора!» «За Собчак, что ли, голосовать?» Это были некоторые мнения избирателей о кандидате в президенты России Ксении Анатольевне Собчак, которая, по данным на это время, набрала 1,76% голосов. Скажу и я свои пару слов. Послевыборных.
Кто такая Ксения Анатольевна? Всем хорошо известно. А вот зачем она пошла на выборы, многим непонятно. И мне тоже. Но чтобы понять, что именно движет человеком, необходимо его выслушать. Послушаем же, что говорит Ксения. Ксения — искренне любящая дочь: «Растерянный и бледный отец, с которым властным тоном разговаривает представитель прокуратуры, мать, как раненая тигрица, мечущаяся по кабинету в ожидании кареты скорой помощи. Следователь, который, насмехаясь, не верит ни в какой сердечный приступ. Врач. Носилки. Отец, который не хочет, чтобы его видели таким, отец, который мог интеллектуально побить любого, сильный, большой, сейчас лежал под насмешливыми взорами людей в форме и вынужден был испытать и это унижение…» «Решение уезжать из страны было уже принято. Оставалось только его реализовать. Было понятно, что здесь жить не дадут» «Владимир Путин помог организовать частный самолет с медицинским оборудованием, и отъезд произошел быстро, без свидетелей и неожиданно для врагов отца» Ксения Собчак: Папа, я тебя люблю»
Ксения любит женщин и защищает их от нападок: «А самое скучное и знакомое в этом эссе — замшелый и дремучий сексизм, маскирующийся галантными гендерными прибаутками в духе советского Восьмого марта» «Из всего вашего опуса мне понравилось только предложение любить друг друга. Да, плоды любви в этот мир все равно приносим мы, женщины. Собственно, поэтому у мира есть шанс» Ответ Владиславу Суркову на его колонку в «Русском пионере»
Ксении не нравится, когда детей эксплуатируют, причем лицемерно: «Мне ужасно не нравится, когда взрослые начинают прикрываться детьми. Прикрываться исключительно в своих интересах и ради своего комфорта. Иногда это доходит до таких степеней, что создается ощущение, что новоявленные родители как будто получают какой-то иной, привилегированный статус. И ты уже должен терпеть открытую дверь сауны в спортклубе, потому что двухлетнему мальчику вроде надо и в сауне посидеть, но и жарко ему одновременно, и дикий крик на весь самолет ты тоже должен сносить с милой улыбкой, хотя, по всем соцопросам, более 80 процентов пассажиров авиакомпаний не хотят оказаться рядом с маленькими детьми» «Любой культ, и культ семьи в том числе, обычно заканчивается каким-нибудь ужасным факапом, сопровождающимся тоннами лицемерия» «Так, может, нам просто спокойнее быть? И в любви к детям тоже? Я, например, всегда в своем детстве ненавидела сюсюкающих взрослых» Ребенок — не персональная мигалка»
Ксения за справедливость и хочет работать: «— Владимир Владимирович, я хотела вам сказать… — Да не надо уж ничего говорить, все ты уже сказала, наслушался. Давай лучше я тебе скажу. Вот ты думаешь, я такой диктатор, да? ОМОН, разгоны, бандерлоги. Деньги у тебя отнял. А ты вообще понимаешь, в какой стране мы живем? Понимаешь ли ты и отдаешь ли себе отчет в том, что будет, если в условиях той ситуации на Кавказе, которую мы имеем, в условиях уездных царьков в регионах власть отдать? Ты думаешь, выборы будут? Свобода-равенство? Хаос будет и кровь» «Да я страну по частям эту собирал, жил в кабинетах и поездках. Ты думаешь, я за кресло держусь? Да я б давно уже ушел на покой, только покоя не будет никакого — будет война, будет смута. Ты думаешь, я себя намеренно жуликами окружил? Да они все вокруг жулики — у них на генном уровне вшито воровать. Кто-то, думаешь, кроме меня о стране думает?» «— Я за справедливость, я работать хочу, политикой заниматься, для людей созидать, а не Билана объявлять, я столько лет свои проекты носила, показывала — и на ТВ, и Суркову — и что? Кому это все нужно? — неожиданно для себя самой выпалила я.» «Почему-то я молчала. А ведь мне было что сказать. Но так искренне он говорил эти слова, и во всей этой геополитике как будто не было места хипстерам, Интернету и всему прочему. Я предательски молчала.» «В историю мой собеседник уже точно войдет как авторитарный монарх, душитель свобод. Вдруг он готов тащить на себе этот жуткий исторический крест не ради бабла и замков, а ради сохранения умирающей империи Россия? Когда-то великой страны, которая теперь хочет просто спокойно состариться и не умереть, расколовшись, как царский фарфор, на десятки маленьких кусочков… Просто давайте представим на секунду, что это так» Гордость и предупреждение
Ксения дорожит своей семьей: «Очень неожиданно Собчак ответила на вопрос о том, при каких обстоятельствах она могла бы соврать. „Во-первых, никогда нельзя признаваться в изменах мужу. И наоборот, он тоже меня этому учил. Говорит: „Если когда-нибудь что-нибудь, ты мне, пожалуйста, никогда не говори“. Я говорю: „Что, прямо так?“ Он мне: „Да, прямо не рассказывай, ври до последнего“. Вот тут у меня даже индульгенция“, — цитирует Собчак» «Зашла речь и о сыне Ксении и Максима Платоне. „Я читала много литературы, связанной с детьми и воспитанием, и, в общем-то, все это так интересно. А потом прочитала замечательную фразу, которая мне очень понравилась и которая гораздо сложнее в исполнении, чем все остальные тома психологической литературы. Звучит она так: „Не надо воспитывать детей, это все равно бесполезно. Дети будут похожи на вас. Воспитывайте себя“. И это, конечно, для меня сейчас очень актуально“, — призналась ведущая». Ксения Собчак об измене мужу
Понятно теперь, почему Ксения выдвинулась в кандидаты? Мне очевидно. Она любит и продолжает любить. Всем сердцем. Любит мужа и своего ребенка. Любит маму и папу. И все еще любит Владимира Владимировича Путина. Бог есть любовь.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео