dom.lenta.ru 25 июня 2018

«Родители меня просто с землей сровняют»

Фото: dom.lenta.ru
Москвичка уехала в Петербург и живет с гей-парой. Это стоило ей квартиры и семьи.
Должны ли родители обеспечивать своих детей жильем? Или это задача для самих подросших чад? А может, пусть живут в одном доме несколько поколений? В каждой стране на этот вопрос отвечают по-разному. Москвичке Марине достались сразу и второй, и третий варианты. Родители девушки владеют несколькими объектами недвижимости, но ни один из них они не захотели отдать в пользование подросшей дочери. И даже завещание написали в пользу другого человека.
До 25 лет Марина жила с родителями — окончила институт и пошла работать в школу. На дворе было начало 2000-х годов, и учительской зарплаты не хватало на самостоятельную жизнь. Живя с родителями на их жилплощади, девушка, разумеется, зависела от них.
«У меня было ощущение, что я не взрослая женщина, а ребенок-переросток. Постоянно были какие-то упреки — и в быту, и из-за того, что живу с ними. Отец то и дело называл иждивенкой, хотя свою часть зарплаты я в общее хозяйство вносила. А когда у меня в 24 года появился первый постоянный парень, отец вообще как взбесился — называл ****** (девушкой с пониженной социальной ответственностью) и говорил, что мне место не в его доме, а на панели».
Марина встречалась с молодым человеком у него дома, либо они гуляли по городу, либо шли в гости к кому-то из его друзей.
Отношения были близкие, но о совместной жизни речи не заходило, хотя у парня была съемная квартира. «О том, чтобы остаться на ночь, я и подумать не могла, хотя он предлагал, конечно. Мне казалось, родители меня просто с землей сровняют, если я приду после такой ночи».
Когда Марине исполнилось 25, умер ее дед по отцовской линии — квартира по наследству досталась родителям. Жилье оформил на себя отец, Марина с матерью остались зарегистрированными в трехкомнатной хрущевке в районе «Севастопольской», где и жила вся семья.
«Конечно, я не думала о том, что квартира может достаться мне, — говорит Марина. — Хотя сейчас, когда прошло уже почти 15 лет, я думаю, что они вполне могли бы пустить меня пожить в ту квартиру — временно. Но об этом никто не заикнулся, и квартиру стали сдавать. Примерно в то же время я один раз случайно подслушала родительский разговор на кухне: они говорили о сестре отца, которая жила в общежитии, — я поняла, что ее комната тоже принадлежит отцу. Получается, у нас в семье было две квартиры и комната, а я все равно жила с родителями и каждый день слушала оскорбления и попреки».
У Марины в то время практически не было друзей — университетская подружка, с которой сложились доверительные отношения, после диплома уехала за границу, а в школе склочный коллектив не располагал к задушевности. С молодым человеком они расстались.
«Думаю, тут я больше виновата — все свои стрессы и неврозы, которые были из-за родителей, так или иначе доставались Олегу. К тому же я не могла с ним видеться достаточно часто, а через некоторое поняла, что у него есть кто-то еще».
Как это часто бывает, черная полоса не ограничилась только этим. Марина заподозрила, что беременна, пошла к врачу, и после обследований выяснилось, что она вообще не может иметь детей. Вся эта череда событий привела девушку к настоящей депрессии, которая усугублялась тем, что ей некому было рассказать о том, что с ней происходит.
И именно в этот момент ей написала Оксана — университетская подруга, которая несколько лет назад вышла замуж и уехала жить в Финляндию. Подруга делилась своими неурядицами — развелась, работы нет, вернулась в Россию и живет под Питером, в Сестрорецке. К счастью, бывший муж дает деньги на ребенка, а знакомые подкинули подработку, связанную с переводами, — хватает, чтобы снимать жилье. Оксана звала Марину в гости, посмотреть, как она обустроилась, и познакомить с новой подругой Натальей, с которой познакомилась уже в Петербурге.
«Наверное, тогда я и совершила первый взрослый поступок в своей жизни, — говорит Марина. — У меня было ощущение полного краха в жизни: ни денег, ни квартиры, ни друзей, ни парня, а еще я узнала, что и детей не будет. При этом ежедневные упреки родителей и унылая безрадостная работа в школе».
Просить денег у родных Марина, конечно, не могла, поэтому ей пришлось откладывать с зарплаты и искать подработку. С этим ей тоже помогла Оксана: Марина хорошо знала английский и испанский, поэтому смогла устроиться в ту же фирму и подрабатывать переводами.
Через пару месяцев девушка накопила на билет в одну сторону и собрала небольшую сумму денег на первое время. Родителям она сообщила, что уезжает, накануне отъезда.
«Как ни странно, никакого скандала не было. Они сказали что-то из серии «Этим и должно было кончиться». Мне показалось, что вздохнули с облегчением», — говорит Марина.
Это была первая самостоятельная поездка Марины и первый визит в Петербург. На вокзале девушку встретили Оксана и ее подруга Наталья, обе красивые, веселые, загорелые. «В машине зашел разговор о том, надолго ли я приехала. Я призналась, что обратного билета нет, — рассказывает Марина. — Девчонки рассмеялись и сказали, что я могу оставаться хоть насовсем». Сначала девушка не приняла эти слова всерьез, но, пожив немного в съемном доме, задумалась.
В итоге Марина живет в Ленинградской области уже 13 лет. Постепенно к переводам добавились небольшие доходы от сдачи части дома туристам, девушки стали подрабатывать гидами-экскурсоводами.
«Когда ты гуманитарий и живешь в Петербурге — рано или поздно этим кончится», — смеется Марина.
Они неплохо зарабатывают в туристический сезон, но так и живут в одном съемном доме вчетвером, вместе с сыном-подростком Оксаны — на свою недвижимость не накопили. Кстати, через несколько месяцев после переезда Марина поняла, что Оксана и Наталья не просто подруги, а семейная пара.
Родителям Марина регулярно звонит и отправляет небольшие суммы денег.
«Разговариваю только с матерью — отец меня слышать не хочет, да и я его, честно говоря, тоже. Недавно мама мне сказала, что они с отцом решили написать завещание, — им уже сильно за 60. Я зачем-то спросила: «Кому оставите квартиру?» — и обомлела от ответа. Мама мне совершенно спокойно говорит: у тебя же нет детей. Оставим папиной племяннице, у нее трое детей, муж ушел, живет в Твери, работы нет — ей нужнее. Я просто не нашлась, что сказать, и повесила трубку».
В результате родители Марины действительно завещали обе квартиры племяннице отца, а комнату в общежитии — его сестре.
«Я понимаю, что на родителей не надо рассчитывать, тем более что у нас отношения так тяжело складывались. Но все-таки — я ведь до сих пор зарегистрирована в родительской квартире, — говорит девушка. — Дай бог им здоровья, конечно, но я даже не знаю, что теперь делать. Сначала всякие черные мысли полезли в голову — оспорю завещание, все отсужу. Посоветовалась с девчонками — они говорят: забудь, не делай ничего, как-нибудь проживем».
Сейчас Марина продолжает время от времени переводить родителям деньги, но перестала звонить.
«Не могу себя заставить. Разве я виновата, что у меня не может быть детей? Из-за этого лишить меня наследства — это, по-моему, слишком».
Комментарии
29
Читайте также
Девушка создает костюмы из мусора
Весь цвет царской России: русские красавицы
Подросток одновременно собрал три кубика Рубика
Что Анна Иоанновна сделала для женщин на Руси