Кем был знаменитый налетчик Ленька Пантелеев

В петербургском городском фольклоре Ленька Пантелеев был да в какой-то степени и остается персонажем привлекательным - вроде Мишки Япончика в Одессе (только не воспетого своим Бабелем). Впрочем, и в литературе налетчик с невских берегов свой след оставил, став героем поэмы и "подарив" свое имя в качестве псевдонима известному писателю.

Кем был знаменитый налетчик Ленька Пантелеев
© Российская Газета

Рабочая косточка

Леонид Иванович Пантелкин появился на свет в уездном городе Тихвине. В Петрограде окончил профессиональные курсы, получив престижную профессию печатника-наборщика. Работал в типографии газеты "Копейка". В 1919 году, откликнувшись на призыв Ленина, добровольцем пошел в Красную армию. В семнадцать мальчишеских лет...

Вероятно, именно тогда свою немного легкомысленную фамилию сменил на более респектабельную - Пантелеев.

Воевать парнишке довелось в родной Петроградской губернии, на Нарвском и Псковском участках, где красные противостояли белоэстонцам и армии . Дослужился до командира пулеметного взвода. Во время продразверстки скорее всего участвовал в карательных акциях - без особых заслуг вряд ли получил бы должность следователя военно-контрольной части дорожно-транспортной ЧК Северо-Западных железных дорог. Молодой чекист был человеком весьма грамотным (гранки для печати наборщики набирали в зеркальном отражении), впереди вырисовывалась перспективная карьера сотрудника советских спецслужб. Но чекистом Ленька пробыл всего полгода - до января 1922-го.

Что именно произошло - толком не ясно...

Перспективный чекист

Среди тех, кто впоследствии гонялся за Ленькой, был , прошедший путь от рядового оперативника до заместителя министра внутренних дел Карелии. Именно он и стал прототипом - главного героя популярного фильма "Рожденная революцией". Одну из серий авторы посвятили ликвидации Пантелеева: Кондратьев убивает знаменитого преступника во время перестрелки в ресторане "Донон"...

Киносериал сильно исказил имидж Пантелеева. Авторы изобразили его пижонистым и хладнокровным убийцей с манерами бывшего белогвардейца. И основательно переиначили многие факты, связанные с Ленькой. Утверждая, в частности, что с ноября 1917 года Пантелеев совершил 82 убийства, 170 разбоев и 192 ограбления.

Получается, Ленька вышел на большую дорогу в 15-летнем возрасте...

На самом же деле причины перерождения красного командира в бандита были, скорее всего, тривиальные. После завершения Гражданской войны началось сокращение численности силовых структур. Еще недавно всесильная ВЧК в феврале 1922 года влилась в структуру Наркомата внутренних дел как Главное политическое управление (ГПУ). Борьба с политическими врагами отошла на второй план. И это на фоне НЭПа с его пресловутым "угаром".

У многих из тех, кто проливал кровь за советскую власть, а теперь оказался на обочине жизни, возникало желание задохнуться в сладком угаре.

Главарь Фартовый

Костяк банды Пантелеева, начавшей орудовать в Петрограде с весны 1922 года, состоял всего из пяти человек - самого Леонида, бывшего сотрудника псковской ЧК Варшулевича, члена РКП(б) и двух профессиональных уголовников Александра Рейнтопа (кличка Сашка-пан) и Михаила Лисенкова (кличка Мишка Корявый). Показательный момент: последние безоговорочно признали Ленькино лидерство и кличку он получил весьма лестную - Фартовый. Военное и чекистское прошлое главаря обязывало: когда речь шла о деле, в банде царила железная дисциплина. Грабежи готовили тщательно, выбирая квартиры побогаче, с прислугой.

Первый налет был совершен 4 марта 1922 года на квартиру меховщика Богачева (Казанская, 39). Дома была только заболевшая дочка хозяина и горничная, открывшая дверь, когда визитер представился Ваней (знакомым хозяйки). Через пять дней ограбили квартиру доктора Грихлеса, сообщив, что якобы принесли ему записку с работы. И пошло-поехало...

Фирменной фразой главаря было: "Граждане! Спокойно, это налет. Я Ленька Пантелеев, прошу сдать деньги и ценности. В случае сопротивления стреляю без предупреждения!"

Но стрелять до поры до времени не приходилось. Более того, Ленька удивлял жертв почти изысканной вежливостью. Это породило пафосные слухи: якобы награбленные деньги Пантелеев переводил в институты "особо нуждающимся студентам".

А поскольку пролетарское население Петрограда численно преобладало над нэпманами, вскоре о Леньке пошла восхищенная молва как о современном Робин Гуде.

Хладнокровный убийца

Первую кровь Пантелеев пролил летом 1922 года. В трамвае N 9 на Загородном проспекте его опознал сотрудник ГПУ Васильев, попытался задержать. Ленька соскочил с трамвая на ходу, и, отстреливаясь, побежал к набережной Фонтанки. Наперерез бросился начальник караула отделения охраны Госбанка Чмутов - и встретил смертельную пулю "Робин Гуда".

Второе случайное опознание Леньки закончилось арестом.

4 сентября 1922 года Пантелеев с Гавриковым, решив купить (!) себе сапоги, зашли в магазин на углу проспекта 25-го Октября и улицы Желябова (Невского проспекта и Большой Конюшенной). За благодушным процессом примерки их и застал квартальный (участковый) 3-го отделения милиции Барзай. Завязалась перестрелка, в которой Барзай погиб.

Но преступников задержали.

Ленька получил удар по голове, поэтому в газетах, оповестивших питерцев об эпохальном аресте, голова налетчика обвязана бинтами.

Преступников доставили в "Шпалерку" (специальную следственную тюрьму на улице Шпалерной, 25, - ныне Захарьевская, 4), а затем в знаменитые "Кресты".

На состоявшемся 10 ноября суде компанию Пантелееву и Гаврикову составили задержанные во время облав Мишка Корявый и Сашка-пан. Ленька выступал на процессе как борец за "чистоту идей революции". А выслушав приговор (смертная казнь), пообещал, что убежит обязательно.

И убежал той же ночью, сразу после суда, вместе со всеми подельниками.

Дерзкий беглец

Четверо осужденных содержались в выделенной для особо опасных преступников четвертой галерее тюрьмы. Причем в соседних камерах: Пантелеев в 196-й, Лисенков - в 195-й, Рейнтоп - в 191-й, Гавриков - в 185-й. Помог беглецам надзиратель (да, тоже Кондратьев!), которому было обещано 20 миллиардов совзнаков (около 10 тысяч долларов по современному курсу).

В четыре часа утра купленный тюремщик выключил единственную на "Кресты" 500-свечовую лампу и открыл камеры. Постовой надзиратель, дежуривший у выхода из четвертой галереи, часом ранее отправился греться в дежурную комнату. Прочие тюремщики в это глухое время спали.

По винтовой лестнице беглецы спустились в комнату свиданий, где Пантелеев выломал окно, выходящее в кухню. Через кухню вышли во двор. У тюремной бани, рядом с внешней стеной, примыкающей к Симбирской улице (ныне улица Комсомола), лежал штабель дров, воспользовавшись которым беглецы преодолели ограду и выпрыгнули на заваленную высокими сугробами улицу. Пожав друг другу руки, они попарно разбежались в разные стороны.

Пантелеев с Гавриковым почти сутки в жуткую стужу просидели в развалинах старого дома, после чего направились на одну из конспиративных квартир, где хранилась часть краденого.

Продав бриллиант в два карата (по современным ценам такой камушек может стоить от 20 до 100 тысяч долларов), на толкучке купили четыре пистолета (Ленька взял себе два браунинга, а Гавриков - маузер и наган), сапоги, шинели, кожаные куртки и неизменный атрибут того времени - шапки-буденовки. Обзавелись и фальшивыми документами.

Свидание надзирателю для расчета Пантелеев назначил через три дня, под Американскими мостами на Обводном канале.

Однако продажного тюремщика к тому времени уже "раскололи" и отправили на встречу под контролем оперативников. Ленька неуклюжее наблюдение "срисовал" и на контакт не вышел.

Но развязка неуклонно приближалась.

И снова хладнокровный убийца

Председатель Петросовета устроил разнос и грозил революционным трибуналом руководителям питерского ГПУ и угрозыска. Петроградцы наперебой обсуждали первый в истории - да еще и групповой! - побег из "Крестов". Нэпманы, разумеется, нервничали, а те, кто домашнюю прислугу не держал - злорадствовали.

И Ленька ожидания публики не разочаровал, организовав всего за месяц 10 убийств, 20 уличных грабежей и 15 вооруженных налетов.

Понимая, что ничего, кроме "вышки", уже не светит, он перестал изображать благородного разбойника. Но судьба продолжала хранить Леньку даже во время ожесточенной предновогодней стрельбы в "Дононе" (Мойка, 24). В этом престижном ресторане подавали изысканные блюда, дореволюционное спиртное, кокаин, девочек - настоящий оазис морального разложения в пяти минутах ходьбы от .

В "Рожденной революцией" Ленька показан завсегдатаем "Донона", которого прикормленный швейцар предупреждает о скором прибытии милиции. В реальности завсегдатаем Ленька не был, а в "Донон" завалился вместе с Гавриковым и Варшулевичем с намерением покуролесить. Подвыпившее трио в буденовках и кожаных куртках с ходу нарвалось на скандал со швейцаром, тот вызвал милицию. Усмирение дебоширов резко перешло в перестрелку, по ходу которой Варшулевич получил смертельное ранение в спину. Раненый в руку Пантелеев сумел оторваться от преследователей, ретировавшись в сторону Марсова поля.

А так и не протрезвевшего Гаврикова скрутили и 31 декабря приговорили к расстрелу.

До последнего он ожидал помощи от своего друга. Чтобы отсрочить расстрел, подал прошение о помиловании, признавая, что за преступления, им совершенные, "не должно быть преград для наказания", но просил суд принять во внимание, "что он молод, мало жил и не богат жизненным опытом", и вообще был "полностью в руках Леньки Пантелеева". Не помогло...

Петроградские газеты, показывая, что власть не дремлет, опубликовали сообщения об осуждении сообщников Пантелеева из числа скупщиков краденого, наводчиков и наводчиц. Никто из них больше шести лет не получил, вероятно, в обмен на информацию о "лежбищах" главаря.

Дни Леньки Пантелеева были сочтены.

Безголовый

"Фарт" Пантелеева закончился 13 февраля 1923 года, когда на пару с Михаилом Лисенковым он решил наведаться к девочкам в притон на Можайской, 38.

Оперативники устроили здесь засаду и взять преступника живым не пытались. Ленька получил две пули, даже не успев вытащить пистолет, - руки у него были заняты гитарой и корзиной с закусками (считается, что его сразили пули оперативника Ивана Бусько, умершего в 1991 году).

Лисенкова скрутили, ранив в шею. В ту же ночь на квартире у "маклака" (посредника в перепродаже наворованного) задержали последнего остававшегося на свободе подельника Пантелеева - Александра Рейнтопа (Сашку-пана).

Гавриков и Лысенков сдали всех, кого знали, так что в общей сложности через суды прошли около полусотни человек. 17 получили высшую меру. Гражданскую жену Пантелеева Любовь Круглову отправили в Карелию на спецпоселение (расстреляли в 1937 году).

Голову знаменитого преступника отделили от тела и передали в Музей криминалистики. В 2000 году она была обнаружена на юридическом факультете Петербургского университета.

СЛЕД В ЛИТЕРАТУРЕ

Шкодливый Ленька из ШКИДы

В Школе-коммуне имени Достоевского (ШКИД) воспитаннику , известному хулиганским нравом, дали кличку по имени знаменитого бандита. Позже, став литератором, автор повести "Республика ШКИД" написал о своем детстве автобиографическую повесть, которую так и назвал "Ленька Пантелеев".

Другой литературный след менее известен.

Сразу после гибели налетчика поэтесса Елизавета Полонская (единственная женщина - член кружка "Серапионовы братья") написала поэму "В петле", посвятив бандиту проникновенные строки:

Ленька Пантелеев,

Сыщиков гроза.

На руке браслетка,

Синие глаза...

Кто еще так ловок -Посуди сама!

Сходят все девчонки

От него с ума.

Сегодня многие считают этот куплет народным творчеством.