Генеральский парад в Зимнем

«О, молодые генералы своих судеб…»

Генеральский парад в Зимнем
© ИА Regnum

Военная галерея Зимнего дворца, открытие которой состоялось 25 декабря 1826 года (6 января 1827 года по новому стилю), традиционно является «обязательной к просмотру» для всех посетителей . Причиной тому не только огромное значение Отечественной войны 1812 года для русской истории, но и тот уникальный формат увековечения памяти о ней, который был избран создателями галереи.

Он позволяет оценить героические события более чем 200-летней давности, глядя на тех, кто стал"лицом победы» (используя выражение уже XX века).Тех, кто достойно встретил наполеоновское нашествие на Россию, сумел сохранить русскую армию в долгом отступлении, потрепав врага в оборонительных боях, а затем нанести удар захватчикам в битве при Бородине. Тех, кто выгнал чужеземные войска за пределы Отечества, провел Заграничный поход и победоносно вошел в Париж. До изобретения фотографии создание столь масштабной портретной галереи позволило сохранить для потомков образы людей, олицетворявших Россию в период ее наивысшей славы.

Военная галерея, состоящая из 332 портретов генералов времен Отечественной войны и событий 1813 14 годов, командующих русской армией, императора Александра I и его союзников, является весьма необычным памятником, сочетающим в себе величие художественного замысла с торжественностью мемориала. Посетители зала при входе в него переходят на шепот или вовсе затихают, как часто бывает в присутствии настоящих воинов, и вглядываются в исполненные достоинства и мужской красоты лица известных по школьным урокам, роману и историческим фильмам военачальников — Кутузова, Ермолова, Раевского, Багратиона, Давыдова, Кутайсова, Платова и многих-многих других…

«Лица, полные воинственной отваги…»

Военная галерея была создана в парадной части Зимнего дворца по проекту зодчего Карла Росси, на месте нескольких маленьких комнат, двумя тронными залами. Парными колоннами и арками она разделена на три связанные части, представляющиевоплощение единого архитектурного замысла.

Поясные портреты генералов размещены на стенах галереи в пять рядов. Наиболее известные военачальники, внесшие основной вклад в победу над наполеоновской Францией, удостоены нижних рядов, которые хорошо видны гостям галереи. Здесь же — генеральские особы, приближенные ко двору, обласканные милостью императора. Портреты же в верхних рядах рассмотреть без бинокля практически невозможно — имена многих изображенных там генералов знакомы лишь историкам.

Главные действующие лица русской армии в Отечественной войне — фельдмаршалы и Михаил Барклай де Толли — удостоились больших парадных портретов. Как и великий князь Константин Павлович и триумфатор Ватерлоо, английский герцог Артур Веллингтон, получивший русский фельдмаршальский чин. В торце галереи помещены конные портреты I и его союзников — короля Пруссии Фридриха Вильгельма III и императора Австрии Франца I.

«Он пишет головы в совершенстве»

Автором большинства портретов Военной галереи стал английский художник Джордж Доу, приглашенный в Россию специально под этот «проект» и пользовавшийся большим доверием и Александра I, и Николая I, а с ними всего двора и высшего общества. Помощниками и, как считают специалисты, авторами многих портретов — особенно тех, что писались не с натуры, а с более ранних картин — стали крепостной художник Александр Поляков и его вольный коллега Василий (Вильгельм) Голике.

Здесь необходимо отметить, что к 1819 году — времени начала работы над генеральскими портретами — многие их герои уже ушли из жизни: кто-то погиб в сражениях, другие умерли еще молодыми из-за полученных ран и контузий, третьи — от болезней. Для создания их образов в семьях покойных военачальников запрашивались существующие изображения, на основе которых писались выдержанные в едином стиле портреты для будущей галереи. Именно этой рутинной работой, как полагают исследователи, откровенно пренебрегал британский живописец, не забывая получать баснословный по тем временам гонорар за каждую сданную заказчику картину — тысячу рублей ассигнациями (около 250 рублей серебром).

«По нашему мнению, сам Доу написал всего лишь около 150 портретов. Посмертные изображения лиц высшего генералитета, которые должны были разместиться в нижнем ряду, например портреты Платова, Дохтурова, Багратиона и других, он наверняка исполнил сам или, по крайней мере, в значительной степени «прошел» своей кистью. Подпись Доу имеют только семьдесят четыре портрета», — пишет известный историк Эрмитажа в своей книге «Пушкин и военная галерея Зимнего Дворца».

Авторами дополнивших галерею парадных портретов Александра I и Фридриха Вильгема III стал немецкий художник Франц Крюгер, а портрета Франца I — австрийский художник Петер Крафт. Впрочем, эти произведения появились в галерее только в 1830 годах.

«Государь не соизволил на помещение в галерею»

Портреты генералов создавались с 1819 по 1828 годы. При этом значительная их часть все-таки писалась с натуры, для чего уже постаревших участников войны с Наполеоном, остававшихся на службе, уведомляли о необходимости позировать, вызывали в Петербург из ближних и дальних армейских округов, а вышедших в отставку — разыскивали с помощью военных и гражданских властей по дворянским имениям. Специальное объявление к отставным военачальникам и родственникам умерших разместила популярная газета «Русский инвалид».

Некоторые из живших, ко времени создания галереи, генералов 1812 года не смогли приехать в столицу для позирования — из-за болезней, нехватки средств или слишком тяжелого для них пути в Петербург с дальних окраин империи. И прислали художнику копии своих старых портретов. Впрочем, визиты в мастерскую Джорджа Доу не были для добравшихся до Петербурга «моделей» слишком долгими и утомительными — англичанину требовалось всего два-три сеанса для того, чтобы «схватить» на полотне портретное сходство, а доводить материал до ума могли уже его «художественные рабы» Поляков и Голике.

Однако, чтобы быть вызванным в столицу для написания портрета, сначала нужно было попасть в списки, которые утверждал лично император-Александр I, а затем Николай I. И здесь некоторые исторические персонажи, бесстрашно ходившие под вражескими пулями и ядрами, получили от ворот поворот; зато другие были увековечены в галерее, хотя и не приближались к театру военных действий.

Официально, право на портрет в Военной галерее могли получить только те, кто участвовал в боевых действиях против наполеоновских войск в 1812—1814 годах уже в генеральском чине или получил этот чин вскоре после окончания войны, отличившись в боях с французами и их союзниками. Однако в ходе работы над списками, продолжавшейся целых шесть лет, Инспекторский департамент Главного штаба не включил в них многих персон, умерших до начала составления списков, угодивших в опалу, дискредитировавших себя в глазах императора или неблаговидными поступками в послевоенные годы. Некоторые не попали в галерею только из-за бюрократических причин — не вовремя или не полностью собранных на них документов на включение в списки.

«Далеко не все, внесенные Инспекторским департаментом в списки, утверждались Александром I, почти из каждого списка кто-то исключался по воле царя, — пишет Владислав Глинка. — Иногда «отклонение» сопровождалось мотивировкой Чаще же встречается пометка: «Государь не соизволил на помещение в галерею» В середине XIX века военный историк генерал А. В. Висковатов составил список из 79 лиц, чьи портреты имели бы неоспоримое право быть помещенными в галерею, но в нее не попали по непонятным причинам».

Особняком в этом перечне стоят те, кто прямо или косвенно был вовлечен в деятельность тайных обществ и события на Сенатской площади в декабре 1825 года. Три боевых генерала — , Петр Ивашев и Николай Сутгоф — лишились права на портрет в галерее из-за своих детей-декабристов. А генерал-лейтенанту Александру Сибирскому император Николай Павлович не простил положительной характеристики, которую тот дал уже арестованному полковнику Павлу Пестелю и двум другим декабристам.

При этом непосредственному участнику декабристского заговора, князю, генерал-майору Сергею Волконскому, по иронии судьбы, все же «удалось» занять законное место в Военной галерее. Включенный императором Александром I в списки на портрет, Волконский успел посетить мастерскую Доу еще в 1823 году. После подавления восстания, осужденный на «отсечение головы», замененное 20-летннй каторгой, лишенный чинов и дворянства государственный преступник уже не мог рассчитывать на признание былых заслуг. Однако его портрет не был уничтожен и хранился в кладовых Зимнего дворца, а в 1903 годувсе-таки был помещен в Военную галерею. Сам Волконский, пережив каторгу и дождавшись помилования, умер в 1865 году.

Зато без всяких проволочек в список на портрет в Военной галерее попал любимец императора Александра, граф Алексей Аракчеев, который не участвовал ни в одном сражении с французами. При этом именно Аракчеев, будучи главой Военного департамента Государственного совета, представлял списки на увековечивание Александру I.

«И, мнится, слышу их воинственные клики…»

Всего было дозволено поместить в Военную галерею портреты 345 генералов. Разница в 13 единиц с реальным числом портретов объясняется тем, что так и не удалось найти для копирования изображения нескольких умерших героев Отечественной войны и Заграничного похода. На момент открытия галереи не хватало более ста портретов. Пустующие места заполнялись вплоть до конца 1820-х годов. Рамы для так и не написанных картин навсегда остались затянуты зелёным шелком.

Судьба Военной галереи могла оказаться трагической из-за пожара, который начался в Зимнем дворце 17 декабря 1837 года и продолжался трое суток. Убранство галереи в ее первоначальном виде было уничтожено. «Однако ни один портрет не пострадал — они были вынесены гвардейскими солдатами, самоотверженно спасавшими их от огня. В 1838—1839 годах галерея была заново отделана по чертежам архитектора . В этом виде она сохранилась доныне», — отмечает историк Владислав Глинка.

Василий Стасов, восстанавливая помещение, увеличил длину галереи почти на 6 метров, а также устроил по верху, над карнизом, так называемые хоры, что напоминает традиционное устройство храма. Именно таким храмом русской воинской славы Военная галерея Зимнего дворца остается и по сей день.