Старость крупным планом 

Старость крупным планом
Фото: Коммерсант
«Леха…» на новой сцене МХТ имени Чехова
Премьера театр
На новой сцене МХТ имени Чехова вышел камерный спектакль «Леха…» по пьесе в постановке молодого режиссера Данила Чащина. Рассказывает .
Текст Юлии Поспеловой — монолог внучки о последних годах жизни деда. Собственно, это мог бы быть и монолог внука — определение пола в тексте происходит, кажется, всего один раз, в конце, когда лицо от автора рассказывает уже непосредственно о смерти деда. Но в спектакле Данила Чащина важно, что говорит именно молодая женщина, потому что на сцене она оказывается между двух мужчин. Один из них — тот самый дед, вроде бы ничем не примечательный пенсионер, вдовец, окруженный убогим, нищим бытом своей квартирки. Второй — пышущий здоровьем спортсмен, неутомимо совершенствующий свое молодое, мускулистое тело.
Слева — вытянутая не вдоль, а вглубь небольшой сцены квартира с множеством пожитков старика: от антикварного телевизора до клеенки на кухонном столе. Справа — словно часть тренажерного зала с беговой дорожкой и воображаемыми спортивными снарядами. Посредине — рассказчица (роль играют в очередь и ), современная молодая женщина, которая пытается сдержать эмоции и быть бесстрастной. Жизнь деда — ничего особенного: женился, потому что все женятся, жену не любил, но уважал, родили детей — потому что так положено, и дочь учили музыке, потому что так принято. Честно трудился, но ни в чем выдающемся не воплотился. Теперь старик остался один, но вот влюбился в соседку по дому — женщину крутого нрава, ради которой каждый год по весне моет старую «копейку», выкатывает ее из гаража и мчит любимую по загородному шоссе…
Грустный, но живой текст наполнен бесцветной, прозрачной поэзией. Он словно то и дело тушуется перед так и не высказанным признанием в любви к деду, жизнь которого столь же бессмысленна и бесценна, как любая человеческая экзистенция. Можно было, конечно, окунуть монопьесу Поспеловой в такой сентиментальный сироп, что пришлось бы его долго запивать — но молодой режиссер счастливо избежал этой опасности. Забавная анимация, пляшущая по экрану с названиями отдельных главок, придает происходящему легкий иронический оттенок. А придуманный безмолвный спортсмен вообще переводит бытовой рассказ в несколько иное измерение — будто молодой человек воплощает внутреннее состояние старика, который все еще хочет любить и жить полной жизнью. Этот наглядный визуальный конфликт двух тел — одного дряхлеющего и увядающего, а второго наливающегося жизненной силой — делает драматическое ощущение еще более беспощадным.
Наконец, самое, может быть, важное. Старика в спектакле Данила Чащина играет . Имя этого артиста не пишут на рекламных плакатах, по кассовой субординации он из разряда «и др.». Хорошо помню его еще по спектаклям , где он был незаменимым исполнителем маленьких ролей, часто остававшихся безымянными, где-то в конце списка действующих лиц, будь то классическая или новая пьеса, — повар, милиционер, бедняк, работник, гардеробщик… Были и роли побольше, но, кажется, никогда не было главных: без таких вот безотказных, добросовестных тружеников большие театральные механизмы не могут обойтись. Собственно, и здесь Виктор Кулюхин играет безымянного, обычного, «маленького человека». Просто наконец-то нашлось пространство для крупного плана.
У героя в спектакле не так много текста. Старик вообще предпочитает молчать — и, когда звонит сыну незадолго до смерти, произносит только его имя: «Леха, эх, Леха…» Конечно, опыт бесчисленных эпизодов пригодился актеру — и от этого долгожданный крупный план Кулюхина стал необычайно выразительным, точным в деталях — в скупой мимике и в отрывочных репликах, непритворным, а где нужно — и чуть отстраненным, в общем — незабываемым. Ведь театральное мастерство, настоянное на маленьких ролях, ничуть не менее ценно, чем опыт знаменитых протагонистов. А то, что в русском репертуарном театре надо жить долго, и так давным-давно известно.
Видео дня. Невероятные случаи выживания в джунглях
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео