Ещё
Беккет наше все
Фото: ИД "Собеседник"
В театре имени Вахтангова на Симоновской сцене состоялась премьера по знаменитой пьесе , которую поставил ученик . «В ожидании Годо» принято считать абсурдистской пьесой, но сам Беккет был не согласен с этим и определил свою пьесу как трагикомедию. При этом смешных (в обычном понимании) моментов здесь мало, и в целом пьеса рассказывает о том, что мир пуст, человек одинок, а его существование, по большому счету, — это страх и ожидание.
Двое бродяг каждый день в одном и том же месте — на пустой сцене только два серых валуна и засохшее дерево — ждут какого-то Годо («Мы не святые, но у нас назначена встреча»). Кто и откуда эти бродяги — неизвестно. Мы знаем только их имена — Владимир и Эстрагон. Сами они друг друга называют Диди и Гого — видно, давние знакомцы, и почти все время занимают себя разговорами. О том, что Эстрагона кто-то побил, что у него опухла нога и ботинок поэтому страшно жмет. О том, придет ли Годо сегодня и где он живет, о том, что надо его ждать, а может, все-таки уйти. То ли это место, что было вчера, что это за дерево, а нет ли у Диди в карманах морковки, а там одни репки и черненькая редиска, а Гого любит розовую-ю-ю!.. Не то чтобы они очень заинтересованы беседой, — скорее, разговоры им нужны для того, чтобы отвлекаться от чего-то главного, потому что стоит повиснуть тишине, как Диди и Гого застывают и в тоске смотрят куда-то, то ли в даль, то ли вглубь себя. Кто такой этот Годо — который, впрочем, в этот раз так и не придет, о чем бродягам сообщит его слуга, — никто не знает. Может, Бог, может, смерть, судьба, смысл или случай. Это в общем-то не важно. Наши герои его просто ждут, но зачем и как встреча с Годо может изменить их жизнь — это, впрочем, тоже неизвестно.
"В ожидании Годо" в Театре им. Вахтангова // фото: Евгений Люлюкин
При том, что спектакль длинный, при том, что вы читали пьесу и знаете, что будет, точнее, чего не будет, за три с половиной часа в нем нет ни одной скучной минуты.
В какой-то момент на сцене появляется еще одна пара героев — самовлюбленный Поццо (), господин, ведет на веревке своего слугу Счастливчика (), который раньше был учителем Поццо, а теперь похож на покорное животное и ежеминутно валится с ног. Между персонажами выстраивается еще одна конфигурация отношений.
Второе отделение идет в соседнем зале, там все те же дерево и валуны, просто зрительские места расположены по-другому. Возможно, в этом фокусе с двумя залами (другой ракурс как бы подчеркивает, что время как заевшая пластинка и суть происходящего одна — ожидание конца) и есть некоторая избыточность, но это остроумно.
Остроумно решен и образ Эстрагона. Если остальные персонажи более-менее похожи на своих тезок из других спектаклей и экранизаций, то Эстрагон — просто клоун. Жалкий, маленький, поддергивающий мотню широченных драных штанов, он вызывает большое сочувствие и восхищение. Его играет Матвей Волков — и это актерский псевдоним, и лица актера под клоунским гримом не разглядеть, но этот образ, мне кажется, прекрасен.
Владимир в исполнении («Тихий Дон», «Романовы») — нищий философ с остатками респектабельности и кругами под глазами. Все, что он говорит, звучит то смешно, то печально, но с какой-то, может, и не явной, но хулиганской эксцентрикой. Как-то сам собой вспоминается его генерал Чарнота из «Бега» (режиссер , там же, в театре Вахтангова) — как бешено он пел песню Крупнова «Я остаюсь». Сказать, что бродяга Диди — это Чарнота, вернувшийся домой из странствий, наверное, будет натяжкой. А может, и не будет. Разве не в наших широтах уже давно и особенно крепко прижился этот вечный выматывающий день сурка и ежедневное бессмысленное ожидание не пойми чего? Беккет — давно уже наше все. Потому что это его ощущение всеобщего человеческого одиночества и богооставленности всего сильнее, кажется, у нас.
"В ожидании Годо" в Театре им. Вахтангова // фото: Евгений Люлюкин
Видео дня. Угон самолета, который 40 лет оставался загадкой
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео