Ещё

«Из коллекции семьи Герлен мне досталось мало, пришлось собрать свою» 

Фото: Forbes.ru
Французские меценаты и коллекционеры Даниэль и Флоранс Герлен приехали в Москву по приглашению директора ГМИИ имени А. С. Пушкина Марины Лошак, чтобы принять участие в образовательной программе, приуроченной к выставке «Уильям Генри Фокс Тальбот. У истоков фотографии» (открыта до 8 апреля), а также обсудить детали будущей выставки собрания семьи Герлен в Пушкинском. Даниэль и Флоранс — одни из самых авторитетных коллекционеров современного рисунка в Европе. В 1996 году они основали фамильный Фонд поддержки современного искусства. В 2012 году передали 1 200 работ из своей коллекции в дар Центру Помпиду. Основное направление деятельности Фонда — Премия современного рисунка. Лауреат получает €15 000, а два финалиста — утешительный приз в €5 000. Премия вручается ежегодно в рамках парижского Салона рисунка.
Даниэль, ваш дедушка, легендарный парфюмер Жак Герлен, был страстным собирателем импрессионистов. Вам досталось что-то из его коллекции?
Он собирал современное искусство своего времени. Но так как наследство переходило сначала детям, а потом внукам, которых немало, мне досталось совсем немного. Раньше я профессионально занимался ландшафтной архитектурой. А потом мы с женой решили полностью посвятить себя искусству и основали Фонд.
А к семейному парфюмерному бизнесу вы имеете отношение?
Даниэль: Нет, никакого. По традиции только один из детей семьи Герлен занимался бизнесом. Я к этой наследственной линии не отношусь. К тому же в конце 1990-х годов марка была полностью продана холдингу LVMH, который управляет ей сейчас.
На первых этапах существования Фонда вы экспонировали работы из своего собрания — живопись, скульптуру, фотографии и рисунок. Почему перестали?
Даниэль: Выставочные помещения Фонда находились на территории родового поместья семьи Герлен. Это 40 км от Парижа и еще 6 км от ближайшей железнодорожной станции. Людям было сложно туда добираться. Фонд перестал проводить выставки, мы решили сосредоточиться только на рисунке. Но чтобы делиться своими открытиями с публикой, учредили Премию современного рисунка. Работы номинантов выставляются в рамках ежегодного парижского Салона рисунка.
Что стало с остальными работами?
Флоранс: Они остались у нас. Из коллекции мы продали только 92 фотографии на торгах аукционного дома Artcurial за €550 000. Это вынужденный шаг: фотографии требовали особых условий хранения. Мы не рассматриваем коллекционирование как инвестицию, но результаты торгов нас очень обрадовали. Работа японки Кимико Йошиды, к примеру, была оценена в €2 500, а с молотка ушла за €9 000.
Премия вручается художникам, которые работают только вручную. Почему в наше сверхтехнологичное время, когда художник может вообще не уметь рисовать, вы поддерживаете тех, кто работает по старинке?
Даниэль: Технологии позволяют достичь совершенства, но лишают эмоций. Такое искусство нам не интересно. Современный рисунок — естественный преемник традиций классического искусства. Поэтому мы выбрали в качестве площадкой для вручения Премии парижский Салон рисунка, где преимущественно выставляются работы прошлых эпох.
Какое будущее ждет рисунок?
Даниэль: Сейчас рисунок на пике моды. А в 1960-1970 годах рисунок был в забвении. Студенты Национальной высшей школы изящных искусств даже берут дополнительные уроки по рисунку. За последние 20 лет отношение к рисунку полностью изменилось. Сегодня это полноценный и самостоятельный вид искусства. Поэтому можно встретить и очень дорогие работы до €500 000. К тому же хранить коллекцию работ на бумаге — это тоже не дешевое удовольствие. Это очень хрупкие работы, требующие особого отношения. Основная часть нашего личного собрания находится в специальном подвале, где поддерживаются необходимые условия. Развеска в доме меняется дважды в год. Мы используем только те стены, куда не падают прямые солнечные лучи. На одной такой стене единовременно висит порядка 20 работ.
Вы подарили Центру Помпиду более тысячи работ. Ставили ли вы условия при передаче работ?
Флоранс: Нет, никаких условий мы не ставили. В Центре Помпиду нет постоянной экспозиции. Наши работы участвуют в выставках. В октябре 2019 года откроется большая выставка в венской Альбертине. В будущем планируется выставка в Пушкинском музее. Когда мы передавали работы в дар Центру Помпиду, эксперты в первую очередь оценили целостность нашего подхода. Художники представлены сериями. Если говорить, к примеру, о Павле Пепперштейне, то мы передали музею 37 его работ.
Как вы познакомились с Пепперштейном?
Флоранс: Мы впервые увидели его работы в выставочном пространстве Louis Vuitton в Париже. У нас также есть работы Сергея Бугаева «Африки», Виктора Пивоварова, Сергея Ануфриева, Георгия Литичевского, Валерии Нибиру, Александра Пономарева, Ивана Разумова и Ивана Языкова. Работы Литичевского мы, например, купили у входа в какой-то гараж в Санкт-Петербурге. Его рисунки буквально лежали на тротуаре.
Как вы предпочитаете покупать работы — напрямую у художников или у дилеров?
Даниэль: У художников мы почти никогда не покупаем. Мы считаем важным поддерживать галеристов и не хотим идти в обход. Сейчас мы делаем скорее точечные покупки для заполнения пробелов. Сегодня в нашем личном собрании порядка 300-400 рисунков.
Как хорошо вы знакомы с российским арт-рынком?
Флоранс: Рынок как таковой нас мало интересует. Мы не ходим протоптанными дорогами, не следим за модными трендами, что не мешает нам быть в курсе художественного процесса. Мы даже арт-ярмарки посещаем все реже, за исключением, разве что, Арт-Базеля. Когда ты известный коллекционер, за тобой буквально охотятся. Мы мало кому говорили, что едем в Москву. Но по приезду сразу же начали получать звонки от галеристов с предложением что-то купить. Мы стараемся избегать такого рода давления.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео