Ещё

Борис «Грим» Бурдаев: «Мне пришлось подниматься с уровня бомжа» 

Фото: Волга Ньюс
На днях — как только будут уточнены юридические нюансы — выйдет альбом его группы «Борис Грим и Братья Грим». Первый в дискографии с 2007 года, как он уверен, хотя его брат-близнец Константин со своей версией «Братьев Грим» считает совершенно иначе. Мы встречаемся чтобы поговорить об этом в одной из модных кофеен Самары. Борис заказывает себе травяной чай.
— Травяной чай?!
— Я вообще чай не пью, только зеленый иногда. И кофе не люблю. Не вижу смысла вредить себе кофеином и танином. Для меня пить чай — это примерно как курить.
— То есть, ты за полезные напитки. А как же история, когда ты якобы попал в аварию пьяным?
— Мы много всякого напридумывали, когда глумились над желтой прессой. Была и «драка в гостинице», и без штанов я где-то будто бы бегал. Веселились так, по-панковски.
— А было иногда ощущение, что тебе внимания не хватает.
— Нет, просто был среди нас человек, который был на короткой ноге с желтой прессой. Он специально сообщал им подобные новости, а они с радостью «клевали». Что нас очень прикалывало. Было смешно смотреть на себя в новостях "Яндекса" по таким дурацким поводам. Вот, оказывается, что всех волнует, а не новый альбом или клип!
— Как ты дозрел до выпуска нового альбома «Братьев Грим»?
— Двойной альбом уже полностью готов и ждет на полке. История у него долгая, ведь прошло 10 лет с тех пор, как я выпустил последнюю пластинку, «Марсиане». Непростые были годы.
Я начинал с нуля, без копейки денег. Фактически мне пришлось подниматься с уровня бомжа. Потому что в какой-то момент от меня были отрезаны и финансовые, и концертные потоки. Я остался пусть не на улице, но близко к тому. Было жестко. Представь, я даже разучился тогда пользоваться общественным транспортом. И вдруг мне пришлось снова ездить на метро, хотя люди меня продолжали узнавать на каждом шагу… К счастью, у меня есть шапка-невидимка, которую я умею вовремя надевать. Сложнее оказалось другое — потерянные ресурсы.
Когда мы достигли известности, мы приходили в студию с материалом и платили деньги за производство песен. Музыканты играли, другие люди — сводили, третьи — «мастерили», четвертые — издавали. Так это происходит в мейнстриме. Мое дело было — написание песен, аранжировки, репетиции. И тут я понял, что мне это больше недоступно, и придется самому всему учиться. Освоить профессию саунд-инжнера, мастеринг-инженера, улучшить навыки аранжировщика, способствовать изданию синглов и альбомов. Конечно, кое-чем из этого я занимался на любительском уровне до 2004-го года, когда писал демо-версии «Ресниц» и «Кустурицы» в частном доме на улице Потапова. Но к 2009-му эти навыки пропали. Пришлось осваивать заново, так что из мейнстрим-музыканта я превратился в DIY-музыканта.
— Правильно ли я понимаю, что проекты Lirikka и Octopus Maiden были нужны отчасти для того, чтобы обкатывать навыки и идеи?
— Да, это были во многом мои пробы. Хотя Octopus Maiden недавно выпустила самодостаточный альбом, и вскоре выпустит еще одну русскоязычную пластинку. И еще есть проект Ufology. Вообще теперь работа над любым материалом занимает у меня гораздо меньше времени, чем прежде. Поставлена на поток. Из солиста группы я не без сложностей, но все же перешел в статус продюсера, который занимается разными проектами, включая «Братьев Грим».
— Как слушателю воспринимать этот «пробел» в дискографии? Ведь есть альбомы Константина, выходившие под названием «Братьев Грим»…
— Ага, с половиной (украденных) песен. «Вернись», «Молодая поэтесса», «Черно-белая весна» (которая раньше называлась «Весело»)… Да, мы вроде бы выступали соавторами. Но Костя их спел без всякого моего согласия и во всех интервью, говорит, что он их написал. Неправда! А все остальные его песни я считаю сольным творчеством Константина Бурдаева, но не «Братьев Грим».
Я пытался с ним поговорить, но на контакт он по-прежнему не идет — посылает на… прямым текстом. И несмотря на то, что группа прозябает, играет перед случайными зеваками на городских праздниках, его все устраивает.
Наш конфликт — навсегда. Потому что он не касается денег — их там нет. Это все вокруг эго одного человека — Константина Бурдаева, — который в какой-то момент детства решил, что он — «второй», а ему во что бы то ни стало надо стать «первым». И совершенно забыл, что лучше об этом не думать, а делать что делаешь и получать от жизни удовольствие.
По закону сейчас никто не имеет эксклюзивного права называться «Братья Грим». Так что существуют две группы под таким названием. Однако три первые пластинки — это мои песни, хотя я разделил авторские права пополам. Это мой голос звучит на тех пластинках. И новый альбом станет четвертым в дискографии «Братьев грим». Это — моя правда. — Судя по тому, что мы слышали в песнях «Питер Пэн» и «Самара», звучание группы заметно изменилось.
— «Питер Пэн» на альбоме будет в немного другой версии, но да, конечно. Музыкант, у которого саунд не меняется на протяжении 10 лет — мертв как музыкант. Вспомнить Дэвида Боуи, у которого каждая пластинка становилась отражением времени, в котором он жил. Считаю, будет просто смешно гнать тальянку в духе начала «нулевых». Хотя мой брат этим занимается — копирует меня образца 2005-го года. И у него это получается мастерски, но какой смысл? Рокапопс умер, русский рок — тоже. Сейчас много совершенно других направлений, которые оживляют русскую музыку после засилья англоязычных хипстеров.
Могу рассказать, что первая часть пластинки будет содержать больше поп-хуков, а вот вторая стенет более искренней, более «живаго».
— У тебя нет опасения, что громкого «возвращения» не выйдет?
— Нужно понимать, что происходит с мейнстримом. Я недавно посмотрел несколько порталов с рейтингами российской попсы. И увидел, что основная часть этих людей — проплаченные артисты. Огромное вложение денег, которые никогда не вернутся обратно. Это просто бизнесмены, которые хотят, чтобы они сами или их девушки пели и танцевали. Ни одного «живого» артиста, который своим творчеством сделал бы «взрыв» и поехал по гастролям.
В то же время, есть самарская группа VLNY, которая без всяких средств массовой информации собирает большие залы по всей стране. Вот это и есть настоящий современный шоу-бизнес. Просто ему не дают вырасти те, кто сидят у руля телевидения и радио.
— У тебя же в составе тоже самарские ребята?
— Да, мы постоянно сотрудничаем с Ильей Юртаевым, который помогает с текстами песен — у него со словами все обстоит лучше, у меня. Кроме того, он снял клип «Самара» и много других видео. Есть Вова Косоруков, который играет и в «Братьях Грим», и в Octopus Maiden. Правда, он окончательно перебрался в Москву, творческая жизнь у него кипит — недавно начал в театре играть, даже не знаю, каком. — Я так понимаю, у тебя особые отношения с Самарой — есть песня о городе, есть новогодний клип с самарскими артистами…
— Я живу на два города: месяц в Москве — месяц в Самаре. В Москве я чувствую себя не на своем месте, хотя мне нужно там находиться. Там вся моя деловая и музыкальная деятельность. А здесь у меня своя недвижимость с домашней студией, где мне спокойно и хорошо. В Самаре я занимаюсь творчеством, сочиняю песни, а потом еду с ним в Москву.
Золотое" время поп-рок группы Константина и Бориса Бурдаевых «Братья Грим» пришлось на 2005–2007 годы. Наиболее известными их песнями стали «Ресницы» и «Кустурица». В марте 2009 г. коллектив распался на фоне ссоры близнецов.
После короткого перерыва Константин вернулся к прежнему названию и выпустил под ним три альбома — «Крылья Титана» (2010), «Самая любимая музыка» (2015) и Zомби (2015). Борис Бурдаев ушел в «подполье», и занимался непохожими друг на друга проектами Lirrika, Octopus Maiden и Ufology. В 2014 г. он впервые выпустил сингл как группа «Борис Грим и Братья Грим». С тех пор конфликт между близнецами вновь перешел в стадию обострения.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео