Театр драмы выпустил последний спектакль Вячеслава Гвоздкова 

Театр драмы выпустил последний спектакль Вячеслава Гвоздкова
Фото: Самарская газета
Без ностальгии
Так случилось, что один из первых спектаклей стал и последней его работой. Худрук Самарской драмы любил рассказывать о первом режиссерском успехе — «Старом доме» в Кирове, спектакле, после которого его приглашали главрежем в местный ТЮЗ. Популярную в 1970-х пьесу он вдруг решил поставить в 2017-м. Говорил, что если правильно сделать, люди будут смотреть, как сериал. Выпустить не успел. Взявшись после смерти Гвоздкова за спектакль друга, признавался, что «Старый дом» по-хорошему нужно считать спектаклем его памяти — слишком много пришлось доделать самому.
На поворотном круге одна за другой — комнаты московской коммуналки. Крыловы, Глебовы, Рязаевы, Юлия Михайловна…
Пространство с колоннами в центре обозначает общий коридор, деревянный фронтон наверху скрывает чердак — тайный уголок влюбленных. Стены старого дома просвечивают дранкой. Декорации делал Станислав Бенедиктов, уже много лет главный художник московского РАМТа, тоже начинавший в Кировском ТЮЗе.
История в пьесе Казанцева рассказана драматичная. Даже, пожалуй, чересчур. Здесь и отцы-алкоголики, и тайные семьи, и роковые соблазнительницы, и разлученные «плохими» взрослыми юные влюбленные в центре. Ромео и Джульетта — вроде бы вечная тема, но все равно в этой версии многое «из того времени».
И дело здесь не в коммунальном быте, который, кстати, тоже у всех героев разный: семья Олега живет благополучно, семья его первой любви Саши хуже (отец-алкоголик — горе семье), а Юлия Михайловна — и вовсе особняком, в своих книгах. Быт советской коммуналки воссоздан не дотошно, но достоверно — буфет, тахта, стеллаж во всю стену, ширмы, таз, в который складывают грязную посуду… При этом спектакль нельзя назвать ностальгическим — никакой поэтизации 1960-х здесь нет, как и попыток создать аутентичную атмосферу. Даже музыки никакой, кроме специально написанной Василием Тонковидовым. Кажется, что так же относился к изображенному времени и автор.
Месть драматурга
Как ни крути, многое в этом сюжете могло случиться только в коммунальной квартире, где все видны как на ладони. Старшеклассники влюбились, родители против, семьи терпеть не могут друг друга — обычная история. Только вот каждый шаг детей здесь могут отследить если не родители, то уж противный сосед — точно. Рязаев — человек с полным отсутствием обаяния, достоверно сыгранный не привыкшим к таким ролям  — кажется, мог появиться только в те времена, когда еще можно было лезть в чужую жизнь от имени «всеобщего блага». Хотя подонков по убеждению хватает и сейчас, этот — особенный, умирающий тип уже и для Казанцева. Он же станет злым гением Олега в другой истории, с загадочной соседкой Юлией Михайловной (зрелая, но еще молодая женщина в исполнении ).
Степень драматизма в этих обстоятельствах возрастает в разы. Остались бы влюбленные вместе, если бы не эти скандалы? Почему не воссоединились за кадром, когда покинули квартиру? Не выдержали давления — настолько, что даже после продолжали жить под ним? Минутное увлечение Олега убило настоящее чувство? В финале мы видим успешных в профессии, но в общем-то несчастных людей. У Олега (Владимир Морякин) так прямо на лице, в каждой складочке написано: «Все потеряно». Казанцев максимально сгущает эту несчастность и от души мстит всем, кто приложил к ней руку — Рязаев спивается, всеми забытый, родители 12 лет не видели детей, отец Саши успел допиться до смерти и т. д., и т. п. Отчетливо слышатся нравоучительные интонации. Кажется, популярность пьесы в 1970-е была вызвана не только мелодраматическим сюжетом, но и посылом: «Так больше нельзя». И девочка Катя () в финале неслучайно читает на чердаке Цветаеву — обозначает наступление новых времен. В которые уже не могло случиться ничего подобного.
Очень простая история
Простую драматичную историю в Театре драмы рассказывают живо и таким же простым языком. В центре внимания — актерские работы, за всеми интересно смотреть, тем более, что типажи коммунальной квартиры — материал благодатный. За брутальным алкологиком Максимом Ферапонтовичем (), непонятно как уродившейся в своей семье настойчивой и честной девочкой Сашей (), интеллигентнейшим отцом Олега () и его чересчур деятельной мамой (Влада Филиппова), за превращением Рязаева из живчика в нервного моргающего старика — и не только. В память о Вячеславе Гвоздкове в Театре драмы поставили приличную мелодраму с крепкими актерскими работами. Наверняка он был бы доволен. Но невозможно не радоваться, что многое в этой истории все еще кажется нам хорошо забытым прошлым.
Видео дня. Почему миллионер годами прикидывался нищим
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео