Ольга Перетятько–Мариотти: страдаю, пока не выучу текст наизусть: я это очень не люблю

Оперная звезда Ольга Перетятько–Мариотти рассказала, удобно ли держать в голове разные оперы одного композитора. "У меня маленькая "оперативная память": я быстро учу и быстро забываю. Так что всё делаю шаг за шагом и в отношении каждого произведения. Когда готовлюсь к выступлению, пою ту музыку, что будет в программе. После концерта — переключаюсь на другое... Хотя параллельно учу и новое, потому что невозможно ничего не учить. Страдаю, пока не выучу текст наизусть: я это очень не люблю. Зато когда всё выучила, начинается настоящая музыка, можно искать новые краски голоса… Россини чем замечателен? Его истории — о добре и зле. И в них зритель сам решает, кто хорош, а кто плох. Где нужно плакать, растрогаться, чему разозлиться и удивиться. Россини дает исполнителю свободу. Мелодий как таковых в его операх немного, эмоции приходится изображать в вихрях гамм и арпеджио: хочешь, дай больше "верхов", а хочешь — меньше. Конечно, это идеально, когда ты можешь варьировать материал на ходу. Обычно же делаешь "наметки": здесь это можно показать, тут — не нужно. Вот у Моцарта такой вокальной свободы в сочинениях нет. Ты — часть оркестра, твой голос — такой же инструмент. В операх Верди если споешь всё написанное, то уже молодец. А Джакомо Пуччини — композитор-манипулятор. Вы замечали, что все плачут в одних и тех же местах его опер? В XX веке тенденция к "запрограммированной" драматургии прослеживается особенно явно. В "Воццеке" Берга, например, ты всегда захвачен историей, а саму музыку кто-то может не понять", - цитирует ее слова газета "Известия".