Истории
Люди
Вещи
Безумный мир
Места
Тесты
Фото

Виктор Сухоруков потратит стук сердца на ямальскую публику

только с пистолетом выглядит грозно. С фразой «Вы, гады, мне еще за Севастополь ответите!», балабановский Татарин стал символом эпохи, а сыгравший его Виктор Сухоруков – звездой. В субботу, 28 апреля, он блеснет на салехардской сцене в спектакле «Старший сын».

Виктор Сухоруков потратит стук сердца на ямальскую публику
Фото: Красный СеверКрасный Север

Несмотря на оглушительный успех фильмов «Брат» и «Брат-2» актёр отнюдь не забронзовел. Единственное, что может вывести его из душевного равновесия – необязательность других людей. Впрочем, и с этим он худо-бедно справляется. Да и стоит ли отвлекаться на мелочи, когда есть такие важные вещи, как сцена, зрители и история, которую им нужно рассказать?

Видео дня

Свою работу в театре он описывает словами: «трачу стук сердца на публику». О своих персонажах рассуждает, как о близких друзьях. И кажется, что они и впрямь для него – близкие знакомые или родственники. Реальность или игра – какая, собственно разница? Важно лишь то, во что ты веришь!

Другим он кажется пришельцем из какой-то другой эпохи. Или вообще – из альтернативной Вселенной, где живут светлые, чистые душой человеки, с горячими сердцами и ярко блестящими глазами.

А ему кажется, что именно такие люди живут в Арктике - в Салехарде. Виктор Сухоруков летит сюда впервые, чтобы сыграть единственный спектакль в городе на Полярном круге.

– Я никогда не был в Салехарде. Ни-ког-да! – заявил он «Красному Северу». – Но имя этого города звучит очень романтично. И когда я его слышу, сразу представляю себе красивых, бородатых, заснеженных людей, с огромными руками и светлыми улыбками. Они здесь ищут и добывают природные богатства, шагают по чавкающим болотам и хрустящим снегам. Салехард – для меня это что-то очень далекое, студеное... И очень родное.

– О, так Вы не знаете, что это еще и единственный на планете город, стоящий на Полярном круге? Вас ждёт много удивительного!

– Отлично! Я очень жалею, что не стал полярником раньше. Потому что мы везем туда один из самых дорогих мне спектаклей – «Старший сын». Мы его играем уже шестой год, с огромным успехом, с уникальной, талантливейшей актерской группой –очень дружной и трепетно относящейся к зрителям.

«Старший сын» – трогательная история о любви, доверии, ответственности. Молодой человек и его случайный знакомый, оказавшись в чужом городке, опаздывают на последнюю электричку. В поисках ночлега герой притворяется старшим сыном пожилого чудаковатого музыканта, и тот верит проходимцу, пускает его с товарищем на постой. Это преображает молодого человека. «Не дай-то Бог обманывать того, кто верит каждому твоему слову» - с этой фразы начинаются перемены в душе «старшего сына», и в итоге именно он становится надеждой и опорой семьи. Любовь и ревность, разоблачения и страсти... Пьеса написана в 1965 году. Но и сегодня эта история, вызывающая то хохот, то звенящую тишину в зрительном зале, заставляет задуматься о самых важных в жизни вещах.

– Давно хотела задать вопрос, который Вам, скорее всего, не понравится. И все же: недавно спорила со знакомыми, которые считают, что Вампилов и его «Старший сын» – устарели. Мол, это история ушедшего времени. Мы изменились, и мир тоже, пора жить проблемами сегодняшнего дня.

–Какая ерунда! Если бы они читали драматургию Вампилова (кино не в счет), думаю, никогда не сказали бы такое! Вампилов настолько философичен, настолько человечен и супер-талантлив, что в придуманных им историях заложены все проявления человеческих отношений. Может, это слишком красиво звучит... Скажу проще – в творчестве Александра Валентиновича показаны грани добра и зла, любви и ненависти. Как утро и вечер не могут устареть, так не может потерять и актуальность его творчество. Это мы, люди, придумали времена года и даты, чтобы упорядочить нашу жизнь, а для Космоса нет времени в нашем человеческом понимании. Как однажды сказал Бродский: «Человек не меняется. Меняются только одежды»…

Так вот, «Старший сын» – это пьеса о великом заблуждении одного человека. По большому счету, это, конечно, не частный случай. Ведь заблуждаются все люди, и разочаровываются тоже. А разве не было в вашей жизни того, что принято называть откровением? Наваждением? Это все – есть в пьесах Вампилова!

– И всё же, есть чудесный одноименный фильм с Леоновым, Боярским и Караченцовым в главных ролях. Старшее поколение видело его много раз, сюжет известен, так почему в театре эту пьесу смотрят вновь и вновь? Для чего?

– Так ведь и фильм «Гамлет» был со Смоктуновским. И что теперь, отказаться от новых постановок? А «Тихий Дон» сколько раз снимали? В мировой драматургии огромное количество пьес. Иные, прожив свою театральную жизнь, исчезают во времени, растворяются... А потом – появляются вдруг на экранах многих стран, на сцене, начинается бум!

Когда-то режиссер этого спектакля, , ставил «Тартюфа» на Малой Бронной. И когда он пригласит меня на главную роль, я сказал: «Паш, ну я посмотрел, сколько «Тартюфов» идет в Москве. Шесть! Зачем нам седьмой?» А он мне ответил: «Успокойся, зрителей на всех хватит». И оказался прав. И в случае со «Старшим сыном» - шестой сезон играем, в любой день недели, на разные аудитории, и зритель идет, ему это интересно. Публику надо затащить в свой сюжет. Заворожить. Закапканить. Заставить ее полюбить - не меня, а ту историю, которую я им рассказываю.

– Когда я впервые смотрела спектакль, я все думала: какие мы все – дураки! Мы делаем какие-то глупости, у нас не получается жить легко и просто, быть счастливыми и делать счастливыми тех, кто рядом...

– Мы боимся быть обманутыми. Боимся ошибок. Потому что мы их уже наделали, и с возрастом устаем от этого. Огромное количество пословиц и поговорок - о том, что мы все время повторяем ошибки других или своего прошлого. Как часто, до самой смерти, мама и папа говорят ребенку: не ходи направо, не ходи налево. Но ребенок взрослеет и делает всё по-своему. Он, конечно, осознает, что родители желают ему добра, но всё равно идет тем путем, по которому уже прошли легионы человеческие!

– И еще пойдут!

– Да! Вот такие мы наивные. И такие примитивные. Если бы мы были совершенствами, то первое, чего бы ни случилось никогда с нами - у нас бы не было войны. Изобрести войну и позволить этому страшному изобретению реализоваться может только существо примитивное. А ревность откуда? Тоже от глупости. Ревность кого-то приводит к уходу в себя, к какому-то затворничеству, а чаще-то - к агрессии! Есть у других существ такое чувство? Нет. Только у человека, мне так кажется. И как много чувств и качеств в человеке таких, с какими бороться невозможно... А как мы зависимы от множества вещей, начиная от алкоголизма и кончая любовью.

– А есть какая-нибудь разница между зрителями разных городов?

– Есть, конечно. Но в чем она - так сразу и не скажешь... У нас были областные города, как принято сегодня говорить – региональные центры, где зритель интеллектом-то блистал сильнее, чем московский. Есть точки в любом спектакле, по которым мы судим - хороший зритель или не очень, умный или не совсем. Есть эпизоды, есть реакции зрителя, которые для нас как камертон. Мы видим: о, нас понимают, нас принимают, с нами соглашаются. Так вот, таких сигналов в глубинке – если не больше, то восприятие публики – тоньше, это точно. Есть масса вещей, на которые реагируют именно на местах.

– Надеюсь, Вы с жителями Салехарда взаимно понравитесь друг другу. И не могу не спросить о перемещениях, о поездках. Вы ведь много гастролируете, летаете по миру, есть ли у Вас какие-то любимые места?

– Там, где тепло! Хотя я очень мало был на морях-океанах по большому счету. Мне нравится Европа, я часто возвращаюсь в Голландию. Очень люблю Карелию. Я вообще Россию люблю, особенно среднюю полосу. Волгу обожаю. Нравится Израиль. Нравится Америка. Хотя некоторые вещи не могу ни понять, ни принять. Ну вот как так: могущественная страна, небедная, а у них плохо с индивидуальной посудой! Перерыв на обед, и по Манхеттену бегут деловые люди, у всех картонные стаканчики, тарелочки, вилочки пластмассовые. А как же – индивидуальность? Терпеть этого не могу. Поэтому всюду летаю со своей фарфоровой кружечкой. Это мое личное. Мой образ жизни, мой порядок. Вот этого мне не хватает у американцев. И когда они нас учат уму-разуму или демократии, куда-то призывают, что-то приказывают или советуют в кавычках и без, вопросов много - стоит ли прислушиваться? Пусть они живут так, а мы иначе. Никто никого не должен заставлять жить по своим правилам. Вообще, совет и приказ - разные вещи! Советуйте и не жалейте советов. Совет – это щедрость. Главное –быть доброжелательным. Но я все равно оставлю за собой право услышать и согласиться. Или не согласиться.

–Тогда, может, Вы что-то посоветуете нашим читателям, ямальцам?

– Я даже жалею, что у нас здесь будет всего один спектакль... Так хотелось бы поближе узнать людей. Не советы, но пожелания у меня есть. Берегите себя. Цените то, что имеете. И до скорой встречи!