Ещё

Композитор Александр Зацепин: «Пугачева не поет, а остальные — у них будто один тембр» 

Фото: Собака.ru
Автор лучших песен для Аллы Пугачевой и фильмов Леонида Гайдая создал мюзикл «Тайна Третьей планеты» на основе своего саундтрека ко всем известному мультфильму — премьеру спектакля 20 июня покажет музыкальный театр «Карамболь».
Ваши песни — «Куда уходит детство», «Песня про зайцев» или «Песенка о медведях» — любят, кажется, все. В чем секрет создания хита?
Сначала — мелодия, потом — слова. Практически все мои песни написаны так. В хорошей песне прежде всего должна быть запоминающаяся мелодия, а затем уже стихи, аранжировка и исполнители, которые не испортят, а улучшат ее. Когда все это есть в комплексе, тогда песня может стать тем, что называется «хит».
Сочинив столько шлягеров, вы, наверное, могли бы описать момент инсайта, когда песня зарождается?
А он всегда выглядит по-разному. Когда я активно писал музыку для кино, у меня шла работа на два-три фильма параллельно. Бывало так, что после обеда присяду чуть отдохнуть, и внезапно какая-то мелодия приходит в голову — на этот случай у меня с собой был нотный блокнотик с заготовками. Родилась мелодия — записал ее. И в этой тетрадке всегда можно было найти два-три, а то и десяток номеров. Во многих фильмах я использовал уже свои готовые мелодии, но были, конечно, и такие, которые сочинял специально, — как песни «Остров невезения» и «Песня про зайцев» в «Бриллиантовой руке». Я прочитал сценарий этого фильма, где было сказано: «Песня простого советского человека». Это было сделано для того, чтобы такой сценарий посмотрели наверху, в Госкино, и сказали: «Ага, песня простого советского человека — хорошо, очень хорошо». Эту песню я назвал «А нам все равно».
Вы сразу с песен начали или сначала на симфонии замахивались?
А я композитором становиться вообще не собирался, хотя и учился в музыкальной школе в Новосибирске. Музыка меня интересовала, я на рояле вместе с друзьями играл в четыре руки и даже что-то сочинял, будучи мальчишкой. Но увлекся химией, потом радиотехникой, поступил в Новосибирский институт инженеров транспорта, где организовал джазовый оркестр. После войны отслужил три года в Ансамбле песни и пляски Новосибирского округа, затем поработал в филармонии как концертмейстер-пианист и солист-аккордеонист — я хорошо играл на аккордеоне, по-настоящему. И уже только после этого случайно оказался в Алма-Ате, где была своя консерватория, — меня сразу в нее приняли. Потом я начал работать на студии «Казахфильм» как музыкальный оформитель, там мне дали написать музыку для короткометражного фильма «Наш милый доктор» — и появилась песня «Надо мной небо синее, облака лебединые», ставшая популярной. Жена режиссера Леонида Гайдая Нина Гребешкова услышала ее по радио, посоветовала меня мужу, а Леня тогда поссорился с композитором Никитой Богословским — так, начиная с «Операции „Ы“», я стал работать с Гайдаем.
Все гонорары — стоимость двух автомобилей — я потратил на домашнюю студию
И стали знамениты благодаря комедиям Гайдая.
Они действовали как сейчас телереклама: выходил в прокат фильм, неделю шел по всему Советскому Союзу, миллионы людей его смотрели, и если только песня становилась шлягером, ее сразу начинали играть во всех кабаках, ресторанах. Капали авторские. Ну и популяр­ность, конечно.
В конце концов к вам обратилась Алла Борисовна Пугачева с просьбой писать для нее?
Она тогда еще была Аллочкой, не Борисовной. Конечно, она внесла свою лепту в историю моей жизни. Я считаю, что если бы не она, то «Волшебник-недоучка», например, не имел бы такой популярности. Сначала она спела песню, просто встав к микрофону, и тут же сказала: «О, нет, Александр Сергеевич, я пойду к роялю». Ушла в другой зал, посидела у инструмента минут десять: «Я готова». И совсем по-другому ее исполнила — добавила не только эмоции, но и всякие интересные вокальные финты. Больше двадцати песен я с ней сделал. И все записывал в собственной студии: мне хотелось качества, а хорошей аппаратуры нигде не было, и в начале 1970-х я потратил все накопленные гонорары — примерно стоимость двух автомобилей — на домашнюю студию.
В ваших песнях очень богатые структуры — интонационные, гармонические и ритмические. Откуда они?
Когда появились «Битлз», это поначалу прошло мимо меня, потому что мое поколение было воспитано на джазе. А дочь-девяти­классница мне сказала: «Знаешь, папа, мальчики в школе говорят, что ты пишешь песни только для своего поколения». Меня это задело. Я стал слушать и анализировать «Битлов» и другие рок-группы: если миллионы людей их любят — значит что-то в них есть, значит я отстал. И мне вдруг тоже стала нравиться эта музыка, я начал сочинять что-то в этом стиле. А вообще, все мы вышли из Баха.
Новые песни вы сочиняете?
Просто так делать это бессмысленно. Ну вот напишу я — а кто ее исполнит? Пугачева не поет. А остальные — у них у всех как будто один тембр, я не различаю их.
В мультфильме «Тайна Третьей планеты», по которому вы создаете мюзикл для театра «Карамболь», нет песен, звучит только атмо­сферная музыка. Добавите что-то новое?
Еще как! Из мультфильма появятся одна-две темы, все остальное будет новым. В пьесе Ирины Корнеевой и Николая Голя помимо Алисы Селезневой или Громозеки есть и новые герои. Стихи написал Сергей Плотов. Работа большая, все заново, все по-другому. Мне очень понравилось то, как в «Карамболе» четыре года назад поставили мой мюзикл «31 июня». И просто поразила работа художественного руководителя Ирины Дмитриевны Брондз. В этой труппе все какое-то очень живое, хорошие актеры. Я даже испытываю волнение, чтобы с моей стороны все удалось.
Александру Сергеевичу в марте исполнилось 92 года. Он живет в Москве и Париже. Народный артист РФ написал 300 песен к 120 фильмам и мультфильмам, среди которых «Кавказская пленница», «Иван Васильевич меняет профессию», «Земля Санникова», «Женщина, которая поет» и «Ну, погоди!». Премьеру мюзикла «Тайна Третьей планеты» театр «Карамболь» представит 20 июня на сцене ДК имени Ленсовета.
Текст: Владимир Дудин
Фото: Григорий Поляковский
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео