Ещё

Масоны, живые портреты и Петр Налич: почему нужно увидеть променад-оперу «Пиковая дама» 

Фото: Москва24
В старинной усадьбе Гончарова-Филипповых проходит первая в мире опера-променад «Пиковая дама». Иммерсивный формат — не новинка для искушенной московской публики, однако спектакль стал настоящим прорывом, соединив в себе театр, оперу и литературу. Показы продлятся только до середины июля.
Редакция портала Москва 24 объясняет, как смотреть «Пиковую даму» и чего ждать от оперы, на которой невозможно уснуть.
В начале была темнота Сначала вы ничего не увидите. Перед полным погружением в драматическое действие бессмертных произведений Александра Пушкина и Петра Чайковского зрители должны пройти масонский обряд — с бархатной повязкой на глазах и без лишних слов.
Этой сцены с масонами в либретто оперы Чайковского нет. Уже с самого начала спектакля режиссер Александр Легчаков решил показать, что Пушкина в спектакле будет намного больше, чем Петра Ильича. Причем не только в тексте, но и в жизни: после посвящения поэт станет вашим проводником по спектаклю, перемещающемуся из одного зала в другой под аккомпанемент хора и оркестра из трех десятков музыкантов, а также в компании актеров и танцоров балета (за хореографию отвечает Олег Глушков).
Место действия «Пиковой дамы» неслучайно: старинную усадьбу Гончарова-Филипповых дед жены Пушкина, Натальи Николаевны, проиграл в карты. Два этажа особняка вмещают в себя десятки локаций: игорный дом и зимний сад, бальный зал и будуар коварной графини. Еще одна «неслучайность» — число зрителей: лишь 54 человека, по количеству карт в обычной игральной колоде.
На расстоянии вытянутой руки Как и в классической постановке, опера-променад «Пиковая дама» состоит из трех действий. А вот форма более чем новаторская: публика становится частью постановки. Опера спускается с театральных подмостков, разрывает зрительное пространство и, вместе с тем, свой элитарный статус.
Пушкинский Германн (а именно такое написание было у поэта) вздрагивает, влюбляется и цепляется за заманчивую и опасную идею «узнать секрет трех беспроигрышных карт» буквально плечом к плечу со зрителем. Правда, вас он не замечает, смотрит, как будто сквозь людей, которые для героев спектакля не более чем призраки.
Зритель — призрак Задача для актеров не простая, ведь ни о какой текстовой импровизации речи не идет (все-таки это опера). Как объясняет Петр Налич (который и исполняет главную роль в одном из составов), стеснения и неловкости быть не должно ни у актеров, ни у зрителей. Так что, пожалуй, самый главный совет: расслабьтесь и позвольте себе стать ведомыми.
Не отводите глаз от жесткого и прямолинейного взгляда эгоиста Германна, пропустите через себя холодный смех умирающей прямо у ваших ног графини, позвольте себе помечтать под звездами вместе с влюбленной Лизой… И, пожалуйста, забудьте на эти полтора часа про мобильный. Несмотря на то, что в правилах спектакля организаторы тактично просят не проводить фото— и видеосъемку, некоторые зрители устраивают не только фотосессию Петра Налича в старинных интерьерах, но и ведут прямые трансляции в соцсети, а вместе с тем теряют, пожалуй, главную опцию променад-оперы: оказаться внутри одного из самых мистических произведений. Это ощущение покруче любого VR-показа. Такого эффекта творческая команда добивалась довольно долго — работа над спектаклем шла два года.
Живые картины и трехрукий дворецкий Художник Полина Бахтина не только перевела на современный интерьерный язык пафосные элементы декора прошлых веков, но и добавила загадок. Так, например, переходя из зала в зал, вы сможете увидеть стеклянный макет особняка, летающие кресла и диваны в зимнем саду, живые картины, на которых особенно внимательные зрители заметят, как Графиня время от времени подмигивает, а Сен-Жермен ухмыляется. А также масонские символы, фокус с игральной картой и спящего в паутине дворецкого (почему-то с тремя руками).
Ценителям классической оперы спектакль может показаться слишком смелым, а вот тем, у кого опера и театральная пытка стоят в одном ассоциативном ряду, постановка наверняка понравится: декорации и оптические иллюзии, собственно оперное пение, отличный звук (кстати, музыку Чайковского дополняют произведения молодого неоклассика Николы Мельникова, чей дебютный альбом #22 входит в топ-100 самых скачиваемых записей на iTunes), мистический колорит пушкинского текста, азарт, страсть, три карты и знаменитая ария Германна «Что наша жизнь? Игра!», которую вы непременно будете напевать после спектакля.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео