В следующем году исполняется 70 лет с момента открытия одной из «семи сестер» — сталинской высотки на Красных Воротах. В юбилейный для здания год там начнется первый за всю его историю капитальный ремонт. В высотке уже пора чинить спрятанную в стены ливневую канализацию, менять чугунные трубы стояков и облицовку фасада. «Мослента» поговорила с председателем совета дома, сотрудником Фонда капитального ремонта, риелтором и москвоведом, чтобы узнать, как сегодня живет легендарная сталинская высотка на Садовой-Спасской, 21.

«Дубовый паркет, высокие потолки с лепниной»

7 сентября 1947 года одновременно на восьми строительных площадках Москвы торжественно заложили восемь сталинских высоток, одной из которых стал дом на Красных Воротах.

«Таким образом тогда решили отпраздновать 800-летие города, — рассказывает москвовед Мария Наговицына. — На тот момент еще не существовало проектов будущих зданий. Позже главными архитекторами проекта стали Алексей Душкин и Борис Мезенцев. В эксплуатацию дом ввели через шесть лет после закладки — в 1953 году».

Высотку построили на пересечении Садового кольца и Каланчевки, на месте снесенных кварталов дореволюционной постройки. Ради этого строительства разрушили и дом, в котором родился Лермонтов. На строительстве экономили. По проекту над входной зоной должны были стоять шесть статуй. Их даже слепили в гипсе, но делать из камня и монтировать не стали. Под шпилем центральной башни высотки — 24 этажа, по бокам к ней примыкают два жилых крыла по 10-15 этажей.

«Комплекс Красных Ворот является самым низким из "семи сестер" — так еще называют сталинские высотки, — рассказывает Мария Наговицына. — Восьмую не стали строить из-за состояния почв, там в советские годы была гостиница "Россия", а теперь — парк "Зарядье". Благодаря тому, что здание на Красных Воротах находится в самом высоком месте Садового кольца, разницы в высоте совсем не заметно. И визуально здание соперничает с 36-этажным МГУ».

В центральной башне размещалось Министерство транспортного строительства СССР, а жилые квартиры занимали работники этой и других государственных организаций, заслуженные врачи и учителя Здесь жили хирург Сергей Юдин, искусствовед Алексей Федоров-Давыдов.

«В сравнении с другими жилыми высотками эта стала воплощением экономии, — объясняет Мария Наговицына. — Декор очень лаконичен, для облицовки вместо терракотовой плитки использовался известняк. Также при строительстве отказались от дорогих материалов и витражей. Несмотря на все это, для москвичей, живших в коммуналках, здешний уровень жизни казался недостижимым. Дубовый паркет, высокие потолки с лепниной, кухни со специально разработанной типовой мебелью. Система домовой вентиляции, маленькие комнатки для домработниц при пятикомнатных квартирах».

«Рядом с гаражом шла подземная кольцевая трасса»

В каждом подъезде помимо лифта, который был тогда далеко не в каждом московском доме, был предусмотрен мусоропровод, выходящий прямо на кухню. Тогда считалось, что там надо только готовить, а есть — в просторных гостиных.

«Для своего времени дом отличался идеально продуманной инфраструктурой, — рассказывает Мария Наговицына. — При нем есть свой детский сад, а под центральной частью здания располагался подземный гараж. Правда, всего на 29 машин, и это в доме на 274 квартиры. Но в 1950-х никто не думал, что машина перестанет быть роскошью и станет общедоступна. Рядом с гаражом шла подземная кольцевая трасса, по которой от подъезда к подъезду свободно передвигались грузовики, собиравшие мусор».

В правом крыле здания находится выход со станции метро «Красные Ворота», что потребовало сложных расчетов и применения инновационных технологий того времени. При строительстве грунт вокруг огромного котлована искусственно заморозили, чтобы не допустить обрушений строившейся высотки. Но и это не предотвратило бы усадку здания, поэтому его намеренно строили с наклоном.

«После усадки грунта высотка отклонилась на расчетные 16 сантиметров и через девять лет приняла правильное положение, — говорит Мария Наговицына. — Впоследствии эта новаторская и рискованная технология не применялась. Все так точно рассчитал главный конструктор высотки Виктор Абрамов, который при возведении здания был и главным инженером, и начальником стройки».

«Президент Академии наук жил в 130-метровой квартире»

Кроме сотрудников министерства в дом селили и людей из правительства. В двух угловых подъездах, где есть пятикомнатные квартиры, давали жилье министрам и их заместителям. Президент Академии наук Мстислав Келдыш жил в такой 130-метровой квартире.

«Здесь у нас жили в том числе и разные артисты, — вспоминает председатель совета дома Артур Хабаров. — Наталья Гундарева, Борис Чирков, и даже какое-то время жил Вячеслав Тихонов — Штирлиц. Толщина стен здесь не такая, как в тех домах, которые сейчас строят, так что в здании хорошо и в жару, и в холод. Есть и плюсы, и минусы, которые знакомы всем жителям высотки. Например, метро в доме — это удобно. В то же время два года назад в метро поменяли эскалатор, и правое крыло нашего дома теперь просыпается, когда его включают.

Другие минусы пришли с современностью. Наш дом стоит отдельным кварталом, и когда в городе проводятся велопробеги, фестивали или митинги, то мы стоим в блокаде — движение перекрывают со всех сторон. Такое случается два-три раза в году, и тогда на машине ни въехать, ни выехать невозможно».

Кроме того, в соседнем здании находится Басманный суд, где обычно проходит рассмотрение всех громких политических дел. Так что рядом с домом периодически можно видеть протестующих с лозунгами, полицейские машины и иногда автозаки.

«В здании еще не очень много людей, которые купили квартиры, — говорит Артур Хабаров. — Подавляющее большинство соседей — это люди, которые здесь родились и выросли. Родители, получавшие квартиры, уже ушли в мир иной, теперь в них живут их дети и внуки».

Расположение квартир одинаковое в обоих жилых крыльях, центральное здание — административное. В 1990-х «Минтрансстрой» стал акционерным обществом, а конференц-зал одно время арендовала первая в России Международная московская валютная биржа. Бывшее министерство вначале реорганизовалось в корпорацию, а потом в группу компаний «Трансстрой».

«Сейчас коммуникации наших частей здания разведены, — рассказывает Артур Хабаров. — А раньше была общая котельная, своя телефонная станция. До сих пор проблемы с переподключением номера и подключением интернета у жильцов, родители которых получали здесь квартиры от работы. Они не могут оставить себе этот номер и перевести его, например, на МГТС. А Ростелеком почему-то не может провести линию на правое крыло здания».

Дом строился для работников Министерства путей сообщения (МПС), но потом, в процессе сталинских реорганизаций, из него выделилось Министерство транспортного строительства, которому и передали высотку При этом на фасаде здания до сих пор висят гербы с буквами «МПС». Всего два министерства получили сталинские высотки в Москве — МИД и МПС.

«Лифтеры приезжают к нам регулярно»

За 69 лет, которые прошли с момента заселения здания, капитального ремонта не было. В 2012-2014 годах в высотке на Красных Воротах поменяли лифты.

«Они теперь хотя и новые, но все равно почему-то ломаются, — говорит Артур Хабаров. — Была версия, что их не так смонтировали. В некоторых подъездах есть очень большие проблемы. Я как председатель совета дома неоднократно обращался в "Мослифт" еще позапрошлым летом. Оттуда приехали, поставили фотоэлементы наконец, что-то подчистили, что-то стало лучше. Но работу они свою недоделали. И когда я спрашивал, где запчасти, заказанные полтора года назад, мне техник сказал, что на лифте указан Щербинский завод-производитель, только вот запчасти все из-за границы. Так что лифтеры приезжают к нам регулярно».

В советские годы в доме были свои лифтеры, штат сантехников, электриков, которые еще работали в 1990-х. Но к началу 2000-х всех их сократили

«Раньше у нас техником-смотрителем, сейчас это называется мастер дома, работала знаменитая Любовь Ефимовна Максимова, — вспоминает Артур Хабаров. — Она была одна на весь дом и поддерживала его на уровне. А сейчас у нашего мастера дома, Екатерины Геннадьевны, пять или семь домов одновременно. Естественно, человек разрывается, хотя и старается выполнять свою работу добросовестно. Историческое здание ветшает, все приходит в негодность. У нас, например, большие проблемы с канализационными трубами. Заменить их надо было лет пять назад. В этом году со мной наконец-то связался человек из ФКР и сказал, что в следующем году будет капитальный ремонт».

«Кусок облицовки ранил двух человек»

За последние годы уже несколько раз производились охранные мероприятия, чтобы закрепить осыпающийся фасад здания. Несколько лет назад отвалившийся с центральной части здания кусок облицовки ранил двух человек — одному сильно разодрало руку, другому — сломало ногу, обоих увезли на скорой. Советский герб над центральным входом сняли после очередного ремонта, и лет пять его уже не видно. Куда делся — неизвестно. С жилой части тоже периодически отваливаются фрагменты облицовки. У управляющей компании денег на капитальный ремонт нет, их задача — поддерживать дом в рабочем состоянии. В чате дома жильцы публикуют фотографии отвалившихся кусков фасада, регулярно обсуждается необходимость отремонтировать фасад и крышу, заменить трубы.

«Чугунные трубы давным-давно свое отслужили, местами расколоты, местами засорены настолько, что их невозможно прочистить, — рассказывает Артур Хабаров. — Из-за этого в некоторых квартирах из раковины в кухне на пол выливается грязная вода».

«Работы планируется проводить в 2023-2024 годах»

Дом на Садовой-Спасской, 21 — объект культурного наследия, охраняется государством. Два крыла здания — жилые. Аналогичную компановку можно наблюдать в гостинице «Украина» на Кутузовском проспекте, 2 — административная часть и два жилых корпуса по сторонам.

«Так как Фонд капитального ремонта работает только по многоквартирным жилым домам, мы будем проводить капремонт жилой части здания — его левого и правого крыла, — рассказывает Даниил Лосин, начальник управления по работе с объектами культурного наследия службы строительного контроля Фонда капитального ремонта Москвы. — Работы планируется проводить в 2023-2024 годах. Сейчас идет обследование здания, мы изучаем документы из архивов — поднимаем материалы, проектные чертежи, рабочую документацию на момент строительства. Делаются и натурные обследования для оценки сохранности лепного декора, несущих конструкций. Проектные работы планируем завершить к весне следующего года и согласовать с департаментом культурного наследия».

После согласования проектной документации Фонд объявит конкурс на проведение работ по реставрации и ремонту здания. Высотка, которая, как и другие сталинские дома, все это время стояла без капремонта, требует решения накопившихся проблем. Одна из которых — ливневая система, которую ради красоты спрятали внутрь стен. За 70 лет она сгнила, забилась листьями и мусором. От этого страдают многие прилегающие квартиры, которые своими угловыми стенами соприкасались с аварийным узлом. Там возникают плесень и грибок, и все это требует ремонта.

«Как один из вариантов, мы думаем сделать выносную систему водоотведения, — объясняет Даниил Лосин. — Кроме этого, будут заменены необходимые инженерные системы в части холодного и горячего водоснабжения, стояки и магистрали. То, что в качестве инженерной системы было сделано для этого дома в 1950-х годах, полностью заменим на новое, современное, прочное и долговечное оборудование».

Обновят и навесной фасад дома. При обследовании выявят моменты повреждений элементов, которые при капитальном ремонте заменят или «вылечат» Заменят кровлю и отремонтируют подъезды: приведут в порядок входные двери и окна в местах общего пользования.

«Система мусоропровода с люками на кухнях является частью здания, как часть предмета охраны, — объясняет Даниил Лосин. — Демонтировать ее не имеем права, но при желании жителей можно будет герметично заварить».

«Квартиры здесь вызывают повышенный интерес»

Несмотря на все свои недостатки, квартиры в доме МПС на Красных Воротах, как и в остальных сталинских высотках, пользуются спросом. Предложений по продаже и аренде совсем не много, и на них всегда найдутся клиенты. Если смотреть актуальные сейчас объявления о продаже, то в доме выставляется две двухкомнатные квартиры по 450-500 тысяч рублей за метр: 55-метровая за 27 миллионов рублей и 67-метровая за 35. За те же деньги можно купить 70-80 метров в современном бизнес-классе за ТТК. По аренде в доме сейчас есть два предложения: 65-метровая «двушка» за 85 тысяч в месяц и 130-метровая квартира за 180 тысяч Второй вариант скорее для гостей столицы, экспатов.

«Квартиры в московских высотках всегда вызывают повышенный интерес, — объясняет столичный риелтор Евгений Коноплев. — Город на семи холмах, семь высоток давно уже стали легендой, и интерес к таким квартирам всегда выше, чем к предложениям в обычных сталинках».

И это при том, что в сравнении с современным жильем бизнес-класса, квартиры тут не такие комфортные. В этом доме другие представления о комфорте, даже в смысле планировочных решений. Например, в 1950-х годах не было принято делать просторные кухни студийного типа.

«За что ни возьмись — все немного не той эпохи, — говорит Евгений Коноплев. — Так что людям, покупающим квартиры в этих домах, приходится идти на компромиссы. И в "Украине", и в МГУ квартиры есть. Хотя, если говорят о жилых высотках, всегда речь в первую очередь заходит о трех — Баррикадная, Красные Ворота и Котельническая».

По словам Евгения, среди желающих купить квартиру в этих домах всегда будет много студентов, сделавших первые деньги, или романтиков, переехавших в столицу, которым хочется, чтобы настоящая Москва была вокруг.

«Не бывает ничего более московского, чем московская высотка, — говорит Коноплев. — Покупателями могут стать хипстеры, дизайнеры, романтики. Есть огромный класс людей, которым это будет интересно, и квартиры в сталинских высотках всегда будут вызывать огромный спрос. Но все, кто решается на такую покупку, вынуждены идти на компромиссы. Потому что эти дома строились по стандартам прошлого века, когда были другие взгляды на комфорт, на организацию общих мест, тех же лифтов. Существенный минус — это очень большой трафик, протекающий мимо дома, и отсутствие приватных зон, где можно погулять с коляской, посидеть с друзьями. Для этого здесь есть только небольшой закрытый внутренний двор. Даже на Патриарших прудах, которые, казалось бы, перезаселены, есть уголки, дворики, где можно посидеть и погулять. Здесь выходишь на прогулку — у тебя урбанизированный центр».

«За те же деньги можно подобрать дом бизнес-класса»

В современном доме верхнего бизнес-класса обязательно есть подземный паркинг, места хранения велосипедов, колясок, сноубордов и лыж. Вплоть до мойки для собачьих лап на каждом этаже. Там может быть своя охраняемая территория, иногда довольно большая, двор без машин, где могут играть дети. За 70 лет, которые прошли после заселения высотки на Садовой-Спасской, 21, представление о комфортной жизни между бизнес-классом и элит-классом сильно ушло вперед.

«Покупки в сталинских высотках не дешевые, — объясняет Евгений Коноплев, — при этом за такие же деньги можно за Третьим кольцом подобрать дом бизнес-класса с подземным паркингом, двумя санузлами и такими же трехметровыми потолками. Где можно жить в комфорте по стандартам XXI века. Но я знаю такой класс клиентов, которые хотят московской романтики. И они вполне будут рассматривать такой вариант покупки. Люди готовы отказаться от грузового лифта в своем подъезде, зато будут жить с видами, в архитектуре. Для многих очень важны ощущения от жизни, а не только метраж и высота потолков. Важна сопричастность к культуре и истории».