Кто они — покупатели High Jewelry?

В этом году на церемонии вручения премии «Оскар» самые роскошные украшения были у актрисы Шарлиз Терон. Ее крупные серьги Chopard сделаны на базе бриллианта The Queen of Kalahari общим весом 342 карата. Из камня получился нескромный сет (самый дорогой в истории Chopard) из пяти украшений, который продается только целиком. Продавать такого класса драгоценности по частям просто не имеет смысла. Во-первых, все вместе они стоят гораздо дороже, а во-вторых, собрать потом подобный комплект — задача невыполнимая. Стоимость сета не разглашается — полную цену озвучат только потенциальному покупателю. Сейчас украшения The Garden of Kalahari путешествуют по миру, и у вас еще есть возможность заполучить их себе в коллекцию.

ПОЧЕМУ СПРОС НА ОЧЕНЬ ДОРОГИЕ УКРАШЕНИЯ РАСТЕТ

Можно сказать, что выход Шарлиз — это знаковое событие, ведь продажи украшений сегмента high jewelry неуклонно растут, в отличие от среднего сегмента. Даже потенциальные покупатели предметов высокого ювелирного искусства относятся к той категории населения, которая наименее подвержена негативным экономическим потрясениям. Что уж говорить о постоянных клиентах известных домов. В новом бутике Sotheby's Diamonds в Лондоне, например, есть бриллиант грушевидной огранки в 13 каратов на черненой цепочке из золота. Его стоимость — 770 тысяч долларов. «Это выглядит очень рок-н-ролльно. Такое украшение можно носить с футболкой или шикарной рубашкой. Мне нравится эта тенденция. Если вы собираетесь тратить такие деньги, то почему бы не носить бриллиант ежедневно?» — говорит Юлия Кастелли, также глава отдела продаж Sotheby's Diamonds и основатель компании Julia Castelli Lifestyle Management, которая специализируется на консалтинге и персональном шопинге в сфере high jewelry.

Как правило, цены на подобные украшения не обсуждаются, а за самими предметами идет настоящая охота. Этот мир куда более закрытый, чем может показаться на первый взгляд. То, что светские девушки иногда выкладывают в инстаграм, — лишь вершина айсберга. Хвастать настоящими сокровищами никто не спешит, а на аукционах чаще всего покупатели желают оставаться неизвестными.

И ВСЕ-ТАКИ: КТО ПОКУПАЕТ «ВЫСОКУЮ ЮВЕЛИРКУ»?

Если вас все же одолело любопытство по поводу размера чужих бриллиантов, проще всего отследить помолвочные кольца — девушки носят их постоянно и не просто не скрывают, но, наоборот, подчеркивают ценность украшения. Большая любовь — большие камни: к примеру, на свою помолвку Бейонсе получила 18-каратный бриллиант в оправе из белого золота. Цена этого кольца авторства звездного ювелира Лоррейн Шварц — 5 миллионов долларов (столько же стоит голубой бриллиант Дженнифер Лопес в 8,5 карата, полученный от Марка Энтони). А уже в этом году на церемонии «Грэмми» Бейонсе выступала в платиновом колье Lorraine Schwartz с крупными бриллиантами стоимостью 12 миллионов долларов. Кстати, помолвочное кольцо Ким Кардашьян от той же Lorraine Schwartz было чуть дороже — бриллиант в 15 каратов стоил 8 миллионов долларов. Еще один камень в списке абсолютных рекордсменов — 35-каратный розовый бриллиант, который бизнесмен Джеймс Паркер подарил певице Марайе Кэри.

Наши девушки также не отстают. Одно время они выкладывали в инстаграм фотографии своих украшений под тегом #весьхлебсвежий — как в старом анекдоте. И хотя делать выводы по фото — дело неблагодарное, все же видно, что вес в 5–10 каратов для камней по тегу — обычное дело. Например, Илона Столье выложила фото с бриллиантом огранки «маркиз» весом до 30 каратов. Определить точную ценность помолвочного кольца Ольги Карпуть по фото невозможно, но и на глаз видно, что камень очень, очень серьезный. Изумрудное колье Снежанны Георгиевой — задача под звездочкой. Одиннадцать зеленых камней (от 5 до 8 каратов в каждом) плюс бриллианты. В число любительниц тяжелой артиллерии входят также Виктория Шелягова, Надежда Оболенцева, Ида Кехман, Наталья Якимчик и Яна Рудковская.

«Первые украшения такого уровня появились у меня еще в юности. Их мне дарил отец. С тех пор у меня нет украшений, так скажем, попроще. В нашей семье отношение к ювелирным предметам особенное: у нас есть семейный ювелир, и я всегда подбираю одежду под украшения, а не наоборот. Крупные сапфировые серьги и белоснежная рубашка — что может быть эффектнее? — рассказывает клиентка ювелирных домов Алена Дальская. — Вообще по-настоящему дорогие украшения способны выстроить твой внешний вид самым особенным образом. Хотя, конечно, есть и сложности. Если ты их везешь с собой, то все время испытываешь стресс, а если оставляешь, то всегда должен отдавать на хранение в специальное место. Я не хвастаюсь такими украшениями в социальных сетях — мне кажется, что это просто небезопасно». С Аленой согласна и генеральный директор «Домио Груп», клиентка ювелирных брендов Юлия Данилова: «На мой взгляд, хвастать украшениями в принципе нетактично. В первую очередь ты надеваешь то, что радует тебя. Обычно это подарок близкого человека, и такие вещи точно не нуждаются в обсуждении общественности. Считаю, что украшения должны приносить прежде всего удовольствие и радовать. Рассматривать это как инвестицию не совсем правильно, на мой взгляд. Инвестиции лучше делать в бизнесе, а украшениями просто наслаждаться».

КТО И КАК ИНВЕСТИРУЕТ В ДОРОГИЕ УКРАШЕНИЯ

И все же инвестирование средств с расчетом на будущие дивиденды — очень популярная мотивация для покупки high jewelry. Наталия Листопад, директор киевского бутика Cartier, объясняет: «Если речь идет о высоком ювелирном искусстве, то, конечно, покупка часто носит инвестиционный характер. Такие предметы в Сartier — это исключительно кропотливая работа ювелиров, редкие камни и уникальный дизайн. Здесь по продажам лидируют изделия из коллекции Tutti Frutti и коллекция Panthère de Cartier — настоящая икона дома и одна из самых любимых среди наших клиентов. Если посмотреть каталоги аукционных домов Sothbey’s и Christie's, то мы увидим, что украшения Cartier не просто широко представлены — суммы продаж превышают заявленные ставки в три, а порой и в пять-семь раз. Самой громкой продажей за последнее время можно назвать жадеитовой колье с застежкой из рубинов и бриллиантов, которое в свое время получила на свадьбу Барбара Хаттон. Сумма составила 27,44 миллиона долларов».

Есть и коллекционеры, которые покупают исключительно камни. Иногда это дорогое хобби, которое приносит удовольствие, а иногда разумное вложение капитала. Буквально на днях, 4 апреля, на аукционе Sotheby's в Гонконге за 533 миллионов гонконгских долларов (это приблизительно 71,2 долларов США) был продан бриллиант «Розовая звезда» (The Pink Star) весом 59,6 карата — новый абсолютный мировой рекорд цены для драгоценных камней любой категории. Алмаз был найден специалистами компании De Beers еще в 1999 году и весил тогда 132,5 карата. После обработки, которой занималась компания Steinmetz Diamonds, камень получил овальную форму и смешанный тип огранки. Покупателем стала гонконгская компания Chow Tai Fook Jewellery Group — крупнейшая по капитализации сеть ювелирных магазинов в мире.

«Инвестирование в цветные драгоценные камни — процесс более сложный, чем инвестирование в бесцветные бриллианты, пусть даже и очень крупные, — делится Ольга Волина, геммолог и директор по продажам компании Gemstone. — Если для бриллиантов есть ориентировочные цены от Rapaport и система определения цены и качества 4С, то при покупке цветных камней нужно обладать огромным опытом, интуицией, постоянно следить за рынком и анализировать. Без квалифицированного геммолога с большим опытом закупок тут не обойтись. К тому же цветных камней в природе гораздо меньше, чем бриллиантов, и поэтому процесс их покупки — это почти всегда gem hunting. Это похоже на охоту за редкими произведениями искусства. При этом инвестиционная составляющая, или, проще говоря, возврат инвестиций, если камень куплен правильно, гораздо выше. Например, некоторые камни за 10–15 лет взлетели в цене более чем в восемь-десять раз. Так было с цаворитом (зеленым гранатом), синим турмалином и турмалином параиба. Невероятный рост в цене и популярности за это время был у камня шпинель — о нем еще недавно мало кто знал, а сейчас шпинель иногда стоит дороже сапфиров. В 2015 году Hope Spinel из коллекции британского коллекционера Генри Филиппа Хоупа (редкий драгоценный камень в 50,13 карата розового оттенка) был продан на аукционе почти за полтора миллиона долларов. И это при стартовой цене в триста тысяч. Тут важно понимать, что речь идет только о действительно качественных, абсолютно натуральных камнях довольно крупного размера. Сейчас после небольшого спада китайские байеры снова активно выходят на рынок, тем самым сильно подогревая цены. Если учитывать, что многие месторождения истощаются, а богатых людей с новыми деньгами, желающими их вкладывать, становится больше, можно смело сказать, что рост цен на редкие цветные камни будет продолжаться».

КАК СТАТЬ ПОКУПАТЕЛЕМ HIGH JEWELRY?

Действительно, так называемых новых денег сейчас становится все больше, но попасть на мероприятия, организованные для показа коллекции high jewelry, непросто. Нужно иметь не только хороший стартовый капитал, но и быть клиентом с достойной историей покупок. В прошлом году Cartier устраивал для узкого круга своих клиентов гала-ужин на Французской Ривьере, место встречи в этом года пока что держат в секрете. В Bvlgari свою главную коллекцию high jewelry показывают раз в год в начале лета: «Каждый раз для этого события выбирают самые живописные места и города Италии: Флоренция, озеро Комо, Портофино. А в этом году будет Венеция. Первыми увидеть коллекцию смогут только самые особенные клиенты бренда со всего мира. Как правило, больше всего гостей — из США, Японии и других стран с растущей экономикой. Именно эти гости имеют первоочередное право приобрести шедевры в свои коллекции», — рассказывает директор бутика Bvlgari Наталья Череп.

Еще можно найти агента, который отлично знает коллекции больших домов и в курсе, какие вещи показывают только очень узкому кругу покупателей. Это особенно актуально, если нет времени вникать в такие подробности, как чистота, цвет и размер камней, в историю украшений и названия техник. «У меня было много случаев, когда клиенты покупали ювелирные изделия по фотографиям, которые я им высылала. Еще я часто работаю по заказам bespoke, когда дизайн и камни изделия подбираются в зависимости от бюджета и желаний клиента. Иногда поиски редких камней занимают месяцы и даже годы, если желание очень специфическое, а такого подходящего камня на рынке нет», — рассказывает Юлия Кастелли.

Самый реалистичный (и прозаический) способ — заказать украшение по специальной книге-каталогу. У Chopard, скажем, коллекция high jewelry выходит в преддверии Каннского кинофестиваля, который бренд спонсирует из года в год: на момент написания этого материала красные книги с фотографиями украшений за 2016 год находятся в бутиках бренда. Стоимость одного кольца (изумруд в 5 каратов и бриллианты общим весом 0,8 карата) — 390 тысяч долларов.

МЕСТО HIGH JEWELRY В МИРЕ БОЛЬШИХ ДЕНЕГ

Несмотря на глобальную экономическую нестабильность, продажа очень дорогих ювелирных украшений на подъеме, а крупная сделка, которая раньше могла занять год, теперь осуществляется в течение шести месяцев. По данным NY Times, например, в Chanel Fine Jewelry неуклонно увеличивают количество особенно ценных украшений, а средняя цена только за 2016 год выросла с 250 тысяч до 400 тысяч евро. Если учитывать, что 25 процентов клиентов ювелирных домов — это покупатели high jewelry, то объемы продаж очень впечатляют. Когда в прошлом году на неделе моды в Париже ограбили Ким Кардашьян, ее запасы драгоценностей похудели на 9 миллионов долларов. Для знаменитости это украшения для недельного пребывания во Франции и всего лишь капля в море в сравнении с тем, что находится у нее дома. Сложно даже представить, сколько еще есть девушек с аналогичными или даже бóльшими запасами, имена которых никогда не появятся в прессе — мы знаем и видим только тех, кто хочет, чтобы мы о них знали.

Вы, наверное, слышали о Муне Аюб, бывшей жене саудовского миллиардера Нассера аль-Рашида, которая прославилась своей роскошной коллекцией нарядов Dior, Chanel, Jean-Louis Scherrer и даже отремонтировала для них замок d'Auteuil, чтобы превратить его в «частный музей кутюра». Так вот она рассказала, что покупка ювелирных украшений была единственным видом деятельности, которым она могла бы заниматься в Саудовской Аравии. В 2002 году, когда ее яхта врезалась в скалу возле Корсики, а сумка Louis Vuitton с драгоценностями на 9,6 миллиона долларов упала в воду, Муна была готова броситься за ней: «Я бы нырнула за ней на дно океана, если бы она затонула, но, к счастью, сумка была сделана из новой лакированной кожи, и поэтому она просто плавала на поверхности». По ссылке можно почитать об украшениях, которые Муна продала на аукционе после развода.

Все это звучит как истории об алмазных подвесках королевы, но, как видите, любители по-настоящему крупных бриллиантов живут среди нас и подходят к покупке драгоценностей с холодной головой, даже если приобретают их просто для удовольствия. Почему их завораживают дорогие кольца и серьги? Николя Бос, CEO Van Cleef & Arpels, объяснил французскому Marie Сlaire:

«В ТАКИЕ УКРАШЕНИЯ ЗАЛОЖЕНА ИДЕЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТИ, НЕДОСТУПНОСТИ ДЛЯ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ. ЭТО ТЕАТРАЛЬНАЯ ПОДАЧА ДЕНЕГ И СПОСОБ ПОДЧЕРКНУТЬ ВЛАСТЬ — ТАКОЙ ЭФФЕКТ ОКАЗЫВАЕТ, НАПРИМЕР, КОЛЬЦО ЕПИСКОПА. И ЕЩЕ ВАЖЕН АСПЕКТ ВРЕМЕНИ: ВМЕСТЕ С КРОШЕЧНЫМ ПРЕДМЕТОМ ВЫ ПОКУПАЕТЕ МИЛЛИАРДЫ ЛЕТ, КАК ЕСЛИ БЫ ВЫ КУПИЛИ ДИНОЗАВРА. ОБЗАВОДЯСЬ ТАКИМ УКРАШЕНИЕМ, ВЫ ПРИОБРЕТАЕТЕ ВЕЩЬ, КОТОРАЯ ПЕРЕЖИВЕТ ВАС. ДРАГОЦЕННОСТИ — ЭТО СПОСОБ ПРИКОСНУТЬСЯ К ЛЕГЕНДЕ».