Как разведка «Моссад» 70 лет устраняет врагов еврейского государства

Lenta.ru 4 апреля 2021
Фото: Lenta.ru
Израильский «Моссад», пожалуй, самое закрытое разведсообщество мира. Его прошлое и настоящее окутаны ореолом секретности, а то, с каким упорством и хладнокровием агенты этой спецслужбы расправлялись с врагами Израиля, до сих пор поражает воображение. При этом об истинных масштабах деятельности «Моссада» остается лишь догадываться. Но со дня основания спецслужбы, 1 апреля 1951 года, многое изменилось, и свое 70-летие израильская разведка встречает в весьма непростых обстоятельствах. Спецслужбу упрекают в том, что вместо защиты государственных интересов она все больше заботится об интересах отдельных политиков. А еще современные технологии с каждым годом все больше осложняют жизнь тайным агентам, разрушая их имидж невидимок. Как «Моссад» стал одной из самых эффективных спецслужб мира, почему его визитной карточкой являются точечные ликвидации и с какими врагами сражается сегодня израильская разведка — разбиралась «Лента.ру».
Еврейские мстители
Свои истоки «Моссад» берет в начале ХХ века в подпольной сионистской военной организации «Хагана», действовавшей во времена британского мандата в Палестине. Поначалу роль ее бойцов сводилась к расправам над арабами, которые были не рады притоку евреев из Европы. На переселенцев часто нападали на улицах, устраивали погромы в еврейских кварталах и оскверняли синагоги. Арабская полиция закрывала глаза на происходящее, поэтому евреям пришлось самим озаботиться своей безопасностью. «Хагана» преследовала и тех, кто препятствовал созданию независимого еврейского государства — будь то даже евреи, которые, например, верили, что лишь новый мессия может вернуть их народ на исконные земли.
После антиеврейских беспорядков 1929 года, когда за одну неделю погибло 133 человека и еще более трех сотен были ранены, «Хагана» стремительно трансформировалась из группировки мстителей в полноценное ополчение. В какой-то момент в ее рядах состояло почти все взрослое еврейское население Палестины. Одно из подразделений организации, «Шай», по сути стало прообразом современной израильской разведки: его члены занимались сбором данных, а также вербовкой информаторов и агентов.
AP
С основанием независимого еврейского государства Израиль в 1948 году бывшие участники военизированных сионистских формирований заняли ключевые посты в службах безопасности молодой страны. Именно они сформировали главные принципы работы будущей спецслужбы, взяв за основу партизанские методы борьбы и технику точечной ликвидации.
Сам «Моссад» появился не сразу, его предтечей стал учрежденный в 1948 году исследовательский отдел политдепартамента Министерства иностранных дел Израиля. И только 1 апреля 1951 года — после ряда трансформаций — организация была преобразована в «ха-Мосад ле-модиин у-ле-тафкидим меюхадим» («Ведомство разведки и специальных задач»), или сокращенно «Моссад» («ведомство»). Спецслужба подчинялась уже напрямую премьер-министру.
Карающая длань израилева
Отравленная зубная паста и ядовитый шоколад, взрывающиеся мобильные телефоны и заминированные шины, подмена деталей ядерного реактора на бракованные и вербовка любовниц террористов — детали израильских спецопераций, просочившиеся в СМИ или рассказанные в мемуарах бывших разведчиков, нередко поражают воображение. В этом смысле старый лозунг «Моссада», взятый из Книги Притчей Соломоновых, — «Хитростью и обманом веди войну свою» — как нельзя лучше описывает modus operandi израильской спецслужбы.
Уникальной является и сама структура «Моссада» — она разительно отличается от других разведок мира. Как это нередко бывает, информация о точном числе ее сотрудников засекречена.
По разным оценкам, количество штатных работников «Моссада» составляет от 1200 до 7 тысяч человек. Это существенно меньше, чем, как считается, работают в  США 
При этом разведчиков-оперативников (катса, аналог case officer ЦРУ) всего 30-35 человек, рассказывает бывший разведчик Виктор Островский в своей книге «Моссад: путем обмана». Они руководят обширной агентурной сетью, насчитывающей десятки тысяч человек по всему миру — от врачей в сирийских больницах до дипломатов в Египте. В операциях «Моссаду» нередко помогают добровольцы из числа еврейской диаспоры в странах-целях (так называемые сайаны). Их задача может сводиться к чему-то совершенно элементарному — например, передать шпиону мобильный телефон или арендовать для него квартиру. Никаких других деталей операции они, как правило, не знают.
Шпионажем внутри страны противника занимаются «нелегалы» — резиденты с идеальной «легендой». Некоторым из них удалось настолько глубоко внедриться в стан врага, что их разоблачение становилось сенсацией международного масштаба. Так было в случае с Эли Коэном, который в 1960-е сумел втереться в доверие высших чинов сирийской власти. Он даже стал третьим в списке кандидатов на пост президента Сирии незадолго до того, как его раскрыли. После разоблачения еврейского разведчика казнили, и операция фактически провалилась. Однако Коэну удалось раздобыть секретные сведения, которые помогли Израилю одержать решительную победу в Шестидневной войне и завоевать Голанские высоты.
Public Domain / Wikimedia
За одно из основных направлений работы «Моссада» — физическое уничтожение врагов еврейского государства — отвечает специальное подразделение «Кидон» («копье»). По словам Островского, это подразделение состоит всего из трех отрядов по дюжине профессиональных убийц, отобранных из числа солдат элитных подразделений армии. В качестве меры предосторожности им не сообщают не только ничего о других структурах «Моссада», но и имена друг друга.
Лицензия на убийство
На протяжении десятилетий агенты «Моссада» методично выискивали врагов еврейского государства. В их послужном списке нацистские военные преступники, включая ответственного за «окончательное решение еврейского вопроса» Адольфа Эйхмана, убийцы членов израильской сборной на Олимпиаде в Мюнхене, главари палестинских террористических организаций и иранские ученые-ядерщики.
«Моссад» отдает предпочтение точечным ликвидациям — без лишних жертв и максимально красноречиво. Раньше подготовка подобных операций нередко занимала месяцы или даже годы. К планированию и сбору необходимой информации могли привлекать сотни агентов по всему миру, а детали операции знали лишь несколько оперативников. Цель изучали досконально: распорядок дня, ближайшее окружение, комплектацию автомобиля, привычки и капризы — словом, все, что может сказаться на успехе операции.
Технологический процесс сильно ускорил процесс подготовки. Теперь еврейское государство может спланировать и осуществить такие операции в разы быстрее: не только когда того требуют обстоятельства или когда есть сведения о неминуемой угрозе стране, а просто когда подворачивается удобная возможность, чтобы вычеркнуть еще одно имя из списка «врагов Израиля». Ами Аялон, возглавлявший внутреннюю службу разведки «Шабак» в 1996-2000 годах, описал такой подход современных израильских разведслужб как «банальность зла».
«Ты привыкаешь убивать. Человеческая жизнь становится чем-то простым, легко утилизируемым. Ты тратишь 15-20 минут на то, чтобы выбрать, кого убить. Два-три дня на то, чтобы решить, как. Ты имеешь дело с тактикой, а не с последствиями», — Ами Аялон, бывший руководитель «Шабак».
Public Domain / Wikimedia
Разведчиков «Моссада» отучивают мыслить категориями этики и морали еще в самом начале службы. В своей книге Островский рассказывает, что катса тренируют доставать пистолет при любой опасности и не заботиться о том, что может произойти со случайными свидетелями перестрелки, — эгоизм в разведке воспринимается скорее как хорошее качество.
«Зритель станет свидетелем смерти — твоей или твоего противника. Если умрешь ты, то не все ли равно, ранят зрителя или нет? Речь идет о выживании. Твоем выживании. Нужно забыть о честности. В такой ситуации можно либо убить, либо погибнуть. Твоя обязанность — беречь и защищать имущество «Моссада». А это имущество — ты», — Виктор Островский, писатель, бывший разведчик «Моссада».
Впрочем, немало представителей израильского разведсообщества оправдывают подобную хладнокровность и безжалостность тем, что на кону стоит безопасность родины. «Я не думаю, что может идти речь о какой-то моральной дилемме, когда делаешь то, во что веришь, и что спасет жизни граждан, которых тебе поручено защищать», — считает Рам Бен-Барак, бывший замглавы «Моссада» и депутат Кнессета.
Более того, в «Моссаде» верят, что точечные ликвидации помимо очевидной практической цели оказывают и важный психологический эффект. На протяжении всей своей истории Израиль, население которого сопоставимо с Москвой, был окружен двумя десятками мусульманских стран, настроенных к еврейскому государству, мягко говоря, враждебно. Что 10 миллионов человек могут противопоставить 500 миллионам? Хитрость и беспощадность. Противника нужно убедить в том, что шпионы «Моссада» повсюду и что от израильского «копья» невозможно скрыться.
По мнению журналиста Ронена Бергмана, такое отношение проистекает из травмы, нанесенной холокостом: израильскому руководству и гражданам кажется, что над страной нависла угроза полного уничтожения, и что, как и в случае с холокостом, никто не придет к ним на помощь.
И все же «Моссад» обычно предпочитает оставаться в тени: для любой спецслужбы успехи, как правило, остаются тайной. Достоянием общественности становятся провалы — а они тоже были за 70-летнюю историю организации.
Czarek Sokolowski / AP
Верный пес израильского премьера
На рубеже 2000-х «Моссад» начал отходить от политического шпионажа в сторону целенаправленных акций против двух главных оппонентов Израиля в регионе — Ирана и Палестины. Мэир Даган, возглавлявший внешнюю разведку в 2002-2011 годах, достаточно прямолинейно объяснил смену приоритетов: «Мы не Соединенные Штаты, и если продолжим наивно полагать, будто можем делать все и сразу, то в конечном счете не сделаем ровным счетом ничего». Объектами израильских атак становятся не только боевики и военачальники, но и ученые-ядерщики: именно «Моссаду» приписывают недавнее громкое убийство иранского ученого Мухсина Фахризаде, «отца иранской ядерной бомбы».
Впрочем, не Ираном и Палестиной едиными. На заре пандемии COVID-19 «Моссад» бросил все силы на поиск оборудования, реагентов и производственных технологий, необходимых в борьбе с новой напастью. По словам высокопоставленного сотрудника разведки, израильской спецслужбе даже удалось заполучить аппараты, уже заказанные другими странами. В Израиле, в общем, справедливо рассудили, что на войне — даже с вирусом — все средства хороши.
Тем не менее былая слава некогда одной из самых престижных разведок мира с каждым годом неуклонно угасает
В феврале 2021 года израильский истеблишмент был потрясен внезапной отставкой замглавы «Моссада», известного под прозвищем Алеф. Разведчик стоял за многими громкими и успешными операциями против Ирана, и его уход на фоне растущей угрозы со стороны Тегерана казался многим нелогичным и странным.
Интрига сохранялась недолго — спустя месяц Алеф дал интервью, в котором обрушился с критикой лично на премьера Нетаньяху. По словам разведчика, именно «плохое руководство» виновно в неудачах в противостоянии с Ираном.
«Только взгляните, сколько урана накопил Иран, как растет его региональное влияние, — это ужасно. Но те операции, которые мы за это время осуществили? Потрясающие», — Алеф, бывший замглавы «Моссада».
Разведчик также предупредил: независимость спецслужбы оказалась под угрозой. Его опасения были не напрасны.
В середине марта стало известно, что нынешний глава разведки Йоси Коэн поклялся в верности лично чете Нетаньяху, чтобы получить заветную должность. И Коэн, и жена Нетаньяху Сара эту информацию, конечно же, опровергли. Однако в Израиле опасаются, что под его руководством «Моссад» действительно рискует превратиться в верного пса израильского премьера: будет безоговорочно выполнять любой его приказ, даже если это противоречит национальным интересам.
AP
Вызовы нового времени
Сам же Коэн считает главной угрозой своему агентству не «плохое руководство», а хайтек. Современные технологи хоть и убыстряют планирование, но позволяют раскрыть личность агента по отпечатку пальцев, сетчатке глаза и очертаниям лица — и с этим приходится считаться. «Это проблема совершенно иного порядка», — пожаловался он.
Быстрое развитие технологий создает и другую проблему: текучка кадров. В погоне за «свежей кровью» израильская разведка даже обратилась к совсем уж нестандартному средству — сериалам. На стриминговых платформах все чаще появляются картины, вдохновленные и, пожалуй, излишне романтизирующие самые громкие операции израильской спецслужбы.
Так, Саша Барон Коэн, более известный по роли Бората, сыграл легендарного разведчика и своего однофамильца Эли Коэна в сериале для Netflix. На Apple TV вышел телесериал «Тегеран», рассказывающий о разведчице-хакере, которая пытается противостоять ядерной программе Ирана, скрываясь в его столице. А известная израильская топ-модель Бар Рафаэли снялась в фильме «Кидон», посвященном убийству одного из главарей палестинского движения ХАМАС Махмуда аль-Мабхуха в Дубае.
В «Моссаде», который исторически стремился сохранять ореол таинственности, против столь повышенного к себе внимания не возражают, а наоборот всячески этому потакают, лишь бы убедить молодежь: работать на нас — это круто и захватывающе
А воодушевленная молодежь, в свою очередь, может зайти на сайт «Моссада» и заполнить специальную анкету соискателя. Впрочем, как часто эти резюме просматривают и насколько велики шансы пополнить после этого ряды израильской разведки, по понятным причинам, неизвестно.
Однако даже подобной популяризации «Моссада» может оказаться недостаточно для того, чтобы сохранить за разведкой лидирующие позиции в мире. Исследователь Бамбергского университета Тамир Либель отмечает, что спецслужба не успела адаптироваться к тем геополитическим сдвигам, которые произошли в мире после окончания холодной войны. По мнению ученого, в погоне за успешными точечными операциями израильская разведка упустила возможность для важных структурных преобразований, которые помогли бы ей дольше оставаться на плаву.
Справится ли «Моссад» с новыми вызовами или окончательно превратится в марионетку израильских политиков, промышляющую разовыми акциями против иранцев и палестинцев, — покажет время. Очевидно лишь одно: очарование «самой засекреченной разведкой» пройдет нескоро. И чем больше сотрудников «Моссада» будут, выходя на пенсию, садиться за мемуары, тем чаще в рекомендациях условного Netflix или телеканала HBO будут выскакивать сюжеты про израильских «джеймсов бондов», хладнокровно, цинично и красиво устраняющих врагов, мимоходом спасая все прогрессивное человечество.
Комментарии
8
Истории , Жизнь после смерти , Саша Барон Коэн , Сара Нетаньяху , Адольф Эйхман , Хамас , Netflix , Apple , ЦРУ , Lenta.ru
Читайте также
Как сегодня: 11 цветных фотографий Российской Империи и СССР
Космонавт усомнился в версии Леонова о причине гибели Гагарина
3
Последние новости
Кремль прояснил вопрос увеличения выходных дней на майских праздниках
Зеленский попросил организовать переговоры с Путиным о Донбассе
Индия одобрила вакцину «Спутник V»