Ужасы Собибора: как работал нацистский «конвейер смерти»

Небольшой польский полустанок, затерянный в глухих приграничных лесах, железная дорога, уходящая в тупик, и белая табличка с крупной надписью «Собибор». Таким видели это место люди, прибывающие на узкий импровизированный перрон.

Ужасы Собибора: как работал нацистский «конвейер смерти»
© Мир24

80 лет назад здесь произошло событие, ставшее символом несокрушимости человеческого духа в борьбе со злом. 14 октября 1943 года узники нацистского лагеря смерти устроили массовый бунт, который вошел в историю как единственное успешное восстание во время Второй мировой войны.

Для нацистов лагеря смерти были эффективным средством «окончательного решения еврейского вопроса». С этой целью и был построен Собибор. Лагерь просуществовал чуть менее полутора лет, и за это время в нем было уничтожено около 250 тысяч человек. Как был устроен «конвейер смерти»? Почему оттуда невозможно было сбежать? И кому все же удалось вырваться из ловушки? MIR24.TV собрал пять важных фактов о страшном немецком проекте.

«Мармеладная фабрика», Или «Тирольская деревня»

Строительство лагеря Собибор в восточной Польше началось в конце февраля 1942 года. В отличие от многих других нацистских лагерей, этот был особо секретным. Даже жители окрестных деревень думали, что здесь, как и в мирное время, происходят лесозаготовки. Так что к вагонам особо не присматривались.

Впрочем, немцы заранее придумали легенду для поляков о строительстве кондитерской фабрики. Люди, прибывавшие сюда в первых эшелонах, были уверены, что приехали работать на мармеладный завод.

Нацисты уделили большое внимание внешнему виду лагеря. Территорию озеленили лужайками и садами, на переднем плане разбили клумбы с цветами, дорожки аккуратно выложили гравием. Проходя мимо уютных домиков эсэсовцев с красочными названиями «Веселая блоха», «Ласточкино гнездо», «Божий дом», никто и подумать не мог об истинном предназначении этого места.

Для немецких офицеров здесь также располагались конюшня, столовая, парикмахерская, были даже боулинг и стоматология. Выживший узник Жюль Шелвис впоследствии вспоминал, как многие новоприбывшие успокаивались при виде такой «тирольской деревни с бараками, похожими на коттеджи, с их яркими занавесками и геранью на подоконниках».

Спастись было невозможно

У тех, кто оказывался в Собиборе, не было никаких шансов спастись. Три ряда колючей проволоки под напряжением, рвы с водой, вокруг – минные поля. Часовые на вышках круглосуточно следили за каждым шагом заключенных.

Внутри лагерь делился на зоны, каждая из которых имела свое конкретное предназначение. В первой зоне находились мастерские и жилые бараки для людей, которых привлекали к работам в лагере. Вторая зона отводилась под парикмахерские бараки и склады, где сортировались и хранились вещи убитых. Самой страшной была третья зона – в ней находились так называемые «бани», в которых раздетых и остриженных людей травили газом. Позже немцы решили отстроить четвертую зону, чтобы превратить Собибор еще и в концентрационный лагерь.

Одновременно в газовой камере могло находиться до 800 заключенных. Большинство отправлялось туда сразу по прибытию в лагерь. Те, кого оставляли в живых, обслуживали этот «конвейер смерти», а потом и сами становились его жертвами.

Еще до знаменитого восстания в лагере было несколько попыток побега. Но все они не увенчались успехом. Беглых людей находили в ближайших деревнях, ловили в лесах и показательно расстреливали вместе с сотнями других заключенных. При этом после каждого такого эпизода усиливалась охрана и ужесточался порядок пребывания.

Мыло из людей

Будни в Собиборе мало чем отличались от того, что происходило в других лагерях смерти. Однако кое в чем собиборовские палачи проявили фантазию и личную инициативу. Чтобы скрыть от окружающего населения страшную действительность, в подсобных хозяйствах лагеря развели стада гусей. Когда немцы заводили в «душ» очередную партию жертв, птиц выгоняли во двор и дразнили, заставляя кричать. Громкий гусиный гогот должен был заглушать человеческие крики и стоны.

Практичные немцы смогли превратить лагеря смерти в промышленный конвейер. Сегодня никто уже не сможет подсчитать, сколько «концлагерного золота» из ювелирных украшений и зубных коронок хранится в золотых запасах Германии. Известно, что только из одного Освенцима было вывезено 8 тонн драгметалла.

Также до сих пор неизвестно, сколько бочек с человеческим жиром прибыло из Собибора на немецкие предприятия. Нацисты соорудили специальное приспособление, собирающее жир из тел убитых в процессе сжигания. К этому сырью добавляли соду с водой и получали мыло. И хотя сегодня многие исследователи оспаривают правдивость этого факта, несколько образцов такого мыла было представлено на Нюрнбергском процессе. Увидеть страшный экспонат можно и в иерусалимском музее Холокоста.

Состриженные волосы узников из Собибора тоже шли в производство. Их отправляли на войлочную фабрику с Нюрнбергом. Из этого материала изготавливали подушки и ковры или шили зимнюю форму для солдат вермахта.

Побег из ада

18 сентября 1943 года в Собибор привезли советских военнопленных-евреев из минского трудового лагеря СС. Почти все новоприбывшие были отправлены в газовые камеры, за исключением 80 человек, отобранных для работ. Среди спасшихся оказался офицер Красной армии Александр Печерский.

В течение трех недель он и его товарищи вместе с руководителем лагерного подполья Леоном Фельдгендлером сумели разработать план массового побега из лагеря. По нему заключенные должны были сначала поодиночке уничтожить немецких офицеров, а затем захватить склад с оружием и перебить охрану. Осуществить задуманное удалось лишь частично. Восставшие ликвидировали 11 эсэсовцев из персонала лагеря и нескольких охранников, но завладеть оружейным складом они так и не сумели – в лагере началось построение, и немцы быстро заметили, что часть офицерского состава исчезла.

Из 550 заключенных в восстании приняли участие 420 человек. Когда мятежники бросились бежать, охрана открыла по ним огонь. При побеге погибли около 80 человек – в кого-то попала пуля, а кто-то подорвался на минах, расставленных у входа в лагерь. 130 узников приняли решение остаться в лагере, но на следующий день после восстания немцы убили всех, кто оставался в Собиборе, а сам лагерь сровняли с землей.

Фашисты долго преследовали выживших – кого-то ловили в лесах неподалеку от лагеря, с некоторыми позже расправлялись коллаборационисты. В итоге из почти 350 сбежавших узников Собибора до конца войны дожили всего 53 человека. Среди них был и лидер восстания : ему вместе с несколькими соратниками удалось добраться до Беларуси. Там он присоединился к отряду партизан, пускал под откос немецкие эшелоны, затем служил в штурмовом стрелковом батальоне.

Палач Третьего Рейха

Единственным выжившим из начальства в Собиборе оказался начальник лагеря, обершарфюрер . Пока бунтовщики тихо расправлялись с надзирателями, он находился в душе. Позже ему пришлось руководить уже демонтажем лагеря смерти. Собибор скоропалительно уничтожили, а на его территории высадили елки, чтобы скрыть следы нацистских преступлений.

После войны Карл Френцель остался в Германии и устроился техником-осветителем во Франкфурте. В 1962 году его случайно опознали на улице и арестовали. Палачу было предъявлено обвинение в собственноручном убийстве 42 евреев и участие в убийстве примерно 250 тысяч евреев. Представ перед судом, палач сказал, что сожалеет о происходившем в концлагерях, но во время войны считал, что это законно и даже необходимо.

Френцель был приговорен к пожизненному заключению, но через 26 лет его освободили в связи с достижением преклонного возраста и плохим здоровьем. Карл Френцель умер в 1996 году в возрасте 85 лет, пережив Александра Печерского на шесть лет.

«Когда мои дети и друзья спрашивают меня, действительно ли все это происходило, я говорю им, что да, действительно. Тогда они говорят, что это невозможно, на что я еще раз отвечаю им, что все это правда. Неверно говорить, что этого никогда не было», – сказал однажды Френцель в интервью.