В годы Великой Отечественной войны курянин служил фронтовым поваром. Впрочем, повар на передовой – точно такой же солдат, как и его боевые товарищи. В любую минуту он должен быть готов заменить выбывших из строя пулемётчиков или оказать медицинскую помощь. Но при этом не забыть накормить солдат. Редкими фотографиями и воспоминаниями с редакцией поделилась его дочь Тамара Полякова. На первый взгляд, это самые обычные воспоминания о самом обычном человеке. В них нет ни сногсшибательных подвигов, ни «срывов покровов», но именно из таких обычных судеб обычных людей и складывалась победа. Именно такие люди подняли страну из руин после войны. Гвардии младший сержант Поляков Евгений Константинович родился в Курске декабре 1910 года, умер в январе 1977-го. Был призван на фронт в июне 1941-го. Зачислен в 29-ю кавалерийскую дивизию санитаром с июня 1941 года по март 1942 года. В 6-м Гвардейском кавалерийском корпусе 44ППГ служил старшим поваром с марта 1942-го по ноябрь 1945 года. Демобилизован 13 ноября 1945 года. Халат с фронта Евгений Константинович не думал, что когда-то будет трудиться на кухне. В молодости, до войны, он работал себе на мебельной фабрике. Но, как и у многих людей, судьбу парня изменила война. В июле 1941-го его призвали в ряды рабоче-крестьянской Красной Армии. Полякова выучили по нужной фронту специальности, и в должности повара он оказался в военном госпитале. Служба была здесь круглосуточной: раненых могли привести в любое время суток. Многим из-за характера ранений требовалось специфическое питание. Обеспечить его в условиях стандартного продуктового пайка – особое искусство. Основными блюдами в меню полевой кухни были каши – перловая, гречневая, пшёнка. Для питательности, чтобы человек получал белок и жиры, в них добавляли тушёнку – самый распространённый мясопродукт. Полевая кухня была простой – крупы, картофель, компот, на первое – суп. Из этого и приходилось что-то выкраивать для особых случаев. Потом уже, когда победа была близка, стол разнообразили трофейными консервами и другими припасами. Одно из любимых солдатами блюд полевой кухни – кулеш – представляло собой навар из пшена с салом. Рецепт приготовления кулеша фронтовой повар частенько использовал и после войны, в мирной жизни. Конечно, главная форма солдат Великой Отечественной – гимнастёрка. Но у повара имелась и своя, особая – халат на завязках. Его Поляков привёз домой вместе с гимнастёркой. А ещё награды: медали «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За освобождение Праги», «За взятие Вены», «За взятие Будапешта» и нагрудный знак «Отличный повар». А также благодарности Верховного Главнокомандующего СССР. «Тебя одну люблю» Когда Евгения Константиновича призвали в армию, супруга Вера Владимировна осталась с тремя детьми в Курске. Фронту старались помогать кто чем мог. Вера Владимировна рыла окопы, ухаживала в госпитале за ранеными, старшая дочь вместе с другими школьниками помогали взрослым в госпитале, заготавливали дрова, выкорчевывая корни. Но, конечно, надо было выживать и самим. Бабушка ездила в деревню, где оставляла одежду и мебель, а возвращалась с продуктами. Даже домашнюю собаку, овчарку по имени Пальма, пришлось обменять на соль. Так было лучше и для хозяев, и для самой собаки, которую в городе было нечем кормить. – Позже люди из той деревни передали, что наша собака охраняет амбар, – рассказывает Тамара Евгеньевна. А когда в 1945 году глава семьи вернулся с фронта, он завёл новую собаку. Назвали её Дамка. Во время оккупации Курска один из штабов фашистов разместился на улице Мирной, где жили Поляковы. Отступая, они взорвали здание. Жилья у семьи не осталось. Но всё это меркло перед пониманием: свои вернулись! После освобождения города возобновились и письма с фронта. Их ждали с надеждой и нетерпением. Каждое из посланий было оптимистичным – с верой в победу, иногда с фотокарточками или с признаниями в любви. «Тебя одну люблю» – надпись на обороте фотографии, где бравый советский солдат запечатлён на фоне парка в Чехословакии. А сколько опасных моментов осталось за бравыми чёрно-белыми кадрами, теперь и не вспомнить и не перечислить. В первые же дни войны подразделение, где служил Поляков, попало в окружение, из живого кольца бойцов вывел командир. Полевая кухня двигалась за действующей армией, готовили первое, второе, третье. Накормить раненых – особая забота. – Папа рассказывал, как в конце войны, кажется, это было в Венгрии, бомба попала в здание, где он находился. Его засыпало и, если бы сразу не откопали, погиб бы… Папа приехал в ноябре, – вспоминает Тамара Евгеньевна. – Когда нам сказали, что отец вернулся, мы бросились к нему с объятиями. Котлеты уже не те! Мирное послевоенное время было отнюдь не беззаботным. Да, фашистов прогнали. Прекратились налёты и обстрелы, перестали гибнуть люди. Но надо было восстанавливать и город, и личное хозяйство. Чтобы прокормить семью, Поляковы после войны держали большое хозяйство. – У нас были свиньи, куры, кролики, огород. Времени свободного, можно сказать, не было. То травы нарвать, то ещё что-либо сделать по хозяйству, – вспоминает Тамара Евгеньевна. – Сколько себя помню, по большим праздникам – на Новый год или Пасху – папа всегда готовил сам. А мама стояла у плиты в будни. Евгений Поляков был восьмым из девяти детей, всеобщим любимчиком, поэтому по «красным дням календаря» в доме всегда собиралось очень много родственников и царил праздник. А что это были за застолья, нужно было видеть и пробовать! Голубцы, пирожки с разной начинкой, фаршированные блинчики, картофельные котлеты, начинённые гречкой с крутым киселём… – Очень вкусную домашнюю колбасу делал папа. Как сейчас говорят, натурпродукт, в магазинах такой вкусной еды не найдёшь. Недавно вот дочь принесла магазинные котлеты – совсем не тот вкус, – делится собеседница. Сейчас в память о папе Тамара Евгеньевна помогает солдатам – шьёт вместе с другими женщинами средства реабилитации и бельё для военного госпиталя. Она профессиональная швея, когда-то преподавала технологию в Клюквинском интернате, и теперь её умения снова пригодились. СПРАВКА «КП» Полевая кухня была нужна, чтобы приготовить пищу и организовать питание бойцов в походных условиях, на удалённых объектах, в военных частях. Как правило, состояла она из нескольких котлов, количество их могло доходить до четырёх. Топились кухни, разумеется, дровами. Чтобы приготовить на роту скромный обед уходило около трёх часов. В меню входили борщ, щи, тушёный картофель, гречка с тушёной или варёной говядиной. Согласно нормативам, утверждённым 12 сентября 1941 года, суточное довольствие красноармейцев и начальствующего состава боевых частей действующей армии выглядело так: Хлеб: с октября по март – 900 г, с апреля по сентябрь – 800 г. Мука пшеничная 2-й сорт – 20 г. Крупа разная – 140 г. Макароны – 30 г. Мясо – 150 г. Рыба – 100 г. Комбижир и сало – 30 г. Масло растительное – 20 г. Сахар – 35 г. Чай – 1 г. Соль – 30 г. Картофель – 500 г. Капуста – 170 г. Морковь – 45 г. Свёкла – 40 г. Лук репчатый – 30 г. Зелень – 35 г. Махорка – 20 г. Спички – 3 коробки (в месяц). Мыло – 200 г (в месяц). Суточное довольствие лётно-технического состава ВВС несколько отличалось: 800 г хлеба, 190 г круп и макарон, 500 г картофеля, 385 г других овощей, 390 г мяса и птицы, 90 г рыбы, 80 г сахара, а также 200 г свежего и 20 г сгущённого молока, 20 г творога, 10 г сметаны, 0,5 яйца, 90 г сливочного, 5 г растительного масла, 20 г сыра, фруктовый экстракт и сухофрукты. Некурящим женщинам-военнослужащим дополнительно полагалось по 200 г шоколада или 300 г конфет в месяц. Для моряков-подводников предусматривалось 30 г красного вина, квашеная капуста (30% от всего рациона), солёные огурцы и сырой лук. Хлеб пекли или на суше, или в специальных печах на больших судах. Также выдавались сухари вприкуску со сгущёнкой и сливочным маслом. Вероника ТУТЕНКО Фото из семейного архива героини

Обед по расписанию
© Курская правда