о справедливых требованиях Греции к Великобритании

«Хотелось бы, чтобы очередной пинок от британского колонизатора заставил греков задуматься, на той ли они стороне в мировом противостоянии. Но надежды на это мало, ведь политические и экономические элиты этой страны на корню скуплены Западом».

Идут столетия, многое меняется, но неизменен колониальный снобизм англичан. Причём этническая принадлежность в данном случае вообще не имеет никакого значения. Премьер-министр Британии пенджабец , чьих унижали британские колонизаторы, теперь ведёт себя как такой же колонизатор по отношению к премьер-министру Греции Кириакосу Мицотакису, который осмелился поднять вопрос о принадлежности скульптур Парфенона, которые стоят в Британском музее.

Британский музей давно пора официально переименовать в Музей ворованных сокровищ. Как известно, египетские пирамиды (как и Парфенон, к слову) не стоят в Британском музее только потому, что они слишком большие и тяжёлые.

Британцы грабили Америку, грабили Индию, грабили Египет, грабили Грецию, грабили все страны, где причаливали их корабли, и даже наш Крым успели ограбить по итогам войны 1853—1855 годов. Вот что писал участник обороны Севастополя, автор идеи создания музея обороны города Пётр Алабин:

«Английские корабли грузятся снарядными осколками, собираемыми в городе, артиллерийскими орудиями и даже гранитом домов и набережных. Французы взяли свои трофеи, и только. Англичанам мало трофеев, им нужна прибыль: чугун осколков, свинец пуль, гранит набережных и надгробных памятников, захваченных на севастопольских кладбищах, — всё пойдёт в дело. Кажется, англичане, если бы могли, увезли с собой все развалины Севастополя, Малахова кургана и бухту».

По-доброму, ограбленным англичанами государствам мира хорошо бы объединиться и подать коллективный иск к потомкам воров и бандитов. Удивительно, что леваки отменяют рабовладельцев, снося ни в чём не повинные статуи, а про украденные колонизаторами сокровища британских — да и не только британских — музеев они как будто не знают. Это, конечно, наводит на мысль, что вся эта протестная активность находится под строгим контролем наднациональных элит, среди которых большинство — те же самые потомки колонизаторов.

На примере греков, к слову, мы видим реальное отношение не только англичан, но и всего коллективного Запада к православным народам. Напомню, что от турецкого ига в начале XIX века Грецию освобождали всей Европой, но основными филэллинами (то есть друзьями греков, волонтёрами, воевавшими с турками за независимость Греции) были русские. Англия и Франция подключились к освободительной борьбе греков позднее — исключительно с целью ослабления России, в результате самым знаменитым на Западе филэллином стал лорд Байрон.

Англичане никогда ничего не делают бесплатно. Поэтому в Британском музее множество вывезенных античных статуй, на Кипре — британская военная база, да и в целом англичане в ХХ веке считали Грецию своей южной провинцией: достаточно вспомнить много лет прожившую на Корфу семью Дарреллов, из которой вышли два знаменитых писателя — Лоуренс и . В книгах Джеральда Даррелла, кстати, немало издевательств над православием, если кто-то забыл или в детстве не обратил внимания.

А что попросила от греков за освобождение Россия? Традиционно ничего. Так же, как от болгар, в обеих мировых войнах воевавших на вражеской стороне, так же, как от румын, молдаван, грузин и других православных народов, освобождённых нашими воинами от ига и геноцида со стороны турок.

В результате и греки, и болгары, и румыны регулярно унижаются перед англосаксонскими хозяевами и состоят в антироссийском , то есть в любой момент могут оказаться в состоянии войны с Россией.

Хотелось бы, чтобы очередной пинок от британского колонизатора заставил греков задуматься, на той ли они стороне в мировом противостоянии. Но надежды на это мало, ведь политические и экономические элиты этой страны на корню скуплены Западом.

Так что если Греция останется на стороне Запада, значит, будут новые унижения и никаких статуй из Британского музея греки, разумеется, не получат. Что ж, это их выбор.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.