«После обстрелов только детские панамочки плавали по воде»: жители блокадного Ленинграда – о самой смертоносной осаде в истории человечества

«Сколько может выдержать человек? Гораздо больше, чем ему кажется. Человек может много, может все и еще столько же», – писал Даниил Гранин.

«После обстрелов только детские панамочки плавали по воде»: жители блокадного Ленинграда – о самой смертоносной осаде в истории человечества
© Мир24

Сегодня по всей стране вспоминают о подвиге жителей Ленинграда. 27 января – ровно 80 лет назад – Ленинград был полностью освобожден от фашистской блокады – самой продолжительной и смертоносной в истории человечества.

«Немецкий летчик летел так низко, я видела его лицо, думаю, лишь бы по пяткам не стрелял»

«От голода в блокаду умер мой отец, Василий Степанович, ему было 49 лет, и братишка Женя, ему было 14. Я сама везла их на саночках в братскую могилу», – рассказывала Антонина Васильевна Смирнова (Куделина). Ее не стало в марте 2015 года. Воспоминаниями Антонины Васильевны с MIR24.TV поделилась ее дочь – Назаренко Галина Евгеньевна.

Когда началась война, Антонине Васильевне было 19.

«В 1939-1940 годы жили тревожно, все время поговаривали о войне. В городе проводились учебные тревоги. И вот 1941 год, 22 июня, объявляют о нападении фашистской Германии. И в первый же день уже была настоящая война, бомбили город, мы бегали в бомбоубежище. Я заканчивала техникум, в июне 1941-го писала диплом, 9 июля была защита. После получения диплома я работала в блокадном Ленинграде на сталепрокатном заводе им. Молотова. Участвовала в обороне Ленинграда, мы рыли окопы, противотанковые рвы. Однажды, когда мы искали еду за городом, немецкий летчик летел очень низко, я видела его лицо, думаю, лишь бы по пяткам не стрелял. Я была в сарафане и туфлях», – рассказывала блокадница.

Лето 1941 года. Германия уже второй год ведет войну. Используя тактику блицкрига, молниеносной войны, войсками вермахта была оккупирована практически вся Европа. Следующей их целью был Советский Союз. Чуть больше 70 дней потребовалось германской армии, чтобы пройти Прибалтику и приблизиться ко второму по значимости городу России – Ленинграду. Гитлер был уверен, что такой огромный город не выдержит осады.

8 сентября 1941 года, когда немецкие войска захватили город Шлиссельбург и взяли под контроль исток Невы, тем самым окончательно блокировав Ленинград с суши, связь города с большой землей прервалась. Гитлер планировал не просто захватить город, но и стереть с лица земли все его население.

«В сентябре 1941 года город был взят в кольцо со всех сторон. Дорога жизни. Лед. Такой скудный паек по карточкам: количество хлеба 250 и 125 граммов. Умирали дети, мужчины. Я ходила на работу пешком, не обращая внимания на обстрелы, лишь бы добраться домой», – вспоминала Антонина Васильевна Смирнова.

Началась блокада Ленинграда, которая продолжалась 872 дня. Эта осада стала одной из самых страшных и смертоносных в истории человечества. Каждый день на город сыпались бомбы и снаряды, а продовольствия не хватало. Но самой тяжелой была зима 1941-1942 годов. Суточную норму хлеба сократили до 125 граммов на человека.

«Мой отец, Матвиенко Василий Петрович, родился 10 июля 1916 года в деревне Чистополь Давлекановского района Башкирской АССР. Его сначала не брали в армию, так как сын кулака. А в 1939 году из деревни отец ушел воевать на финскую войну. Мама осталась с маленькой дочкой, 1938 года рождения, и работала в колхозе. Когда закончилась финская война, отец продолжал служить в Ленинграде. 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Отец принял боевую присягу 10 июля 1941 года. Матвиенко Василий Петрович с первого до последнего дня блокады служил в Ленинграде, защищал город от врага. Награжден медалью «За оборону Ленинграда». После полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады его автобатальон двинулся на Запад, Матвиенко Василий Петрович награжден медалью «За взятие Кенигсберга» и «За победу над Германией», – рассказывает MIR24.TV сын блокадника Матвиенко Василия Петровича Матвиенко Петр Васильевич.

«А в деревне Чистополь в Башкирии у моей мамы, Матвиенко Наталии Петровны, жила эвакуированная из блокадного Ленинграда тетя Люба с ребенком. Когда блокаду прорвали, тетя Люба уехала в Ленинград. Потом мои родители с тетей Любой долго поддерживали связь, они много раз ездили в Ленинград. Все наши дети и внуки помнят родных, которые воевали, защищали страну и одержали Победу над врагом. Когда мой сын с детьми сфотографировался на День Победы у памятника «Полуторка ЗИС – 5» в Симферополе, я написал ему: «На этой машине твой дед привез Победу!» – вспоминает Петр Васильевич Матвиенко.

«Немцы постоянно бомбили. Дети ли, взрослые ли, баржи с продуктами... Они бомбили ПОСТОЯННО»

«Когда папу – Леверенца Леопольда Федоровича – забрали, нас сразу выселили из квартиры, и мы переехали к маминой маме, Барановой Евдокии. Бабушка жила на станции Борисова Грива. Там же жила мамина сестра Ольга Ивановна с пятью детьми. Когда началась война, маму направили работать на кухню к лесорубам. Маме предложили меня эвакуировать через Ладожское озеро, чтобы я не была одна. Но она сказала: «Я не разрешаю отправлять ее через Ладожское озеро, потому что у нее нет отца», поэтому маму отправили рыть окопы в Можайск. Я осталась с тетей – Ольгой Ивановной, у нее своих пять детей, я стала шестой. Я не эвакуировалась, а те машины разбомбили, потому что немцы постоянно бомбили: дети ли, взрослые ли, баржи с продуктами... Они постоянно бомбили. ПОСТОЯННО. И осколки долетали до нас, где мы жили, мы прятались в землянках», – рассказывает MIR24.TV житель блокадного Ленинграда Галина Леопольдовна Базылева.

В первый же день блокады немцы уничтожили все продовольственные склады в городе. В Ленинграде начался страшный голод. 125 граммов хлеба – порой это все, что можно было съесть за день в холодном, обстреливаемом с воздуха городе. Чтобы выжить, люди ели все – траву, землю, варили кожаные ремни и плитки столярного клея из рыбьей чешуи. В городе не осталось ни птиц, ни кошек, ни собак, а превратившиеся в живые скелеты люди умирали прямо на улице.

Осенью 1941 года для спасения жителей блокадного Ленинграда было принято решение проложить по дну Ладожского озера автомобильную дорогу.

«24 сентября А.А. Жданову, членам Военного Совета Ленинградского фронта были представлены материалы в виде карт и текста на 34 листах. Затем мы доложили об ожидаемом характере замерзания и продолжительности сохранения ледяного покрова. В этот день фактически и родился проект ладожской Дороги жизни», – писал в воспоминаниях начальник ледовой службы Краснознаменного Балтийского флота Михаил Казанский.

Дорогу прокладывали по принципу наименьших глубин – где вода промерзнет быстрее и лед будет надежнее.

«К выяснению состояния льда по маршрутам намеченных трасс приступили 12 ноября. Каждый шаг разведчиков был шагом в неизвестность. Там, где пружинистая ледяная корка прогибалась под ногами смельчаков и трещала, приходилось ложиться и ползти», – рассказывал Казанский.

21 ноября по Дороге жизни – а именно так ленинградцы называли трассу через Ладожское озеро, поскольку это был единственный путь, позволивший поддерживать связь с Большой землей – в прибрежный поселок Осиновец пришел первый конно-транспортный батальон, который привез в город 63 тонны муки. Трасса протяженностью более 30 километров проходила от мыса Осиновец, через острова Зеленцы, с разветвлением на села Кобона и Лаврово. А 22 ноября движение по трассе начали легендарные «полуторки». Колонна из 60 автомобилей со стороны блокадного Ленинграда впервые пересекла по льду Ладожское озеро. На следующий день они вернулись в город с продовольствием.

«В 1942 году меня с мамой эвакуировали в Уфу к маминой сестре Анастасии Васильевне Куделиной, 1916 года рождения, которая в начале войны, еще до блокады, была эвакуирована из Ленинграда с заводом «Красный Октябрь» в Уфу. Нас везли сначала через Ладожское озеро, затем на грузовом поезде до города Ярославля, потом пароходом по рекам Волге, Каме, Белой до Уфы», – рассказывала Антонина Васильевна Смирнова.

Позднее на Ладожском озере появились посты техпомощи, пункты обогрева и питания, регулировщики и указатели. Фашисты постоянно обстреливали Дорогу жизни, поэтому водители снимали двери, чтобы в случае, если машина провалится, можно было тут же выпрыгнуть.

«После вражеского обстрела только детские панамочки плавали по воде»

«Когда была блокада, сначала вывозили из Ленинграда детей. Было еще лето, и немцы постоянно обстреливали баржи на Ладожском озере. После обстрела только детские панамочки плавали на воде. А взрослых эвакуировали: их везли поездом до станции Борисова Грива, где я жила, а оттуда на машине отправляли через Ладожское озеро. Взрослых везли – уже была зима, и колеса машин наполовину были в воде, потому что много ездили», – рассказывает Галина Леопольдовна Базылева.

Только за первую и самую страшную зиму блокады Ленинграда по Дороге жизни эвакуировали 550 тысяч человек, переправили в Ленинград 361 тысячу тонн продуктов и медикаментов. Последний груз доставили 24 апреля 1942 года – 60 тонн репчатого лука.

«Мы с двоюродным братом каждый день брали саночки и ходили к поезду, помогали людям сойти с поезда, довезти их вещи до машины, а иногда и самих людей, помогали им садиться в машину. Но кроме этих людей, которым помогали, были и те, кто не доехал, умер в поезде, очень много выбрасывали покойников. Их не хоронили, а вывозили на поле, и на поле было три или больше кучи этих покойников. В Ленинграде сажали живых людей, и половина вагона не доезжала до станции Борисова Грива, где я жила. Не доезжали из-за слабости и голода, хотя ехать надо было всего один час. Их вывозили на поле, не хоронили, три огромные кучи мертвецов...» – вспоминает Галина Леопольдовна Базылева.

Последних эвакуировали ремесленников. «Ремесленники (учащиеся ремесленных училищ Ленинграда) были в черной форме, они почти все не доезжали до нашей станции, и была просто гора мальчиков в черных шинелях. Моя бабушка жила чуть-чуть в лесочек, в стороне, то есть дом ее был за сараями жилых домов. И за этими сараями также лежали покойники. У бабушки жили моряки с Ладожского озера. И надо сказать, все нами воспринималось, как должное, они даже шутили между собой: «Смотри, смотри, вон там покойники, тебе одна машет». Когда я ходила к бабушке по железной дороге, то там долго лежала женщина с младенцем на руках в розовой пеленочке. Увозили покойников на поле, туда, где три кучи, а одиночки лежали и никто их не увозил», – вспоминает блокадница Галина Леопольдовна.

«Смертное время» – так, по свидетельству писателя Виталия Бианки, называли ленинградцы зиму 1941-1942 годов. Голод, морозы до -35, болезни. Застывшие на рельсах трамваи, которые были единственным видом городского транспорта в блокадном Ленинграде, стали символом того, что жизнь будто остановилась. За все время блокады города ленинградские трамваи останавливались лишь однажды – с 8 декабря 1941 года до 15 апреля 1942 года. Но на самом деле, город жил.

«Чтобы не думать о еде, моя подруга все время качалась в кресле»

«Я была в Ленинграде всю блокаду, до освобождения в 1944 году. Когда людей вывозили на машине через Ладогу, на обратном пути машины везли зерно в Ленинград. Местные мальчишки прыгали на машины, подрезали мешочек, и зерно сыпалось на дорогу. Мы собирали это зерно, дорога была не асфальтированная, с мелкой галькой. И когда нам варили с картофельной шелухой эту крупу, на зубы попадали камешки. Коров забрали, а их корм, прессованный жмых, мы грызли, как пряники. Хлеба не было. Сахара не было, чай мы пили с солью. И когда уже потом нам дали сахар, моя двоюродная сестра попьет чай с сахаром и говорит: «Нет, все-таки напоследок я еще с солькой попью». С солью нравилось, уже привыкли. А у моей подруги, которая тоже в блокаду жила в Ленинграде, отец служил в военкомате. Так она, чтобы не думать о еде, все время качалась в кресле. Там вообще есть нечего было. Это она рассказывала мне уже после войны, когда мы с ней жили в одном дворе», – вспоминает Галина Леопольдовна.

Когда наступила весна 1942 года, в блокадном Ленинграде могла вспыхнуть эпидемия. Ведь за долгую зиму дома и улицы не очищались от грязи и нечистот. Поэтому ленинградцы взяли в руки лопаты и веники и вышли на уборку города. По улицам вновь пошли трамваи. Приближающаяся весна поставила перед жителями Ленинграда еще одну важную задачу – нужно было засадить овощами каждый свободный клочок земли. Под окнами домов ленинградцы разбивали грядки. Овощи стали выращивать даже на Марсовом поле и в Летнем саду.

«Те эвакуированные, которых не успели перевезти на машинах через Ладогу, жили в нашей школе. Мы тогда не учились, помню, как наряжались и ходили к ним: пели и плясали, давали концерты. Мы, дети, не считали себя ущербными. Хлеб, помню, не был хлебом, там только бумага и клей. На хлеб и не был похож. Мужчинам давали 200 граммов, женщинам – 150, а детям 125», – рассказывает Галина Базылева.

«У отчима ноги так опухли, что не влезали в резиновые сапоги. А однажды от голода он съел крысу»

Точное количество жертв блокады Ленинграда неизвестно до сих пор. По разным оценкам, в годы блокады в осажденном Ленинграде погибли от 600 тысяч до полутора миллиона человек. Под постоянными обстрелами и бомбежками люди работали на заводах, копали противотанковые рвы и окопы. Все знали, что другого выхода нет: гитлеровцы планировали город сровнять с землей, а все население полностью уничтожить.

«На Борисовой Гриве в 1943 году с мамой познакомился мой будущий отчим. Он был в военизированной пожарной команде. Воевал под Ленинградом – Ораниенбаумский пятачок. Там – ни воды, ни еды. Помню, он рассказывал, у него ноги были настолько опухшие от голода, что не влезали в резиновые сапоги. Однажды от голода он поймал крысу и съел. Это он мне рассказывал. В 1944 года мы с мамой и отчимом перебрались в Гатчину, так как немцы при отступлении все поджигали, отчима отправили тушить пожары. И дворец горел. Увозили даже дубы, а у нас в парке были такие красивые дубы...» – рассказывает блокадница Галина Леопольдовна.

В осажденном городе культурная жизнь ни на день не останавливалась. Исполнение Симфонии № 7 Дмитрия Шостаковича и трансляция произведения по громкоговорителям и радио потрясла и вдохновила жителей блокадного Ленинграда и одновременно привела в замешательство немцев. Как говорил скрипач и дирижер Давид Ойстрах, во время войны эта симфония действительно звучала как «пророческое утверждение победы над фашизмом».

Голодный ад в осажденном Ленинграде длился три года, но город старался жить нормальной жизнью. Дети ходили в школу. Учеба проходила в подвалах и бомбоубежищах, а каждый урок длился не больше 15 минут. Больше ни ученики, ни учителя выдержать не могли.

Блокада Ленинграда продолжалась 872 дня. Из них бомбежки и артобстрелы шли 611 дней. На Ленинград было сброшено 150 тысяч тяжелых артиллерийских снарядов, тысячи фугасных и зажигательных бомб. 27 января 1944 года в результате мощного наступления советской армии немецкие войска были окончательно отброшены от Ленинграда. Блокада завершилась. Город полностью освободился от врага. Этот день стал ленинградским Днем Победы.

Большая часть жителей Ленинграда, не переживших блокаду, покоятся на Пискаревском кладбище. Его заложили в 1939 году, тогда никто и подумать не мог, что этому кладбищу суждено войти в историю. У восточной границы кладбища раскинута Аллея памяти. В память о защитниках города на ней установлены мемориальные плиты от городов и регионов России и других стран, чьи граждане защищали осажденный Ленинград.