"Мы так делаем, потому что не можем не делать": Оксана Кириллова — о писательстве и невозможности спасти мир
Гостья нового выпуска "Книжной полки" — писательница Оксана Кириллова
В конце прошлого года в издательстве "Альпина. Проза" у Оксаны Кирилловой вышел дебютный роман "Виланд". Это большой исторический роман почти на 600 страниц о мальчике из нацистской Германии. К тому же это еще и первая книга трилогии, которая стала результатом 11-летней работы с историческими документами. В новом выпуске "Книжной полки" литературный обозреватель "Реального времени" Екатерина Петрова поговорила с Оксаной Кирилловой о том, как она пришла к писательству из спортивной журналистики, почему взялась за такую сложную тему и почему искусство нас не спасет.
"Мне хотелось поговорить на тысячу страниц"
Сразу после университета Оксана Кириллова устроилась на спортивный телеканал, где и проработала 10 лет. Несмотря на такой долгий период, она так и не смогла подстроиться под рамки телевизионного хронометража. На каждый сюжет отводилось 1,5—2 минуты. Руководитель предложил Оксане обратить внимание на более крупные жанры. Он имел в виду авторскую передачу, где можно говорить 30 минут или даже час. Оксана прислушалась к его совету, но только в качестве большого жанра выбрала писательство. "Мне хотелось поговорить не на 50 или 60 минут, а на тысячу страниц. В книге "Виланд" я смогла выйти за рамки двух минут", — отметила Оксана Кириллова.
![](/uploads/mediateka/ce/20/d078524eecdf8388.md.jpg)
Действие в романе "Виланд" начинается в Германии после Первой мировой войны, но более подробно рассматривается период 1930-х и 1940-х годов. Это первый временной план, всего их три. Во втором временном плане действие происходит в 1990-х. Здесь главная героиня — Валентина, русская эмигрантка, которая переехала в Германию и попала в тюрьму. Сюжет выстроен вокруг диалогов Валентины с ее адвокатом Лидией. Третий временной план появится только во второй книге, где будет рассказана история преподавателя и его студента в наше время. Все эти три истории сойдутся в конце, в третьей книге, в одной точке.
От юношеского максимализма до офицера СС
Виланд — главный герой, от лица которого ведется повествование. Он сын ветерана Первой мировой войны. Виланд удручен положением, в котором оказалась Германия, — безработица, унижение, репарации, разрушенная экономика. Он душой болеет за унижение Германии. В силу подросткового максимализма Виланду все происходящее кажется несправедливым. Но его отец, разочарованный Первой мировой войной и видевший все ее ужасы, не согласен со взглядами сына. И два самых близких человека оказываются на разных полюсах.
![](/uploads/mediateka/5c/23/804e693d0bf74f61.md.jpg)
"Мальчик, в силу своего возраста, пытается что-то ему доказать. А отец, в силу своего опыта, пытается доказать обратное. И в этом один из главных конфликтов книги. Виланд очаровывается речами нового лидера — Адольфа Гитлера. Он видит в нем правду. В романе я подробно объясняю, почему Виланд верит, что этот новый лидер сможет поднять Германию с колен. Он идет за эти лидером, приходит в СС и отправляется служить в Дахау, первый концентрационный лагерь в Германии", — рассказала Оксана Кириллова о главном герое романа.
"Вы никогда не познаете себя, если не окажетесь в такой ситуации"
Невозможно говорить о романе "Виланд", чтобы не вспомнить другое похожее произведение — роман "Благоволительницы". Это произведение написал американский писатель Джонатан Литтелл на французском языке. "Благоволительницы" вышли в свет в 2006 году и наделали много шума. Главное, что тогда обсуждали, — как автор не немец смог написать историю от лица офицера СС. Причем так подробно. Обычно такие книги писали сами немцы, пытаясь переосмыслить свою историю. Если говорить о русскоязычной прозе, то здесь подобного даже близко не было. Все книги о войне были написаны либо от лица советских солдат, либо от лица других советских граждан, которые стали жертвами войны.
![](/uploads/mediateka/fc/68/37e1573b9f03a4c1.md.jpg)
"Я глубоко в это закопалась, погрузилась в архивы и информацию, с которой работала, а затем пропустила ее через себя. В какой-то момент поняла, что если я не буду писать от лица Виланда, то не передам все мысли. Писать от третьего лица не получится. В итоге я встала в его позицию, примерила на себя. Подумала, а чтобы делала я в его положении? Одна из мыслей, к которой я веду, совпадает со словами узников концлагерей в воспоминаниях, которые читала, работая над романом. Они говорили, что вы никогда не познаете себя, если не окажетесь в такой ситуации. Она громко поведает вам о вас самих же. Этой ситуацией может быть война, лагерь, насилие. Сейчас мы осуждаем людей за какие-то поступки, говоря, что сами бы никогда так не сделали. Я считаю, что жизнь слышит таких людей и намеренно ставит их в подобные ситуации. И как человек выбирается из этого? Часто он поступает хуже, чем те, кого осуждал", — рассказала Оксана Кириллова.
"Сейчас мир делает все, чтобы улететь в тартарары"
В последние два года люди все больше стали обращаться к истории. Это может быть исторический нон-фикшн или исторические романы. Цель у такого чтения одна — понять, что происходило в прошлом, чтобы объяснить настоящее. Оксана Кириллова считает, что попытки разобраться в прошлом совсем не означают, что мы как общество сможем усвоить уроки этого прошлого.
![](/uploads/mediateka/7f/73/a752e22785c56908.md.jpg)
"Раньше на эту тему было больше литературы. И эти уроки не усваивались. Если человек не хочет усваивать — он не будет усваивать. Значит, ему этого не надо. И литературы было достаточно, потом кинематограф присоединился. Мы не узнаем ничего нового из книг, которые появляются. Это все интертекстуально. Все уже было. Значит, человечеству это не надо. Может ли искусство спасти мир? А миру нужно, чтобы его спасали? Не очень красивая аналогия, но это как с алкоголиком. Его пытаются все спасти, а ему это не надо. Пока он сам не захочет спастись, ему никто не поможет. Если бы мир хотел, то мы, как часть этого мира, что-то делали. Но сейчас мир делает все, чтобы улететь в тартарары. Все точки этого мира, я не говорю о каком-то одном месте", — дала пессимистичную оценку писательница.
Но если ни искусство в целом, ни литература в частности не могут спасти мир, то непонятно, зачем тогда писать книги, рассказывать истории и в принципе создавать произведения искусства. И вот тут у Оксаны нашелся, на мой взгляд, довольно оптимистичный ответ: "Что происходит, то и цель. Мы так делаем, потому что не можем не делать".
Разговор с Оксаной Кирилловой получился серьезный, немного философский, но иногда и смешной. Мы также обсудили, как воздействует пропаганда и почему мем "Это другое" вобрал в себя почти всю поведенческую психологию.
Екатерина Петрова — литературный обозреватель интернет-газеты "Реальное время", автор telegram-канала "Булочки с маком" и основательница первого книжного онлайн-клуба по подписке "Макулатура".